Наталья Бутырская – Герой (страница 9)

— Разбойники не ходят с амулетами и кристаллами на сто Ки.

— Он просто не успел их выгодно продать.

— Ты говорил, что он должен быть неплохим копейщиком. Я хочу проверить его навыки, — обратился господин Вужоу к моему сопровождающему. — Пусть один из твоих людей сразится с ним.

— Как пожелает мой господин. Вы хотите увидеть бой прямо здесь?

— Конечно. Расчистите пространство. И дайте ему зачехленное копье. И его противнику тоже!

Привратница поклонилась, исчезла, а уже через минуту сюда вбежали слуги, расторопно растащили мебель, свернули ковер, и в центре шатра оказалось пространство, подходящее для копейного боя. Несколько охранников в доспехах и с оружием заняли место между площадкой и господином, не закрывая тому обзор. Один из них поклонился господину и встал в центре.

С меня сняли оставшиеся веревки и дали зачехленное копье, не мой хуа цян, но схожее с ним оружие. Я отставил его в сторону и поправил одежду, после старика-лекаря она болталась и перекрутилась на теле. Затем встал в ту самую стойку, которой меня научил Шрам.

Глава 5

Мудрость господина Вужоу

Солдат напротив не торопился начинать, он замер по стойке смирно и вроде бы не замечал меня, его лицо, едва виднеющееся через оскаленные клыки шлема, оставалось бесстрастным. Я перешел в нападение, используя самые первые базовые атаки, и лишь тогда солдат пришел в движение, небрежно отмахнулся от моих ударов. Два из них прошли через его защиту, но уперлись в толстые доспехи, дополнительно укрепленные массивом. Судя по рисунку, эти печати не просто не давали пробить сталь, они еще и обеспечивали мягкую отдачу. То есть даже если врезать со всей силы по его груди здоровенным чеканом, его ребра не сломаются и не проткнут легкие и сердце.

Я немного растерялся. Никто из моих учителей не обучал бою с доспешным воином. Самое главное было — достать острием противника. И это было странно, ведь тот же Кун Веймин не мог не знать о наличии дворцовой гвардии, где все поголовно были снаряжены подобным образом. Идущий к истоку два года оттачивал наши базовые навыки. Впрочем, возможно, на третьем или четвертом году обучения планировалось перейти и к такому виду боя.

Я безуспешно рубил и колол, подсекал ноги и целился в шлем, выискивая слабые места в этих доспехах. Когда я сообразил, как можно нанести хоть какой-то вред без усиления через Ки, сопровождающий остановил бой и знаком приказал солдату покинуть шатер.

— Что скажешь, Дэнг? — лениво спросил господин Вужоу.

— Он обучался копейному бою, но не против доспешного воина. И это было не в армии, не строевая подготовка. Какой-то определенной школы у него нет, всего намешано понемногу. У него был личный учитель, который потратил немало времени.

— То есть он всё же из состоятельной семьи?

— Или его обучал родственник или знакомый.

— Тогда вот что… Ты умеешь читать и писать? — обратился господин ко мне напрямую.

Я посмотрел на изречение мудреца, выписанное искусным каллиграфом, которое висело за спиной Вужоу, и кивнул. Оно гласило: «Путешествие в тысячу ли лучше прочтения десяти тысяч книг».

— Тогда напиши свою историю. Дэнг — ты идиот. Не мог узнать об этом сам?

Мужчина поклонился.

— Мудрость господина Вужоу опережает ветер и охватывает землю.

И снова безмолвные слуги принесли столик, готовую тушь, бумагу и несколько кистей. Я уселся на пол, скрестив ноги, и начал писать.

В это время золотая девушка заговорила опять же на черепаховом языке. Я старался слушать ее слова, переводить и одновременно водить кистью по бумаге.

— Вужоу, это путешествие меня очень утомляет, — капризно произнесла она.

Я едва не поставил кляксу. Утомляет? Как путешествие в таких условиях может утомлять? Я не видел ее повозку, но был уверен, что там обстановка не хуже, чем в шатре. Попробовала бы она посидеть целый день в тяжелых жарких доспехах на лупоглазе.

— Почему твой отец не отправил тебя на каком-нибудь летуне? Несколько дней, и мы были бы уже на месте.

— Я уже говорил тебе. Это не увеселительная поездка, — на этот раз господин Вужоу тоже перешел на другой язык. — Я должен найти и подготовить место для всей семьи. Мне придется прожить в чужой стране полгода, а то и больше, чтобы выбрать хорошее поместье, чтобы оно было неподалеку от столицы, но не рядом с торговыми дорогами, с прилегающими деревнями и землями. Землю иностранцам просто так не продадут, придется много бегать с визитами. А визиты — это большие траты. Как бы я увез все подарки на летуне?

— Мне кажется, твой отец слишком торопится. Зачем уезжать из Киньяна, да еще и так спешно?

— Об этом я тоже говорил. Семихвостая лисица.

