Наталья Бульба – Целительница. Выбор (страница 54)

- А вот этого уже не надо! – несколько нервно попросил Сергей, поддержав под локоть. – Заканчивай, - крикнул напарнику, - мы в машину.

Это меня и разозлило. Тоже мне, нашли кисейную барышню! Еще бы на руки подхватил, для соответствующего антуража!

Злость сделала свое дело. Сил, может, и не прибавилось, а вот упертости – точно.

- Я – справлюсь, - остановила я его. Когда Сергей отступил, признавая за мной право на самостоятельность, сделала пару вдохов-выдохов, разгоняя энергию по каналам.

Когда чуть полегчало – а произошло это довольно быстро, в очередной раз доказывая, что силы уходят на излишние эмоции, огляделась. Хоть знать, куда забросило.

Пятачок, ограниченный машиной типа из поезда и кустарником, рядом с которым находились мы с Сергеем, освещали два брошенных на землю артефакта. Свет был неярким, как в сумерках. Все различимо, но без деталей.

А вот дальше – ночь. Но не однородная - пятнистая. Где-то темнее, где-то чуть светлее. И воздух, то свежий, с волнами тепла, пропитанный запахом степных трав. То – холодный, с примесью затхлой сырости.

И звуки… Те самые шорохи, вздохи, шелест…

По жизни в имении знакомо, но там все свое, родное. Вскрикнула ночная птица, я знала, кто вышел на охоту. Зашуршало в траве, могла с уверенностью сказать, кто прячется.

Здесь все воспринималось чужим. И это тревожило, заставляя ежиться не столько от прохлады, сколько от подспудного, сковывавшего напряжения.

Не самое приятное чувство. Особенно, когда еще не пришел в себя от навязанных тебе приключений.

- Где мы? – продолжая вглядываться в темноту, негромко поинтересовалась я у Сергея.

- Два с половиной километра на северо-запад от Шемахи, - не помедлил он с ответом. – Вот там, - показал в сторону большого темного пятна, «спрятавшегося» за машиной, - развалины крепости Гюлистан. Памятник истории. И не только древней.

- Знаю, - вздохнула я. – Крестный здесь воевал.

Про отца и Реваза говорить не стала. Сергей – хороший человек, но эти вещи его совершенно не касались.

И ведь ничего такого не было сказано, но воспоминание об отце задело что-то внутри. Дернуло. Потянуло. И не разобраться, чего бурлило в ощущениях: беспокойства, страха, надежды, уверенности, азарта…

Главное, он был жив и здоров. Я это чувствовала так же четко, как если бы в этот момент разворачивала над ним диагностическую магему.

- Серый, пора! – негромко позвал напарник Сергея.

Я обернулась на голос…

В этот момент безымянный для меня боец как раз закидывал мужика к себе на спину. Легко так, ловко, совершенно не чувствуя веса.

Удивительным это выглядело, если видеть впервые, а так все закономерно. Обладатели земной стихии отличались не только степенностью и взвешенностью действий и суждений, но и крепостью тела.

А он был земляным. Я – целительница, я это чувствовала.

- Идем, - отозвался Сергей, прерывая мои рассуждения о свойствах стихий, которыми они наделяли своих носителей.

Поднял ближний к нам артефакт, переключил, убрав свет до едва заметного. И только после этого посмотрел на меня:

– Саша…

Я согласно кивнула, и даже последовала за Сергеем, но, сделав пару шагов, остановилась. Что-то удержало, протянувшись между мной и темнотой. Как крючком зацепилось под сердцем, заякорилось лапами, наполнилось тревогой, с каждым мгновением становясь все ощутимее.

- Сколько сейчас времени? – спросила я, не совсем понимая, что со мной происходит.

- Начало второго, - мгновенно развернулся Сергей. Подойдя вплотную, настороженно заглянул мне в лицо. – Саша, девочкам, даже если они с пистолетом, давно пора спать.

