Наталья Бульба – Суровые ведьмины будни (страница 64)
Первыми в святилище вошли, естественно, Туся и Азаир. Перед тем, как ступить на лестницу, ведущую на возвышение, подружка чуть помедлила. Демон напрягся, мы затаили дыхание, но все обошлось. Видимо, ответственность победила шаловливость, или Туся решила больше не играть на нервах и без того слишком напряженного жениха. Дальше все пошло, как по маслу. Кубок, торжественный голос Азаира, непривычно-серьезный - Туси, произносящие уже знакомые мне слова. Родовой перстень и брачный браслет, возникшие на ее руках, когда пальцы молодоженов переплелись на ножке кубка, ликующий рев толпы, приветствующий свою повелительницу. Все, как и ожидалось, внушительно, торжественно, впечатляюще.
Потом наступил черед принца с прорицательницей. Эти были до безобразия счастливы и даже не думали 'держать лицо'.
Последними к разноцветному камню подошли мы. Вир шепнул 'Еще не поздно передумать', но я шагнула вперед. Все уже было обдумано и взвешено, а менять свои решения было не в моих правилах. И потом, держа перед собой тяжелый кубок и повторяя древнюю клятву, отчетливо ощутила, что оно - единственно возможное. Правильное. Естественное. Для нас, для этого мира. И теперь все будет хорошо…
Хорошо было ровно две недели. Первая промелькнула незаметно в сверкающем вихре празднеств - пиров, балов, парадных выездов и фейерверков. Вторая тянулась медленно и неспешно, как потягивается сытый кот у камина, давая восхитительное ощущение покоя и безмятежности. Но этот долгожданный покой разлетелся осколками в одно отнюдь не прекрасное утро. Вместе с драгоценной вазой эльфийской работы, ставшей первой жертвой первого семейного скандала венценосной четы.
Шум раздался ранним утром со стороны личных покоев Азаира. Вирран вскинулся мгновенно, схватил меч, всегда ночевавший у его изголовья, и, не озаботившись даже накинуть на себя халат, в одних шароварах рванул туда, где грохотало, звенело и падало. Я порысила за ним, на ходу пытаясь одеть пеньюар, проснуться и сообразить, что же могло случиться. Мозг спросонья работать отказывался, но шестое ведьминское упорно твердило, что случилось то, что неизбежно должно было случиться: нашла демонская коса на бабйожкинский камень.
Вир вихрем пролетел мимо гвардейцев, усиленно делавших вид, что их здесь и нет вовсе, пинком распахнул тяжелую дверь личной гостиной Повелителя и застыл на пороге с мечом наперевес. Я затормозила о широкую мужнину спину и осторожно выглянула из-за этого надежного укрытия, обозревая поле боя.
А посмотреть было на что.
Все, что могло быть разбито - было разбито. Что могло быть перевернуто - было перевернуто. Посреди разгромленной комнаты, уперев руки в бока в лучших традициях Диканьки, стояла Туся и тихо шипела, не отрывая бешеного взгляда от Азаира, осторожно обходившего супругу по широкой дуге. В роскошной черной гриве Повелителя виднелись перья, а плечо украшал отчетливый след ногтей.
- Тусенька… - рискнула я окликнуть подружку, не рискуя, впрочем, покидать свое убежище.
- Гр-р-ш-ш, - подруга все же бросила взгляд в мою сторону, оборвала шипо-рычание и уже внятно произнесла: - Ты представляешь, он отказывается распускать гарем!
- Дорогая, - интонации многострадального демона напоминали тон, которым опытные лошадники успокаивают задурившую лошадь, - это традиция, древняя традиция. Я просто не могу этого сделать.
- Ах так? А мне казалось, ты - Повелитель, - Туся ехидно прищурилась, не выпуская из поля зрения продолжавшего обходной маневр мужа.
- И поэтому первым обязан заботиться об их соблюдении…
- Еще бы, особенно о таких… - Ведьма просто излучала сарказм.
- Любимая, я обещаю не посещать его в одиночку, но иногда, выполняя долг гостеприимства, я обязан это делать…
- К чертям хвостатым!!! - взвыла новобрачная пароходной сиреной.
Демоны переглянулись и дружно попытались спрятать хвосты за широкими штанинами. Получилось виновато. И смешно.
- Дорогая, пожалуйста, тебе нельзя волноваться…
- Все! Хватит! Я возвращаюсь домой!!!
'К маме' тихонечко произнесла я, в глубине души искренне сочувствуя Азаиру. Как бедняга собирается разруливать конфликт между традицией, да еще и древней, и собственной, хоть и молодой, но не менее стойкой супругой, я не представляла. Но в том, что ни одна, ни другая не склонны к уступкам, сомневаться не приходилось.
Туся рыжим метеором подлетела к дверям и уже на пороге обернулась:
- Мара, ты со мной?
Подруга, наставница, повелительница плюс новоявленная тетка… такой букет не ослушаешься. Да и как ее, беременную, без присмотра отпустишь. Вон как гормоны-то буйствуют…
И я, с тоской взглянув на мужа, поплелась следом.
