Наталья Бульба – Целительница (страница 42)
— Хотел с тобой поговорить. — Трубецкой, как и Андрей, проводил взглядом машины.
— Неожиданно, — качнул головой Андрей.
Последний раз они разговаривали менее суток назад. И, на его взгляд, обсудили все, что требовалось.
— Ты сейчас куда?
— За ними, — кивнул Андрей на колонну.
Машины сопровождения уже выехали, проверяя намеченный маршрут. И хотя его присутствия операция не требовала… Нет, предчувствий у него не было, просто хотелось добавить остроты довольно спокойным будням.
— Тогда я с тобой, — бросил Трубецкой и первым направился к его внедорожнику.
Андрей дернул плечом и промолчал. Хозяин — барин. Трубецкой — мужик опытный, из-за ерунды кипишиться не будет.
Нагонять колонну они не стали, просто держали в пределах видимости. Не визуальной — было еще темно, приборов слежения.
— Саша вчера была в клубе «Юпитер», — не сразу, а продержавшись целых семь минут, заговорил Трубецкой.
Андрей скосил глаза. Трубецкой на переднем пассажирском смотрелся вполне органично. Ему бы еще короткоствол на колени да сменить костюмчик на камуфляж, так от его парней не отличишь.
— Знаю, — коротко бросил он, вспомнив доклад старшего наряда, отвечавшего за ее безопасность.
Внутрь они, конечно, не полезли, но к системам подключились. Благо соответствующий специалист в группе имелся.
— И об их встрече с моим сыном? — скорее удовлетворенно, чем с беспокойством уточнил Трубецкой.
— И о состоявшемся затем разговоре, — подтвердил Андрей плотную слежку за Сашей. — И про наркотики, и о зажравшихся столичных ублюдках, которым провинциалы мешают жить, тоже. А также о плане, в соответствии с которым наши отроки собираются ловить маньячек.
— Что?! — рыкнул Трубецкой, разворачиваясь на сиденье. — Эти охламоны…
— А чему вы удивляетесь, ваше превосходительство? — едва ли не равнодушно хмыкнул Андрей. — Или думали, после той дозы адреналина, которую хапнули, вызволяя Яну, они теперь так просто постоят в сторонке, дожидаясь, когда сработает наша доблестная полиция?
Андрей язвил…
Когда узнал о Сашкиной задумке, был в похожем состоянии. До бешенства не дошел — все-таки речь шла о крестнице, но по эмоциям хлестануло знатно.
Это потом все взвесил и нашел, что план может сработать.
А то, что рискованно… В его силах было снизить этот риск до самого минимума.
— Не любишь ты полицию, — уже скорее просто зло прокомментировал его слова Трубецкой.
— Хватает того, что уважаю отдельных ее представителей, — прояснил свою позицию Андрей. — А если серьезно, то в этой истории они мышей точно не ловят. Уже после второго убийства было понятно, что речь идет о маньяке. Нужно было собирать группу, поднимать спецов, проверять в клубах датчики на наркоту…
— Мы проверили, — чуть слышно, скорее для самого себя произнес Трубецкой.
— Вы проверили, а Ушаков? А Еремин, у которого тоже хватает клубов? Или все было проще… Да, погибшие девчонки — одаренные, но за ними никто не стоял, лишь не знавшие куда кинуться от горя родители. А если бы кто из родовитых, вот тогда… — Не договорив, Андрей медленно выдохнул.
Как говорится, не в первый и не в последний раз, но все равно противно. На словах — одно, на деле… Нет, не всегда, но… Еж — птица гордая, пока не пнешь, не полетит. Вот и приходилось то пинать, то подпинывать.
— Первый, я второй, — отвлек его вызов. — Идем чисто.
— Принято, второй, — отозвался он. Бросил взгляд на навигатор…
Раннее утро, дороги пустые. Да и контроль не только на земле, но и в воздухе. Вертолет отслеживал колонну, дополнительно проверяя маршрут.
— Думаешь, могут быть проблемы? — не задержался с вопросом Трубецкой.
Андрей качнул головой. Теперь, когда эти твари засветились…
Нет, Виталий Варланов — отработанный материал. Теперь ни к нему, ни к его семье никто на пушечный выстрел не подойдет.
Но перестраховаться все равно требовалось. У Дедова — подготовка. И если он пойдет на принцип…
Андрей опять качнул головой, но теперь уже мысленно. На принцип в таких ситуациях не идут, ищут другие варианты.
