Наталья Бульба – Целительница. Выбор (страница 14)
Ему, конечно, хотелось бы продержаться подольше, но…
Андрей, прощаясь, в качестве оптимистичного прогноза выставил неделю. Сам Трубецкой склонялся к четырем-пяти дням.
И вот тогда…
Если они правильно просчитали того, кто мутил воду, прикрываясь Ушаковыми, Бабичевыми и иже с ними, то вариантов полностью защитить Александру не было.
Нет, Великий князь Михаил мог бы признать ее своей внучкой, но…
Потрясений в последнее время обществу хватало и без подпорченного реноме императорской семьи.
Объяснить Тамаре и Даниле происходящее в тех словах, которые имели бы шансы пробить их скепсис, он не мог, а просто поверить ему…
Для Данилы все его ученики были сродни собственным детям, что накладывало свой отпечаток на взаимоотношения, в которых друг становился не просто учителем, а отцом, ответственным за все, что с ними происходило.
Тамара испытывала к Александре схожие чувства. И не только из благодарности за оказавшееся успешным лечение.
Пока Трубецкой размышлял, мог ли он на каком-либо из этапов вывести девушку из-под удара, Данила, наконец, сумел взять себя в руки.
Увы, не так, как хотелось бы Трубецкому.
- Тофа, - с какой-то даже обидой посмотрел Данила на него, - я тебя правильно услышал? Ты! Сам! Отправил девочку в пекло?!
- Успокойся, Даня, - тяжело вздохнув, Трубецкой откинулся на спинку кресла.
О том, что творилось сейчас в душе едва ли не единственного его друга, он догадывался.
Горько там было.
Горько и тревожно.
Впрочем, в его душе безмятежностью тоже не пахло.
- Успокоиться?! – ожидаемо вскинулся Данила. – Она еще ребенок! Ей и теракта…
- Она – не ребенок! – неторопливо, продолжая создавать для друга иллюзию того, что сам он уверен в благополучном исходе сложившейся ситуации, поднялся Трубецкой. – Она – целительница. И не будущая, а уже вполне состоявшаяся.
С тактикой он ошибся, но понял это поздно:
- Тофа, Тофа… - качнув головой, резко перебил его Данила. – Когда же ты стал таким?!
Из гостиной, где они находились, Данила вышел молча. Даже не попрощавшись.
Это было неприятно, но…
Вызывать горничную, чтобы убрала со стола, Трубецкой не стал. Прихватив бутылку с настойкой и рюмку, перебрался в кресло у камина.
Друга жадно лизавший дрова огонь не успокоил, а вот его…
После первой опрокинутой в себя без закуски рюмки легче не стало. После второй легший на грудь камень пусть и не исчез полностью, но стал не таким тяжелым.
О том, что рано или поздно, но столкнется с подобной реакцией дорогих ему людей, Трубецкой знал.
Как и знал, что в какой-то мере это будет справедливо.
От третьей рюмки его отвлек вызов:
- Трубецкой, - без труда, хоть тот и не был обозначен, опознал он входящий номер.
- Ваше высокопревосходительство…
Трубецкой мысленно выругался, но перебивать Марата не стал. Случись что серьезное…
Случись что серьезное, слова остались бы теми же, а вот интонации изменились. Добавив обращение резкости и тревожности.
- … штаб передал: объекты Звезда-один и Звезда-два перешли под контроль службы охраны первых лиц.
Видеорежим Трубецкой не включал, так что мог не скрывать эмоций.
Уроды!
Координировали безопасность конвоя, в котором находился младший сын императора, две структуры. С одной стороны, вояки, которые фактически и формировали сопровождение принца, с другой…
Он лишь вписал своих людей в ту часть списка, где находились сотрудники службы безопасности Империи.
И ведь знал изначально…
Одни других едва терпели, не скрывая, что считают дармоедами в том, что касалось стабильности существования их государства. Вторые отвечали тем же, не умаляя заслуг, но и не торопясь восстанавливать разрушенные когда-то и кем-то связи.
А тут еще и Тайная коллегия. Их, конечно, опасались, но, если появлялась такая возможность, не без удовольствия совали палки в колеса.
И хотя в данном случае он задействовал личные связи…
Личные связи остались наверху. За реализацию отвечали совершенно другие люди.
- Принято, - откликнулся Трубецкой и отключился.
Звезда-один и Звезда-два – младший принц и его невеста, наконец-то, добравшиеся не только до столицы, но и до императорского дворца.
И хотя его это мало касалось…
Его парни просто выполнили свою задачу. Правда, всего лишь одну из двух.
Третья рюмка собственноручно приготовленного божественного напитка теплом растеклась по организму. Потрескивавший в камине огонь успокаивал, убеждая, что здесь и сейчас он может расслабиться, оставив проблемы тем, кто и должен был их решать.
И ведь правильно убеждал – если не справятся эти, то уже никто не справится.
Бой часов нарушил мягкую, обволакивающую тишину. Один. Два. Три…
Днем было проще, а вот ночью…
Присутствие рядом Тамары успокаивало нетерпение, позволяя дождаться утра, приносившее новые задачи, в которых вынужденно терялась тревога за парней, за сына, за девушку…
Последние две ночи передышки не было. И лишил он ее себя сам.
После десятого удара, дождавшись, когда затихнет негромкое, какое-то уютное эхо, Трубецкой поднялся. Поставил бутылку и рюмку на каминную полку.
От документов, которые захватил с собой, его отвлек Данила. Раз уж все равно не спать, так хотя бы провести время с пользой.
О том, что в комнате не один, понял только когда развернулся. Не сделав следующего шага, остановился, глядя на стоявшую в дверях жену.
Легкое домашнее платье лишило ее возраста, сделав юной и хрупкой. Именно такой, какой увидел ее впервые. Отпущенные из строгой прически волосы волнами ложились на плечи, тяжело падали на спину. Глаза смотрели на него уверенно, с достоинством.
Наследие рода Багратионов. Поколения предков, с честью служивших своей Родине.
Многое он хотел бы сказать ей сейчас, но…
Все, что он мог – только любоваться и надеяться на ее мудрость и веру.
Веру в него.
За некоторое время до...
Сели на военном аэродроме под Тифлисом. Баку и Ширван после проверки полос уже принимали – аукались отголоски землетрясения, но туда отправляли борта с группами первого состава, они же пристроились к вспомогательным командам.
Впрочем, Андрея такой вариант устраивал изначально. Тифлис, Владикавказ, Нальчик, Пятигорск, Ставрополь… За спокойствие этой части Российской Империи отвечал княжеский род Багратионов.
В группе кроме него трое. Двое – Ким и Бурый, из личного резерва. Обоих приметил в клубе – проходили переподготовку, с обоими имел соответствующий разговор, после которого оба, не сомневаясь, согласились на его предложение. Ну а то, что после этого «прозябали» во второсортном охранном агентстве...