18+
реклама
18+
Бургер менюБургер меню

Наталья Черных – Плследний из Мологи. Жизнеописание архимандрита Павла (Груздева) (страница 81)

18

Или как шутил о. Павел:

Господь велел ученикам: коль вилки нет, хватать рукам.

И еду готовил руками. Кулинарным искусством отец Павел владел отменно. «Даже сам блюда придумывал, — рассказывает его духовный сын. — Я, к примеру, не очень-то люблю капусту. А он однажды сделал мне капусту тушеную — я попробовал, просто удивительно, было как мед!

И все эти действия, когда он готовил — как бы растворял любовью, во всем чувствовалось его духовное благословение.

Вот, например, привезли мы рыбину в Тутаев, в гости к его брату. Отец Павел стал разделывать рыбу — вы бы видели, как это было художественно: он ее аккуратно всю вычистил, обрубил топориком головку — большая такая, судак — потом ювелирно, можно сказать, отделил беленький чистенький жирочек, печёночку… Насколько это была вкусная уха!

А вот здесь на фотографии отец Павел несет грибочки — видите его лицо? Он так умел вкусно это сделать — просто не наесться. И всё-то у него за столом было удивительно вкусное — даже самая простая картошечка».

Еще с мологских монастырских лет любил отец Павел грибной промысел. И в лагерях его умение жить в лесу и кормиться лесными дарами спасло от голодной смерти многих людей. Грибник он был непревзойденный!

«В нашей местности груздей днем с огнем не найдешь, чрезвычайно редко встречаются, — рассказывает сосед о. Павла. — А у батюшки было два или три места таких, которые знал только он. Так и не показал! Сколько раз его пытал:

— Отец Павел, ну хоть скажи где!

— Ну, как тебе объяснишь, — отвечает. — Идешь по дорожке по этой, по той…

Сколько раз ходил — не могу найти это место, и все!»

Может быть, отец Павел и не скрытничал, все честно объяснял, но ведь грузди такие грибы, которые не каждый умеет собирать. А батюшка умел и собирал, пока позволяло зрение. Радовался, как ребенок, каждой находке, и один раз даже измерил вес и параметры найденного боровика:

«1/14 сентября. Вторник, ходил в лес по грибы, нашел боровик весом 1 кг 200 грамм, шляпа 33 сантиметра, вышина корня 27 см и ни капли не гнилой. Вот это гриб!»

«1973 год, — пишет батюшка, — небывалый урожай белых грибов».

Несколько раз в лесу гонял о. Павла лось. Ходил батюшка чаще всего в сторону Шестихино, поворачивал налево около Орехово — это его любимые места были, там березняк хороший такой.

«Собираю как-то раз грибы, — рассказывал о. Павел. — Слышу — сзади меня кто-то фырчит. Оборачиваюсь, а там лось стоит около корзины. Я и так, и этак к корзине — не подпускает! Уж я и крестился, и «Господи, помоги», и всех святителей и угодников вспомнил. Так до окраины леса и довел меня сзади. Постоял я, постоял, дождался, когда лось уйдет, только часа через два за корзиной вернулся».

«Какие грибы солил отец Павел! — вспоминают сельчане. — А рыжики с растительным маслом как подаст! Как по рюмочке водки выпьем!»

«Да что же это такое! — возможно, придет в недоумение иной читатель. — Всё «по рюмочке», да грибочки, да картошка с капустой… А где жизнь подвижника, где предстояние Богу?»

Есть у о. Павла стихотворение в тетрадях, называется «Инок»:

В убогой келье одинокой на хладных каменных плитах, в тиши обители далекой молился пламенно монах. Просил у Господа прощенья, самоотверженности, сил, чтоб побороть те искушенья, что он с трудом переносил. На нем лежало послушанье пришельцев бедняков кормить, но к ним святого состраданья не мог в душе он породить. Был полдень, в келье одинокой вдруг свет лучистый осиял и уголок молитвы скромной лучею теплою обдал. И инок увидал в смятеньи Христа в хитоне пред собой, он пал на землю в восхищеньи, был полон радости святой. То был Господь не в час страданья, не в час распятья на кресте, не в час молитвы Гефсиманской с следами крови на лице. То был Господь, когда полями на Пасху в град Иерусалим спокойно шел с учениками, с толпой, грядущею за ним. Из глубины души смиренной в восторге инок возгласил: «Кто ж я, что Ты, Господь вселенной, меня сегодня посетил?» Тут звон внезапные страданья в душе монаха возбудил, уже идти на послушанье, оставить Господа нет сил. И он пошел туда, где ждали те, кто так часто голодал, кого мученья так терзали, что запах хлеба убивал. Им ныне монастырь казался звездою райскою златой, и хлеб, что щедро раздавался, казался трапезой святой. Окончив инок послушанье,