Наталья Егорова – Полоска чужого берега, или Последняя тайна дожа (страница 6)
Ян потащил ее на ресепшен, но девушку не интересовало содержимое пергамента, её интересовал только горячий душ, и она, отбившись от молодого человека, сразу же поднялась в номер, оставив своего друга на ресепшене разбираться с переводом надписи на пергаменте.
Когда она вышла из ванной, согревшаяся под душем, с чалмой из полотенца на голове, Ян уже сидел в номере и озадаченно пялился на пергамент.
– Портье прочесть текст не смог – это какой-то старый итальянский. Портье разобрал тут только имя Марино Фальеро – говорит, что это дож, который правил в четырнадцатом веке. Недолго – его казнили, потому что он оказался предателем.
– Да ты что! А зачем кому-то навязывать мне какой-то старый текст? А при чём здесь дож? Может, произошла какая-то ошибка и текст предназначался не мне?
– Всё может быть, но текст нужно бы перевести. Давай к Лауре твоей обратимся – она журналистка, наверняка поможет.
Скептически хмыкнув, так как девушка сомневалась, что Лаура разбирается в староитальянском языке, но тем не менее Лера сказала:
– Я ей позвоню, она номер свой оставила. Давай договоримся с ней поужинать – жрать охота, аж желудок в трубочку сворачивается!
– Приличные девушки не жрут, а едят. Ладно звони, договаривайся. Я, правда, так наелся каракатиц и напился оранжевой гадости, что, кажется, они у меня в желудке устроили в ней заплыв.
– Так тебе и надо – не будешь в следующий раз меня бросать ради каракатиц!
5. Ужин
Лаура, выслушав Леру, тотчас назначила встречу – договорились встретиться через час в ресторане Locanda Montin. Лаура подробно проинструктировала, как до него добраться, и посоветовала обратиться к услугам водного такси – вапоретто.
Молодые люди оделись более-менее прилично – хорошо, что заранее готовились к светским выходам: пригодились малиновое коктейльное платье, туфли и сумочка из крокодиловой кожи. Эти роскошества Лере подарила очень состоятельная бабушка Аманда – она часто баловала свою внучку, привозила ей элегантные вещи из Парижа, где жила практически каждую зиму, так как имела дом в предместье Парижа. Однако, по мнению Леры, вкус бабушки был слишком безупречный для неё – ей бы посовременнее чего-нибудь; ну ладно, на безрыбье и рак рыба. Впрочем, это как раз в стиле богатых венецианцев. Ян надел костюм от Валентино, который он купил по случаю на распродаже, но всё равно выложил за него приличные деньги, и, как положено для итальянского шика, небрежно повязал шарфик. Лера с Яном знали, что венецианцы повёрнуты на одежде и всегда одеваются дорого и стильно, да и Лаура намекнула, что одеться нужно «соответствующе».
Они приехали в ресторан чуть раньше Лауры, так как боялись опоздать, и несколько удивились: вход в ресторан представлял собой обычную дверь на набережной, и только большой каретный фонарь с названием ресторана позволял найти это место. Войдя в это не очень большое вытянутое помещение, ребята нерешительно остановились. К ним сразу подошёл высокомерный, как все венецианцы, официант и сказал, что все столики заняты, но, услышав фамилию Леони, широко заулыбался и отвёл ребят к заказанному столику, не преминув сказать на ломаном русском, что за этим столиком любил сидеть… да-да, сам синьор Бродский! Ребята переглянулись: а местечко-то не из простых! К сожалению, погода не позволила занять столик во внутреннем садике, который так и заманивал зеленью через широкие стеклянные двери.
Лаура явилась в ресторан не одна, а с высоким загорелым блондином, который кого-то напомнил Лере. При виде спутника Лауры Ян встал и протянул ему руку, широко улыбаясь как старому знакомому, чем очень удивил девушку.
– Рад тебя видеть, Хосе! Вы с Лаурой тоже знакомы?
– Да, мы давние приятели!
Услышав имя Хосе, девушку точно током ударило. Да это же тот блондин, который ей однажды приснился! Сон был о Венеции, и встреча была настолько реальна, что забыть его Лера не смогла. Ей время от времени снились «реальные сны», героиней их в основном бывала её прабабушка Анна1. Лера сидела, словно громом поражённая. Она приветливо улыбнулась, когда Лаура представила её красавцу-блондину, но в голове теснилось множество вопросов, однако она решила с ними повременить – пускай само всё прояснится, – поэтому она сделала вид, что с красавцем не знакома.
Хосе Хавьер – а это был именно он – хитро улыбнулся Лере и подмигнул, как бы прося не выдавать его до поры до времени.
Но всё же Лера подозрительно посмотрела на Яна, и тот бесхитростно пояснил ей, что Хосе – тот самый богатый заказчик, на деньги которого (конечно, за сделанную Яном работу и по его же приглашению) они сейчас и отдыхают в Венеции. Он же оплатил им номер в отеле, в котором они сейчас живут.