И вот это было хуже. Здесь знаешь, чего ждать, а там…
Впрочем, само «там» останется неизвестным, пока не рванет. Если, конечно, следак не окажется гением и не раскопает то, что поможет сыграть на опережение.
— И что собираешься делать? — сбил его с мысли Трубецкой.
Андрей хмыкнул. Князь говорил не о семье Варланова, а о детишках, решивших заменить собой взрослых дядей.
— Контролировать каждый их шаг и молиться, чтобы в самый ответственный момент не случилось непредвиденного, — продолжая отслеживать дорогу, ответил Андрей. — Саша считает, что с сегодняшнего дня я в командировке.
— Думаешь, расслабятся? — неверяще усмехнулся Трубецкой.
— Не думаю, — улыбнулся Андрей, — надеюсь. И кстати, что там за история у Воронцовых?
Трубецкой скривился. Бурная деятельность старшего Воронцова…
Раньше нужно было бурно действовать! Когда Сашка была маленькой и спрашивала про бабушку с дедушкой.
Воскресное утро!
Наверное, именно таким оно и должно быть, если говорить о нормальной семье. Нормальной семьи у меня никогда не было. Да и вот так, чтобы всем собраться за завтраком… За мои семнадцать лет подобное случалось редко. Всегда кто-нибудь да был занят.
— Я вчера получил два благодарственных письма, — когда перешли к чаю, посмотрел на меня Данила Евгеньевич. — От Валдаевых и Мещерских.
— Ты ничего не говорил, — словно давая мне передышку, произнесла Людмила Викторовна.
— Хотел сначала обсудить это с Сашей, — грустно улыбнулся профессор. — Руководство училища отреагировало на сообщения СМИ. Да и полицейское управление намерено представить Антона и Игоря к медали «За спасение ребенка». Но и Мещерский и Валдаев…
— Данила Евгеньевич, — перебила я его, — мальчика действительно спасли Антон и Игорь. И это сомнению не подлежит. А то, что меня не упомянули, так даже лучше. Мне учиться надо, свою репутацию зарабатывать, а не пользоваться вот этим героическим флером.
Данила Евгеньевич переглянулся с Людмилой Викторовной. Многозначительно так переглянулся. С гордостью. Словно я была такой же дочерью, как сидевшие здесь же Яна и Юля.
Это было приятно, но не рассказывать же им, что любое излишнее внимание мгновенно разрушит мою легенду.
Да даже и не будь ее! Ничего особенного я не сделала. Да, определила, что мальчик находится под магемой подчинения! Не будь ребят, на этом бы все и закончилось. Спасти его в одиночку я вряд ли бы смогла. А ждать помощи от окружающих… Пока бы я им объяснила, в чем дело. Пока бы они думали, стоит или нет верить этой девчонке…
Нет, с Игорем и Антохой получилось едва ли не идеально. Они уже знали о моих способностях и не сомневались ни в одном моем слове.
— Сережа, а вы что скажете? — неожиданно не только для меня, но и для всех спросила Юля.
В этот момент я бы тоже с кем-нибудь переглянулась — с таким искренним интересом подружка смотрела только на Антона, но никого, кто сумел бы разделить мои чувства, рядом не было.
— Скажу, что нам стоит уважать решение Саши, — бросил он на меня короткий взгляд.
Я изобразила пожатие рук, выражая солидарность со сказанным. Данила Евгеньевич и Людмила Викторовна вновь переглянулись. На этот раз — умилительно.
Вот ведь… Иногда привычка подмечать происходившее вокруг создавала одни проблемы. Теперь сиди и думай, что у них в голове.
— А я с этим не согласна! — начала приподниматься Юля.
— Саша знает, что делает, — вдруг подала голос Яна и тут же потупилась. И даже попыталась стать меньше, сжалась, избегая чужих взглядов.
— Спасибо, Ян, — улыбнулась я, делая вид, что ничего не заметила. — И прошу вас, давайте закроем этот вопрос. Игорь с Антоном — молодцы! Они не растерялись, они сделали все, как надо. И награду заслужили.
Юля, несмотря на мою настойчивость, с такой точкой зрения так и не согласилась. Хоть и опустилась на стул, но все равно пыхтела, выражая недовольство.
— Данила Евгеньевич, — решила я сменить тему, — во сколько поедем к Трубецким?
— К шести, Сашенька, — явно обрадовался он. — Но у нас появился новый пациент.
— И об этом ты тоже промолчал, — отвлеклась от пирожного Людмила Викторовна.