Наталья ДеСави – Коты счастью не помеха (страница 3)

– Можно?

Одутловатая женщина в толстых линзах поднимает глаза от компьютера и смотрит на меня. Снимает очки, пытается разглядеть, сузив глаза так, что китаец бы позавидовал.

– Маруся?

– Нет, – я захожу в кабинет и нервно мнусь у двери.

Мне страшно. Я никогда не просила ни у кого денег, даже у мамы. А тут незнакомая тетка, смотрит недобро, будто я обворовать ее пытаюсь.

– Я Наталья Ягодкина.

– Новенькая? – снисходит до улыбки тетенька.

– Да нет, пять лет работаю.

Очки снова оказываются на носу, а взгляд становится сосредоточенным.

– Не видела тебя раньше.

– А я и не была.

Разговор переходит в дурацкое препирательство. Она явно не хочет выдавать мне премию. Может, и в остальные годы забирала ее себе? Вон, какая толстая, на моих премиях, небось, отъелась. Но женщина отвлекается и начинает щелкать по клавиатуре.

Щелк……………. Щелк…………………Щелк.

– Сейчас долистаю до Ягодкиной.

Я мысленно стону, отодвигаю тетку в сторону и кручу колесико мышки. Мышки! У нас в фирме около трехсот сотрудников. Я состарюсь, умру и перерожусь заново, пока она ищет мою фамилию, тыкая на клавишу.

– Конечно, я подожду, – продолжаю стоять у двери.

Щелк……………. Щелк……………….. Щелк.

– Нашла.

Долгожданный момент. Я уже успела проговорить алфавит, вспомнить все стихи и заново пережить расставание с Рудольфом. Даже чуть не всплакнула.

– Шестьдесят семь рублей, восемьдесят копеек, – она протягивает руку к принтеру, из которого выползает бумажка.

Господи! Она умеет пользоваться принтером, или это компьютерное терпение лопнуло раньше моего, он самообучился и выполняет все сам?

– Пойдите в бухгалтерию, там заполните заявление на получение премии.

Ну, Машка, я тебе это припомню.

Глава 4

Знаете, я люблю прогуливаться по нашему маленькому городку весной. Распускаются почки, показывая зеленые листочки, поют птицы, на улице все чаще встретишь торговцев зеленью и фруктами, расположившихся на деревянных столиках. Люблю это время. Зелень кажется ярче, яблоки вкуснее, а ворохом сваленная клубника источает невероятный аромат, плывущий по всей улице.

Не могу отказать себе в удовольствии пройтись после работы пешком. И пусть это займет намного больше времени, я натру огромную мозоль и накуплю по пути всяких ненужностей. Сегодня я могу это позволить. У меня есть премия!

Конечно, хвастаться моей премией лучше никому не стоит, но ведь не в количестве дело. Меня оценили! Пусть и на небольшую сумму, но впервые моя заработная плата чуть больше основного оклада и в ней пустует графа «штраф». Стараюсь не думать о том, что запыхавшийся директор, тащивший на третий этаж тюки с туалетной бумагой (на год он ее закупил, что ли?), вспомнит про меня в следующем месяце. Но сегодня я счастлива.

– Девушка, не хотите ли купить монстеру?

Из прекрасного настроения меня вырвал голос старушки. Я не сразу ее заметила: весь обзор закрывала огромная монстера, раскинувшая свои листья из невероятных размеров кадки.

– Я же вижу, что вам нужно очистить ауру, убрать неприятности из жизни. – Лист чуть сдвинулся, и из-под него высунулась абсолютно белая голова старушки. – Отдаю за две тысячи.

Я так прикинула, что премия – это хорошо, но вот на это чудовище в горшке ее точно не хватит. Да и желания такого нет.

– Нет, спасибо. – Я попыталась ее обойти, но это было не так-то просто.

– За тысячу отдам.

Жаба у меня в душе нервно ойкнула и забилась под селезенку. Сейчас меня будут разводить на деньги.

– У меня не столько проблем в жизни, – покосилась я на цветок, закрывавший от меня солнце.

– За семьсот отдам, – старушка стояла намертво.

– Моей премии на это не хватит, – зачем-то ляпнула я.