Когда всё выяснилось, они сделали заказ. Лера намекнула Яну, чтобы тот воздержался от поедания каракатиц, Лаура рассмеялась, когда узнала, что Ян ими объелся, а по поводу напитка «шприц» она только сделала презрительную гримаску и попросила положиться на её вкус. Она перечислила как минимум десяток блюд, которые могла смело рекомендовать своим друзьям.
– А Бродский и правда бывал в этом ресторанчике? – не выдержала Лера. На её слова Лаура загадочно и хитро улыбнулась.
– Успел-таки первым выдать мой сюрприз! Да, Иосиф бывал здесь и не раз, я ведь знала его и просто обожаю его стихи!
чуть нараспев продекламировала Лаура, и чудные строки Бродского так уместно плыли в атмосфере этого дивного местечка, что ребята замерли с открытыми ртами, а Хосе продолжал хитро щуриться и улыбаться – прямо чисто Чеширский котяра!
Наконец официант ловко расставил на столе знаменитое Rixi e bixi (рис с зелёным горошком), обжаренные в оливковом масле молече (маленькие зелёные крабы, пойманные в процессе линьки, когда у них ещё мягкий панцирь), телячью печень по-венециански, пасту биголи, приготовленную с анчоусами и луковым соусом. Вся эта вкуснятина запивалась лучшим Pinot Grigio области Венето.
– Вот что следует пить в Венеции, а «шприц» свой забудьте – кроме изжоги, никаких иных ощущений от него не наберётесь! – Лаура улыбнулась Яну.
– Да понял я, понял! – Ян засмеялся, смакуя превосходное вино.
Когда сидящие за столом утолили голод, пришло время для сладостей – фортелле, залетте, пинцы, игристого просекко – и вопросов.
Едва Лаура взяла пергамент в руки, её брови полезли вверх, руки дрогнули, едва удержав злополучный пергамент, она сильно побледнела и молча передала пергамент Хосе. На лице последнего не отразилось ничего, он лишь молча пожал Лауре руку.
Ребята смотрели за манипуляциями своих спутников, недоумевая. Молчание и смутная тревога зависли над столом, напряжение продолжало расти, и первой молчание нарушила Лаура – она обращалась к Хосе, повысив при этом голос и привлекая внимание посетителей ресторана.
– Ведь я предупреждала, что может быть опасно! Почему вы меня не послушали, зачем было беспокоить девочку? Неужели в этом была такая нужда, неужели своими силами невозможно справиться?
– У нас нет выбора. Ты ведь не новичок в нашем деле, и не тебе задавать вопросы! Да и Лера уже была за Вратами. Она сильная духом и решительная девушка, Анна верит в неё, ты знаешь ситуацию, и мы рассчитываем на помощь, – Хосе раздражённо посмотрел на Лауру. – И потише, пожалуйста, Лаура: ты привлекаешь ненужное нам внимание посетителей.
Лаура отвернулась и грустно смотрела на огонь свечи, будто надеясь ещё всё отменить, однако понимала, что колесо судьбы уже начало свой ход и неотвратимо вращается, не давая шанса на отмену уже предназначенного.
– Что происходит?! – Лера даже привстала со своего места.
Ян тоже не отрываясь смотрел на Хосе – до него никак не могло дойти происходящее, но он уже стал подозревать серьёзный подвох со стороны Хосе.
– Хосе! Так ты использовал меня, чтобы я вытащил Леру в Венецию?! Ведь так?!
– Всё так и не так. Конечно, работа с тобой – это предлог, хотя она исполнена классно. Я твоей программой пользуюсь – она стоит тех денег, которые я за неё отдал. Я, правда, хотел, чтобы вы отдохнули после ваших приключений, но время внесло свои коррективы: когда ты, Ян, сказал, что собираешься быть в Венеции во время карнавала, пазл сложился: судьба сама выбрала это время и это место. Лере суждено было находиться рядом с открытыми Вратами именно сейчас.
– Что вы несёте? Какой пазл? Какое время? Что сложилось? Я что вам, собачка дрессированная? Что происходит, чёрт возьми?!
Посетители ресторана, уже не стесняясь, пялились в сторону их столика, привлечённые назревающим скандалом.
– Лера, успокойся, не надо истерик, никто не собирается причинить тебе вреда, – Лаура взяла себя в руки и пыталась купировать назревавший скандал. – Вы, наоборот, очень вовремя к нам обратились. Те люди, которые передали тебе письмо, – наёмные убийцы, их называют бравос. Их нанимают для того, чтобы устранить конкурентов, они долго были на службе у Венецианской Республики. Но иногда они нанимаются для того, чтобы предупредить людей, чтобы те не вмешивались в дела других, что в твоем случае и произошло. Они, конечно, не остановятся – надо быть начеку, за вами будут присматривать.