Наталья Черных – Последний старец (страница 5)
Яркими огнями храм его блистал,
кто же там владыку без меня встречал?
Как он мог приехать в столь нежданный час?
Много беспорядка он найдёт у нас.
Две недели в храме сам я не бывал,
знать, должно, владыка как-нибудь узнал,
что я стар, негоден, не могу служить
и меня от места хочет отрешить.
Так, идя ко храму, думал иерей.
«Ничего, не бойся, добр архиерей, –
кто-то близ незримый старца утешал. — Кто на Божьей ниве устали не знал,
был доволен малым, сроду не роптал,
кто трудом и горем был обременён,
тем места благие назначает Он».
Вот взошёл, смущенный,
в освещенный храм. Где ж Преосвященный?
Пусто было там,
тихо лишь горели свечи у икон,
фимиам дымился, и со всех сторон,
как живые, лики строгие святых
на него глядели — много было их,
а из отворенных настежь царских врат
свет сиял чудесный, ослепляя взгляд.
И взойти в алтарь уж старец не посмел,
сердце страхом сжалось, ум оцепенел.
Кто там за престолом, светом весь облит,
с книгою разгнутой во руке стоит?
И слова горели в книге той огнём,
иерей прочёл их: сердце сразу в нем
радостно забилось, он теперь понял,
кто такой Владыка перед ним стоял.
Это Он великий, сам Архиерей,
кто обременённых скорбию людей
и понесших в жизни тяжкий трудный гнёт
на покой любовно всех к себе зовёт.
Обещает бремя благо и легко,
страх, сомненье, скорби, все вдруг далеко
где-то осталися, перед ним в виду
новый мир открылся… Господи, иду!!!
Радостно и громко иерей вскричал…
В комнате давно уж белый день настал,
солнышко сияет ярко сквозь окно,
но отцу Захару было всё равно.
Он лежал спокойный, тих и недвижим,
для него мир этот был уже чужим.
Он почил в рождественскую неделю 1996 года — в ночь на отдание праздника Рождества Христова 13 января — и тайну, невидимую нашему земному взору, как будто открыл заранее в старой своей тетрадке…
«Что я тебе, руку не согрею!» — как часто слышатся мне эти последние полушутливые — полупророческие слова умирающего старца, обращенные теперь уж не только к близким и знакомым, но ко всем, кто ищет истинной тёплой веры. «Где родился, там и пригодился, — говаривал отец Павел — а умру, от вас не уйду». И все, кто любят и помнят О.Павла, до сих пор ощущают его близкое присутствие. «Сейчас такие проблемы и дома, и на работе, а сходишь к батюшке, помолишься, всё разрешается. Живёшь — не к кому голову приклонить, а с могилки уходить не хочется…» Так и я, бросая повседневные дела, ухожу в рукопись об отце Павле — «свежим воздухом подышать»…
«Приведи, Господи, и мне такожде». Если Господь исполнил просьбу о. Павла даже в том, что именно на Рождество взял его в небесные обители, то верится, что и все таинство перехода от земли на небо совершилось «такожде».
Вот то-то настанет мой праздник,
последний и первый мой пир.
Душа моя радостно взглянет
на здешний покинутый мир.
Обмоют меня и причешут
заботливо нежной рукой,
и в нову одежду оденут,
как гостя на праздник большой.
При громком торжественном пеньи,
при блеске свечей восковых, в глубоком и важном молчанья
я встречу друзей и родных.
Друзья мне поклонятся низко,
без страха ко мне подойдут,
чело непритворным лобзаньем
последним и первым почтут.