Она начала плетение прямо в холле, ничуть не смущаясь присутствием охраны.
'Все равно найдет' - кивнула я на украшения на ее руках, от всей души желая, чтобы это случилось поскорее, но ведьма лишь отмахнулась от моих слов, сосредоточенно выстраивая переход, и нырнула в портал, как только серая арка обрела четкость.
Не забыв и меня потянуть за собой в туманную неопределенность…
ЭПИЛОГ
Мелодичный звон таймера духовки раздался, когда я дорезала последний салат. Успеваем. Вино продышалось, еда готова, несколько минут на сервировку и праздник можно начинать. И для духа, и для живота. Сегодняшние посиделки мы запланировали как раз под трансляцию финала чемпионата мира по шоссейно-кольцевым мотогонкам*.
Когда я, балансируя двумя салатницами и блюдом с запеченным мясом, ввалилась в комнату, Туся деловито раскладывала салфетки и приборы, время от времени бросая сторожащие взгляды на метровую плазменную панель, где в настоящий момент немо разевал рот очередной рекламный персонаж.
- Еще минут десять, - успокаивающе произнесла я, - раньше они не начнут.
- Угу, - лаконично согласилась подруга, сосредоточенно расставляя посуду на стеклянном столике, окруженном диваном, креслами и парой пуфиков - на мой взгляд, самое уютное место в нашем доме, располагающее и к разговорам по душам, и к вдумчивому поглощению пищи.
Моей наставницей она перестала быть семь лет назад, но время никак не отразилось на изящной фигурке в светлых джинсах и еспритовской белой футболке. Разве что волос стал длиннее и гуще.
Туся оглядела получившийся натюрморт и озабоченно нахмурилась:
- На всех не хватит.
- Хватит, - успокоила я, - в духовке еще одна порция мяса. И салаты в холодильнике.
- Это хорошо, - отстраненно протянула она, наливая нам по бокалу красного вина. Шампанское дожидалось своего часа в холодильнике, и мне очень хотелось надеяться, что ждет оно не напрасно.
- Ну, за удачу!
- За удачу, - поддержала я тост, - Она нам сегодня понадобится.
- Не только нам…
На экране уже готовились к старту. Мощные байки, нетерпеливо порыкивая, выстраивались в линию. Эти уникальные машины существовали лишь в двух экземплярах: одна - на трассе, другая, ее точный клон - запасная на случай аварийной ситуации. Обтекаемые, стремительные, хищные обводы корпусов, зеркальные шлемы пилотов делали зрелище почти инопланетным. Мы же искали серебристо-черную Ямаху, украшенную всполохами алого пламени.
Искомый байк обнаружился под номером 9. Пилот горячил его, как всадник горячит коня, давая возможность окружающим вдоволь полюбоваться мощью и красотой своего зверя.
Хлопнула входная дверь, ощутимо потянула сквозняком. В комнату стремительно вошел высокий мужчина, седой и поджарый, как матерый волк. Туся встретила мужа непроизвольной улыбкой, он ответил мимолетным, но нежным поцелуем. И тут же рухнул в ближайшее кресло, требовательно протянув руку, в которую предусмотрительная супруга вложила бокал вина.
- Что будем смотреть? - кивнул он на экран.
- Мотогонки, чемпионат мира.
- Пойдет, - милостиво одобрил он наш выбор и по-кошачьи потянулся, продемонстрировав во всей красе великолепное тело, скрыть которое тонкие летние джинсы и рубашка с короткими рукавами были не силах. Одеваться со вкусом, просто и стильно, этот гад умел.
- Укатали сивку крутые горки? - насмешливо поинтересовалась Туся, оставив без внимания выразительный намек.
- Ага, - легко согласился волк, - американские. Пять раз катались.
- А где остальные? - я наконец-то сообразила, что мое собственное семейство домой явиться не соизволило.
- Во дворе, на турнике соревнования устроили.
- А Илонка, конечно же, судит…
- И награждает победителя. Как и положено принцессе, - хмыкнул гордый отец и вдруг насторожился: - Идут. Сейчас узнаем, кто кого.
Дверь вновь отворилась, впустив внутрь возбужденный гомон детских голосов и успокаивающий рокот двух баритонов.
Через мгновение в просторной комнате стало шумно, тесно и весело.
Первым влетел рыжий метеор и с визгом обрушился на папины колени, превратившись в очаровательное шестилетнее создание с огромными золотисто-карими глазами, смотрящими на мир с такой трогательной беззащитностью, что это просто не могло быть правдой.
- И кто победил? - осведомился отец, с нерассуждающим обожанием глядя на свое непоседливое сокровище.
- Арсен!
- А почему это Арс? - выступило из прихожей нечто не по годам крутое, в бандане, коже и заклепках, - мы одинаково подтянулись!
- Но ты обратным хватом, а он - прямым! А это труднее. Вот! - девчушка показала язык и принялась моститься поудобнее, нещадно тыкая папины ноги острыми кулачками. Для придания мягкости, я полагаю. Папа кряхтел, но стоически молчал.