Наталья Бульба – Целительница. Выбор (страница 5)
Во время теракта через руки целителей и медиков тоже прошло немало, но там все было компактно, позволяя оказывать помощь максимально быстро. Здесь же оказалось иначе. Люди под завалами… Мужчины, женщины, дети, старики…
Все произошло после обеда. Первый толчок, как нам рассказали еще в воздухе, был слабым, но на него отреагировали. В школах, как того требовали правила безопасности, прервали занятия и вывели учеников на улицу. В садах малышей подняли с тихого часа.
Это спасло тысячи детских жизней. Потому что когда через двадцать минут земля взбесилась восьмибальным штормом, они все еще находились вне помещений.
Хуже оказалось с теми, кто оставался в домах. Мало кто из них посчитал опасность серьезной.
- Кто поисковики? – дав нам минуту на осознание сказанного, Владимир Григорьевич вытащил из кармана небольшой планшет. Положил его на сиденье, прижав бедром.
В первый момент испугалась, не сразу сообразив, что поисковиками он назвал обладавших развитой эмпатией целителей, потом подняла руку.
Вслед за мной заявили о себе еще пятеро. Их имена, благодаря Игорю, я уже знала. Стас, Валентин, Роман, Юрий и Андрей. Двое последних – с третьего курса и уже участвовали в ликвидации чрезвычайных ситуаций.
- Передайте, - достав из того же рюкзака небольшие несессеры синего цвета, МЧСник пустил их по рядам.
Когда все оказались у нас в руках, начал объяснять:
- В укладке – индивидуальный набор поисковика: переносная станция, маяк и браслет экстренной связи. По переносной станции, - раскрыл он такой же нессесер, как у нас. - Основной блок размещается на поясе или под одеждой. Выносной манипулятор крепится на специальной петле на жилетах, которые вы получите на месте. Прищепка и там, и там, надежная, при движении, если не будете, конечно, лазить по узким тоннелям, не потеряется.
- А позывные? – подал голос Андрей, цепляя основной блок, как рекомендовал Орлов.
- Мой позывной – Орел. Позывные групп – Орел-один, два, три, четыре, пять, шесть, - указывая на каждого из нас, определил нам порядковый номер. - Это, - посчитав, что этого достаточно, вытащил он из коробочки круглую нашлепку, – личный маяк. Как только приклеите на шею, он опознается на моем планшете и зафиксируется в системе. Приоритет по безопасности – высший. Дальше, - поднял гибкий браслет, - экстренная связь. Привязка стандартная. Желтая кнопка – непонятная ситуация. Красная – требуется помощь. Напоминаю, что жизнь целителя важнее жизни пострадавшего. Это – закон.
- Сортировка? Оказание первой помощи? – смягчив становившуюся с каждым мгновением все более тяжелой паузу, вновь отметился Андрей.
- Вы все допущены как к сортировке, так и к оказанию первой помощи, - словно только что не нагнетал напряжение, не помедлил МЧСник с ответом, - однако, последней, без особой необходимости, прошу не злоупотреблять. Ваша задача – поиск. Чем больше пострадавших мы вытащим из-под завалов в первые двое суток, тем меньше потеряем в последующем.
Опять тот самый синдром длительного сдавливания. Чем дольше период травмирования, тем тяжелее могли быть последствия.
Именно поэтому при таких чрезвычайных ситуациях собирают всех доступных нейтрализаторов. Если кто и может предупредить токсический шок, связанный с самоотравлением организма продуктами распада тканей, так именно они.
Этого хватило, чтобы вспомнить про Анну Филоненко. Вот кто бы здесь пригодился. Да и Кирилл с Петром тоже. Хоть и не нейтрализаторы, но прекрасно работали с соответствующими магемами.
Думать об этом не стоило – та жизнь осталась в Москве, но не думать не получилось. Как и сомневаться время от времени в собственном решении.
Впрочем, неуверенность терзала меня только до взлета, а потом перестала быть острой. Я знала, что должна была сделать этот шаг. Я его сделала, и оглядываться назад не собиралась.
- Старшие групп?
Среди этих шести был Сашка Трубецкой.
- Ваши комплекты, - по рядам вновь пошли несессеры, но уже черного цвета. – Комплект – такой же. Позывные по списку поисковиков я уже назвал. Настройки маяка на приоритет безопасности по среднему уровню.
- Безопасность целителя, - кивнул Сашка. В мою сторону он даже не посмотрел.
- Именно. В задачи старших входит не только организация работы на месте ЧС, но и обеспечение безопасности целителя-поисковика. Ценность их жизни я объяснять не буду, сами не маленькие.
- Где нам предстоит работать? – воспользовавшись возможностью, поинтересовался один из старших.
Имени его я не знала, но видела, что Андрей входил в его группу.