— Нелепость! Кто-то выдумал эту историю, чтобы отобрать земли у богатых кланов. Может, сам император и придумал. Захотел проверить на верность своих подданных.

— Может быть и так. Но представь, если это правда? Сейчас в Киньяне об этом знают всего несколько человек, а через год или два будут знать все. Что тогда будет? Все захотят уехать, а самая ближайшая к нам страна — страна Божественной черепахи. Если промедлить, то невозможно будет выкупить достойные места. Когда слухи распространятся, цены на землю у черепах поднимутся до небес, да и император, скорее всего, закроет выезды из столицы. Нет, отец правильно решил. Лучше успеть и сделать всё первыми.

— Но ты уже не первый!

— Знаю. А всё по чьей вине? Я собирался выехать с утра.

— Подумаешь. На полдня только и задержались. Я не могла уехать без новых тканей. Я же не знаю, какая сейчас мода в стране Божественной черепахи, и должна быть готова ко всему.

— И клан Люй опередил нас.

— Так давай догоним их!

— Если ты готова одну ночь провести в фургоне, тогда…

— Конечно, я не готова. Ни искупаться, ни отдохнуть. Пусть Люй приедут первыми. Не страшно.

Я так сосредоточился на переводе, что забыл о своих записях и застыл с кистью в руке.

— Кажется, мальчик закончил, — сказала молодая госпожа. — Посмотрим, что он там написал.

— Подай письмо!

Я поднялся было, чтобы передать его, но Дэнг выхватил листок у меня из рук.

— Я сам вам прочитаю.

Он не хотел, чтобы я приближался к его господину. Очень верный слуга. Слуга с талантом в пятьдесят единиц.

— Тут написано: «Моя история началась с того, что я пришел в себя, стоя на коленях посередине дикой равнины. На меня мчался воин на лупоглазе с копьем наперевес. Потом оказалось, что это были слуги благородного господина Вужоу. Господин был настолько добр и щедр, что приютил бесполезного незнакомца без дара речи и даже открыл немного правды о нём. Этот ничтожный человек будет каждый день на рассвете и на закате благодарить Небеса и благородного господина за такую доброту!»

Я собирался написать побольше славословий, но отвлекся.

— Так что, он просто упал с небес? — хихикнула молодая госпожа.

— Ты не помнишь ничего, что было раньше? — нахмурился Дэнг.

Я покачал головой.

— Господин, такому человеку нельзя доверять. Вдруг это шпион? Или подосланный от врагов вашего клана?

— Если бы наши враги были умнее хоть чуточку, то придумали бы ему хорошую историю. Подкинули бы избитого и сказали, что на него напали разбойники. Или еще лучше, на караван бы выбежала испуганная красавица с распущенными волосами и попросила бы защиты. А это всего лишь угрюмый немой мальчишка.

Господина Вужоу явно забавляла эта ситуация. Видимо, он жил в слишком хороших условиях. Я бы на его месте убил такого человека. Его миссия была довольно серьезной и важной. И эта семихвостая лисица. Неужели это правда? Мои мысли снова перебили.

— Может, враги, прекрасно зная о любознательности и доброте господина, специально подкинули человека-загадку?

— Тогда они не ошиблись. Я хочу, чтобы он поехал с нами. Пусть днем он будет в повозке лекаря, слишком уж роскошно для слуги ехать одному, заодно лекарь сможет проверить на нём свои зелья и попробовать вылечить его память. А вечерами мальчик будет развлекать меня.

— И как же немой сможет тебя развлечь? — рассмеялась госпожа. — Споет или расскажет сказку?

— У нас будет целый день на то, чтобы придумать это. Теперь уведи его. И не забудь накормить!

Дэнг больно схватил меня за шею, хотя я был немного выше его, и вытащил наружу. Старик Фучжан был несказанно счастлив меня видеть, и его счастье вознеслось выше гор, когда он узнал, что может поить меня всякими отварами, главное, чтобы к вечеру я был жив и более-менее здоров.

— Не может говорить, мальчик не может говорить и потерял память. Что же делать старому Фучжану? Лечить его голову или не лечить? Мальчик, наверное, голоден. Вот, мальчик может поесть, тут осталось немного риса и яйцо.

Он пододвинул чашку с торчащими из нее палочками. Я недоверчиво глянул на него. Пить из его рук я больше не собирался, но он только что это ел, к тому же откуда старику было знать, что меня вернут, а не закопают под фургоном? А есть хотелось! Целый день я провел голодным, да еще эти запахи в шатре господина Вужоу! Как с таким образом жизни и с таким питанием он не стал жирным? Я взял чашку лекаря и осторожно начал есть руками, не хотел брать его палочки и уж тем более подносить их ко рту.

— После еды нужно обязательно выпить чаю. Хороший зеленый чай, никаких лишних трав, никаких цветов или фруктов. В последнее время господа любят портить чай ненужными запахами и вкусами, но старик Фучжан знает, как делать хороший чай.