Есть у меня такая особенность: говорить не то, что нужно, и не в то время. Язык бы мне оторвать – было бы проще. На такие психологические приставания мычала бы и разводила руками. А так приходится оправдываться, отнекиваться и человеческими словами объяснять, что не сдалась мне эта фиговая пальма.

– Премию? – Конечно, старушка моментально ухватилась за это слово. – Рублей пятьсот-то наверняка есть.

– Шестьдесят семь рублей, восемьдесят копеек, – выпалила я.

Господи, зачем я все это говорю?! Мне нужно сильнее сжать губы и бежать, бежать, бежать. Старушка остановилась, дав мне возможность проскочить мимо, но в последний момент схватила меня за рукав.

– Болезная ты, вижу. Удача тебе нужна.

Спасибо, с утра уже одну впарили. Рыжая такая, наглая, небось всю мебель подрала у меня в квартире.

– Но сначала тебе нужно избавиться от негатива.

Старушка ловким движением подхватила кадку с монстерой и всучила мне.

– Бери, родимая, вижу, тебе нужнее.

Не успела я поставить это исчадие на землю и сказать свое твердое «нет», как старушки и след простыл. Прогулялась, подышала свежим воздухом, называется. До дома километра два, в одной руке пакет ненужных продуктов, в другой – огромное, зеленое, пугающее людей чудовище. Огр какой-то, а не монстера.

В подъезд я входила как рак – задом наперед. Иначе втащить все свои пожитки было невозможно. Вспомнила Люську с ее детьми. Вот я бы с удовольствием сейчас оставила этот жуткий цветок на улице. Абсолютно случайно. Вдруг мимо пойдет кто-то, у кого плохая аура дома? Видит – монстера. Обрадуется человек, схватит и побежит беды свои прогонять.

Нет, он же будет мучиться, что украл чужое дерево. Если это будет, конечно, хороший человек. С другой стороны, у хорошего человека не будет дома плохой ауры. Стоп, это что же получается: раз у меня дома плохая аура, я плохой человек? Нет, я с этим точно не согласна. Цветок мне этот не нужен, ну совсем. Я хороший человек, и с аурой у меня все в порядке. Если кого и выводить у меня дома, так это блох, которых накидала мне наполеоновская жена в рыжей ипостаси.

Я настолько погрузилась в свои мысли, что совсем не заметила человека, спускающегося в этот момент по лестнице.

– Давайте я вам помогу.

Тот же голос. Это определенно тот самый голос, который пробегал мимо меня, ловя убежавший ящик. Он. Тот самый обворожительный сосед, которого я так ни разу и не видела.

Он предлагает мне помочь? Конечно, да! Я согласна! Возьмите у меня эту кадку. А еще лучше меня, кадку можно оставить.

– Спасибо, мне не тяжело.

Боже, что я несу!

– Но я не могу позволить вам тащить этот тяжеленный цветок. Вам на какой этаж?

Я пытаюсь разглядеть его, но листья монстеры загораживают весь вид. Вот плечо, кажется, это все тот же пиджак, что и утром. От него приятно пахнет, мне определенно нравится этот запах. Только как он выглядит? Блондин или брюнет? Какого цвета у него глаза? Может, соседка мне наврала, а он страшный и у него шрам идет через все лицо? Но ведь шрамы украшают мужчину? Не всегда. Только если они получены в честном бою. А откуда я знаю, бой был честным или нет?

Но он уже берет у меня цветок. Я опять ничего не вижу. Снова эта ужасная монстера загораживает мне весь вид.

– Так вам на какой этаж?

– Третий.

Он разворачивается и идет впереди меня. Я вижу его спину. Целиком. Мускулистые плечи, подтянутая попа. Почему я на нее смотрю? Мы не знакомы, я даже не знаю, как его зовут, а уже вовсю пялюсь. Хотя лучше так, когда он не видит. Но зато я теперь точно знаю, что он брюнет, волосы короткие, аккуратно подстриженные. Он сильный, несет этот цветок, будто пушинку.

– Вы, наверное, из сорок пятой?

Меня охватывает ужас. Он узнал меня. Он слышал мое падение и сейчас будет спрашивать, что случилось. А что я ему скажу? Что споткнулась о кошку?

– Нет. То есть да, но я только приехала.