- Поисково-спасательные работы на данный момент разворачиваются вдоль основных городских дорог, которые расчищаются тяжелой техникой, и трассы М4. Зона нашей ответственности находится в западной части города, где формируется одна из группировок, в которую войдет двенадцать таких команд, как наша. Из сложных объектов: больница, крупный супермаркет, банк, кафе.
- Круто… - высказал тот же старший общее мнение.
- Круто, - невесело согласился с ним Орлов. – Все снаряжение получим на месте. На данный момент там уже развернут эвакуационный пункт с малым мобильным госпиталем, пункт приема пищи и подготовлено место для размещения личного состава. На команду – две палатки. Девушке…
- С девушкой мы разберемся сами, - подал голос Сашка.
- С девушкой вы разберетесь сами, - без малейшего намека на иронию, повторил за ним Орлов. - Схема работы: пять на один. Пять часов на поиск, час на отдых и принятие пищи. Через четыре смены – восемь часов сна. Это – предварительно. А там…
МЧСник замолчал, посмотрев на идущую следом машину.
Сколько было в колонне, я не считала, но сопровождавший движение гул был таким же, как и на аэродроме.
- Что такое пять минут тишины знаете? – неожиданно спросил он, продолжая глядеть куда-то вдаль.
Мы – знали.
Пять минут, на которые приостанавливались все поисково-спасательные работы.
Пять минут, тишина которых могла спасти чьи-то жизни.
***
Ночь была где-то там. Здесь же существовали лишь яркий свет прожекторов и тени. То - робкие, едва проявляющие себя зыбкой серостью. То - глубокие, черными провалами похожие на бездну.
А еще – огненные всполохи. Но это там, где в разрушенном городе зверствовал огонь.
На обустройство и подготовку нам дали двадцать минут.
Их оказалось более чем достаточно. В отличие от той подготовки, которую проходили при ликвидации теракта, эта не предусматривала ни полной очистки организма, ни использования специального белья. Схема работы «пять на один» позволяла свободно отправлять естественные потребности.
- Может тебя разместить у медичек? – когда, уже собравшись, вышла из палатки, перехватил меня Орлов.
Оглянувшись – полог за мной опустился, отрезав от чужих взглядов, вновь посмотрела на МЧСника.
С одной стороны, в его предложении был смысл. Мою кровать хоть и отделили от остальных импровизированной ширмой, но определенная скованность все равно присутствовала. И у парней, старательно избегавших крепких словечек и сальных шуток. И у меня, столь же старательно делавшей вид, что ничуть не смущаюсь.
С другой, мобильный госпиталь, рядом с которым размещались медики, находился ближе к эвакуационному лагерю, чем к сектору спасателей. И хотя расстояние было не таким уж и большим – всего-то метров двести пятьдесят, но при определенных обстоятельствах они могли оказаться непреодолимыми.
С третьей, Сашка будет недоволен, пропади я из поля зрения. Он и так взвалил на себя ответственность за мою жизнь, так что добавлять ему нервотрепки точно не стоило.
- Спасибо, но мы – справимся, - надеясь, что прозвучало достаточно твердо, произнесла я.
Пока МЧСник думал, как отреагировать, наглухо застегнула голубой с белыми вставками жилет, говоривший о моей принадлежности к целителям, и прикрепила к петле внешний манипулятор станции.
Проверила нашлепку маяка – бесполезное занятие, без специального кода, отменяющего ЧС, сдиралась с огромным трудом, но инструкция требовала, что я и сделала. Сдвинула бегунок на браслете, переводя его в активный режим.
- Хорошо, - кивком оценив мои старания, согласился он с решением. – Но если что…
- Если что не будет, - откинув полог, выбрался наружу Трубецкой. – Сашка у нас ценный товарищ. За нее любой глотку перегрызет.
- Услышал, - совершенно спокойно отозвался Орлов и отошел к стоявшим в стороне коробкам, оставив нас одних.
Впрочем, одиночество было относительным. Двадцать отпущенных нам минут заканчивались, народ активно выбирался из палаток.
Группировка, к которой мы относились, называлась Западной и располагалась за городом, на довольно большом пустыре. Не знаю, каким был его рельеф до того, как поработала тяжелая техника, но сейчас площадка выглядела идеально гладкой и хорошо утрамбованной.
Ближе к окраине были выставлены мобильный госпиталь, один из пунктов приема пищи, наш сектор с тремя десятками больших палаток, помывочная и несколько самоочищающихся туалетных кабинок.
Дальше, в сторону дороги, эвакуационный пункт, размещать который только начинали. Тоже палатки, помывочные, пункты приема пищи и туалетные кабинки.
По периметру каждого сектора – охрана. Грозная и молчаливая. Как рассказывал по дороге МЧСник, в городе уже задерживали вооруженных мародеров, так что предосторожность лишней не была.