18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Наталья Червяковская – Часы: прогулка сквозь века, мгновение, длящееся вечность. Современная проза и поэзия (страница 6)

18

– Приятно познакомиться, – сказал молодой человек. – Позвольте представиться: Марта Ивановна, и, конечно же, Безель… Какое роскошное и редкое имя! Меня зовут Роман, а мою супругу – Ксения.

– Ничего в нём редкого, – может, для кота только. – А вот в часах есть такая деталь: безель, – продолжала Ксения, и её голос вдруг приобрёл бархатистую, заговорщицкую глубину. – Его ещё люнетом или рантом зовут. Это просто ободок вокруг циферблата, фиксирующий стекло на месте. Но представьте себе не просто ободок, а тончайшую грань между мирами. Он – страж, удерживающий хрупкую сферу времени от распада, от просачивания вечного хаоса. Стекло – наше восприятие, текучее, зыбкое, подверженное искажениям. Безель же – твёрдая воля, чёткий контур, не позволяющий реальности растечься.

Изначально он служил лишь утилитарной цели, но разве не в простом кроется самое сложное? Вращающийся безель – это не просто шкала. Это порог. Каждый щелчок при его повороте – мягкий стук в дверь, ведущую в иное измерение времени. Можно зафиксировать момент старта, но куда ты стартуешь? В прошлое, которое ещё не отпустило, или в будущее, что уже поджидает в тени? Он обрамляет не цифры, а целые вселенные, сжатые в каждом делении. Взгляните – он кружит вокруг солнца-циферблата, как планета на незримой орбите, подчиняясь законам, неведомым стрелкам.

В этой простоте – не только гениальность, но и ключ к разгадке. Безель – магический круг, начертанный вокруг источника времени. Он не даёт энергии рассеяться, концентрируя её внутри, подобно алхимической реторте. Через это стекло, что он так надёжно держит, мы вглядываемся в механизм судьбы, тикающий своими шестерёнками. Но сам безель – молчаливый страж, непричастный к вечной гонке. Он – наблюдатель и хранитель. Он ведает начало и конец круга, но никогда не выдаст тайны, лишь намекнёт едва уловимым блеском металла под светом звёзд.

И сколько функций у этого, на первый взгляд, простого ободка! Он отмеряет не только минуты или глубину. Он отмеряет дистанцию до чуда, до поворота сюжета, до той самой точки невозврата, после которой всё щёлкает на свои места. Он – тихая магия порядка в царстве хаоса, рамка, превращающая поток событий в законченную картину. Ваш кот, Марта Ивановна, носит имя этой самой границы. Возможно, и он удерживает что-то хрупкое в целости. Или наблюдает, как вращается мир вокруг, понимая каждый тихий щелчок судьбы.

– Приятно познакомиться, Марта Ивановна, и, конечно же, с вашим почтеннейшим котом Безелем, – учтиво произнесла Ксения.

Предложение Марты Ивановны было заманчивым. Роман – скептик, ладно, Ксения – она обожает всю эту мистику, всё, что связано со временем. Но тут – её собственный супруг – оказался втянут в круговерть под названием «время». Марта Ивановна говорила легко, без намёка на давление, однако её слова повисли в воздухе явным знаком, почти что ответом на неозвученный вопрос. Роман, вечный осторожный, на сей раз почувствовал необъяснимое доверие к этой странной паре – женщине и коту.

– Мы будем вам несказанно благодарны, Марта Ивановна, – произнёс он твёрдо и почтительно. – Мы остановились в том самом санатории, что называется «Янтарное время».

– Знаю, – кивнула она, и это «знаю» прозвучало так же естественно, как шум прибоя. – Встретимся здесь же через три часа. Безель тоже обожает прогулки с целью. – С этими словами она легко поправила лямки рюкзака и тронулась дальше по пляжу, её прямой силуэт быстро таял в перламутровой утренней дымке.

Ксения сжала руку Романа.

– Ты чувствуешь? – прошептала она.

– Да, – просто ответил он. – Она что-то знает. Или чувствует. Как и ты.

Они повернули назад, к зданию санатория, но теперь в своём поиске они больше не чувствовали одиночества. Встреча с Мартой Ивановной и её котом, носившим загадочное имя Безель, казалась уже не случайностью, а ещё одной шестерёнкой, которая, мягко щёлкнув, встала на своё место в таинственном механизме их судьбы. Даже балтийский ветер в соснах звучал теперь иначе – не как элегия об утраченном времени, а как прелюдия к разговору, который вот-вот должен был начаться.

Над Балтикой, где туман и бирюза Сплетаются в холодном полотне, Там пена волн, как шёпот, чуть жива, И янтари горят в морском наряде. Мелькает время в стёклышках пенсне, Там каждый блик – истории страница, Как будто в этом странном, долгом сне Решила вечность в даме воплотиться. Ступает в золочённый полумрак, Презрев года, изящная мадам, И за спиной её – потёртый рюкзачок, В нём кот Безель плывёт по облакам. Он – старый часовой, седой мудрец,

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.