- Пистолет ты забрал, - машинально ответила я. Склонив голову, прислушалась.

Все те же шорохи, шелест, стрекот.

Вот где-то с ветки сорвалась птица. Вот совсем недалеко от нас в траве проскользнула полевая мышь.

- Саша… - перебросил Сергей автомат на грудь. Подобрался, став похожим на хищника. – Что…

Разорвавшая тишину автоматная очередь ударила, словно стреляли рядом. Зло, захлебываясь, залаял второй. Третий…

- Отец! – выдохнула я, лишь теперь догадавшись, с кем связало меня тревожным канатом. Мгновенно обессилев, буквально сползла на землю. Впилась пальцами в чахлую траву, словно через нее пытаясь увидеть… понять…

Потом, как если бы от этого зависела его и моя жизнь, вскочила, рванула туда, на звуки выстрелов… На яростный лай, который не затихал ни на секунду. Буквально видя, как полосуют очереди ночь. Как впиваются в плоть, разрывают ее в кровавые ошметки…

- Саша! – догнав, попытался перехватить меня Сергей.

Я вырвалась, похоже, полоснув ногтями ему по лицу, вновь бросилась в расступавшуюся темноту.

Быстрее! Быстрее! Еще быстрее…

- Сашка!

Меня толкнуло в спину, но я не упала, сгруппировавшись, мягко «легла» на плечо, перекатилась и, вскочив на ноги, вновь понеслась вперед.

А автоматы лаялись, не переставая. Впереди и справа вспыхнула сигнальная ракета. Потом полыхнуло огнем… столб пламени взлетел в небо, раскрылся зонтиком и, расползшись каплями, посыпался вниз.

- Нет! – заорала я, догадываясь, какую именно использовали магему. Огонь… сплошным ковром… с неба…

Подсечкой меня все-таки сбило с ног. Я упала, только и успев, что выставить вперед согнутые в локтях руки.

Удар оказался сильным. Сорвалось на миг дыхание, ладони засаднило, но я вновь попыталась подняться…

- Твою мать… - выругавшись, прижал меня Сергей коленом к земле. Когда я, извиваясь, попробовала перевернуться, завел руки за спину, чем-то стянув запястья. – Я еще только с девушками не воевал.

- Отпусти! – заорала я, когда он поднял меня за шкирку. – Там…

Мне было уже наплевать на тайны. Там был отец! Ему требовалась помощь!

И я должна была…

Сказать я ничего не успела, задохнувшись от двинувшей под дых тревоги. Связывавшая меня с отцом нить натянулась, зазвенела, словно предупреждая…

О чем, стало ясно практически сразу.

Слева от того места, где полыхнуло огнем, вспухло зарево, рвануло во все стороны, освещая разрушенную крепость. Земля под нами дернулась, словно взбрыкнула. Пошла волной. Я бы не устояла – последний рывок сожрал остатки сил, но удержал Сергей. Потом резко развернул, прикрывая собой, когда дохнуло пахнущим огнем и землей воздухом…

Наверное, мне нужно было быть благодарной…

Хотя бы за то, что пытался защитить от самой себя.

Наверное…

Мне было уже все равно…

Просто в груди стало пусто. И – больно. И тоскливо. Невыносимо.

Потому что я больше не чувствовала отца.

В этом мире.

***

К склону, на вершине которого доживала свой век цитадель крепости Гюлистан, они подошли за двадцать минут до часа. С северо-востока, а не юго…, как это предполагалась планом. Ну и значительно позже, так что с прикрывающими их группами должны были разойтись и во времени, и в пространстве.

С поддержкой оно было бы лучше, но…

С учетом новых вводных, это был совершенно не тот случай.

Реваз остановил группу у подножия. Сбросив рюкзак, отошел на несколько шагов вперед, склонил голову вбок. Качнулся, развернулся…

Основной его стихией был огонь, второй – дружественной, воздух, чем он сейчас активно и пользовался.