Наталья Буланова – Оборотень по объявлению. Моя свободная пара (страница 42)
– Еще скажи, что тебе самой не интересно! – завопил из кабинета Леон, вызвав у нас с Бурой только смешки.
– Интересно, – согласилась Альбина. – И у меня даже есть соображения по этому поводу.
Дверь кабинета открылась, показалась обиженная физиономия местного гения:
– Какие?
Альбина повернулась к Буре и Лесе:
– Ладно, пойду поделюсь мыслями, заварю чай с листьями кошачьей мяты.
– Быстрее, родная. Быстрее, – поторопил Леон.
Попрощавшись с доктором, обсудив между собой хорошие результаты обследования, мы с Бурой вышли, погрузили детей в минивэн нашего защитного центра и услышали мелодию, которую кто-то насвистывал.
– Птаха, хочешь с нами?Оказалось, это Птаха лежал в колючих розах неподалеку от нас и явно нарывался на звездюлей от Скалы. Я слышала, что оборотень очень тяжело переживал подлянку бывшей жены, и никакой пожизненный срок в психушке для всех участников не залечил его раны.
– В Безопасную нору? Нет, если у вас нет еще и Опасной норы.
Тут как раз появился Скала. Посмотрел на Птаху и закатил глаза:
– Это тебе в дом к медолису. Он как раз закрыл свой магазин кроссовок и открыл в технологичной норе мастерскую. Говорят, не столы выгрызает, а произведения искусства.
– И чем же там опасно? – Птаха сразу сел.
– Говорят, что на этой сфере был другой монополист, и теперь медолиса прессуют.
– Медолиса? Прессуют? Люди? – Птаха заржал, не веря ни единому слову.
Я тоже удивилась. Ничего об этом не слышала.
– Ага. Ему нравится. Он каждый день разборками развлекается. Использует этот контент для продвижения в соцсетях, и знаешь, сколько его людей поддерживают? Фишка в том, что нельзя показывать сверхсилу и ни в коем случае не прибить конкурентов.
– Хм, – Птаха почесал затылок. – И насколько там забавно?
– Очень. Медолис изображает бедного терпилу, на которого целой ордой идут решалы, а потом выключает камеру и… – Скала улыбнулся, словно сам хотел бы поучаствовать, да нельзя. – А потом те дураки заявления пишут о побоях, а медолис видео показывает ментам и плечами пожимает, когда говорят, что он один двадцатерых побил. Конкуренты злятся, собирают все больше людей. Кажется, сегодня один медолис может и не справиться. Человек сорок будет.
– Ни слова больше! – Птаха вскочил на ноги, а через пять секунд его уже не видно было на территории Бродячих.
Скала довольно сощурил глаза. Посмотрел на наши сплетенные пальцы, улыбнулся и вздохнул:
– Эх, молодежь. Вы хоть с такими коленками к родителям не ходите. Поберегите их.
Я посмотрела вниз, где под линией сарафана виднелась краснота на коже.
– Да это не то…
– Ага-ага, – Скала махнул рукой, жестом прощаясь и пошел по своим делам.
– Ты пунцовая, – прошептал Бура.
– Это ужасно.
– Что естественно, то не безобразно.
– И где регенерация?
– Она за нами не успевает, – хохотнул наглый лис, подмигнул и сел за руль.
А мне хотелось взять пример с Ядрена Батона и тоже погрызть стол. Хоть какой-нибудь! Стыдно-то как.
Глава 17. Эпилог
Жизнь среди людей была странной, как соленая карамель, как шоколадная мята. Сначала интересно, необычно, вкусно, а потом приторно, много не осилить. На любителя.
Я так быстро собрал вещи из клана Бродячих, что не помню, со всеми ли попрощался. Все получилось скомкано, суетливо, с долей обиды.
Почему так?
Потому что меня не взяли на финальную разборку. Благодаря потере зверя я всех спас в лесу, но меня отодвинули в сторону по этой же причине. Сказали, что ради моей же безопасности.
Неприятно. Когда удобно – я их. Когда нет – в сторону.
Слышал, если бы не медолис-грызун всея-всего, все погибли. И я в том числе, если находился бы там.Прошли дни, и я немного иначе посмотрел на сложившуюся ситуацию. Подостыл. Подумал, что в словах Тени была толика заботы. Все сверхи на деле убедились, что я потерял животную половину, и на меня не действовала отрава, поэтому и перестраховались.
В этот раз спасителем был он. Он, а не я. А мне хотелось снова ощутить то чувство, когда тебя все благодарят.
Родители очень просили вернуться в клан гибридов, Тень предлагал остаться с Бродячими, но кто бы я там был?Но как это сделать, когда ты чужой среди своих? Среди людей я никто и сбоку бантик. Среди оборотней я тот, кто потерял все – меня жалеют, но не уважают.
Работу давали не по таланту, а глядя на корочку и трудовые записи. Я долго не мог понять, как все работает и пробовал себя в разном: и в скучной офисной работе, и в физической. Не нравилось ничего.Мне нужно было найти ответ на этот вопрос. Хотя нет, даже не на один, а на множество вопросов. Кто я? Что люблю? Что ненавижу? Чем мне нравится заниматься? К чему у меня есть способности? Я думал, что мир людей – это мир свободы. Но вот уж у кого оказался в ходу принцип “каждый сам себе волк”.
Меня всю жизнь готовили к роли лидера, и когда меня, как щенка, тыкали носом, я быстро выходил из себя и вылетал с работы. Спустя десять таких полетов я понял, что людям нужно постоянно прикусывать себе языки, чтобы работать на прежнем месте дальше.
Казалось, что мир людей выдавливал меня из себя, а в мире сверхов я утопал, как в том самом болоте, где я оставил зверя. Существовало только одно, что мне нравилось прошлому и настоящему – это машины. Особенно ретро. И тогда я подумал, что вцеплюсь пока в эту симпатию. Пусть она будет моим спасательным кругом, а уж куда меня прибьет – посмотрим.Мне это не нравилось. Категорически.
У владельцев ретро-машин существовал свой чат, куда меня пригласили.Я стал искать способы погрузиться в эту сферу. Начал с выставок, познакомился с владельцами, показал своего монстр-кара, а уже в следующем месяце, стоял в их рядах и ловил восхищенные взгляды зевак.
Просто общение по интересам, никакого предвзятого мнения о натуре. И тут, наконец-то, я ощутил, что такое сопричастность. Что чувствуешь, когда говоришь о своем увлечении, тебя слушают и поддерживают, делятся своим опытом. Оказалось, что по внутрянке я знаю куда больше всех. Ко мне стали идти за советом. Это было так круто, что я загорелся идеей купить новое авто и, ради этого, научился прикусывать язык на работе.Я никому не говорил, но кое-что во мне сохранилось от животной сути – регенерация и сила. Поэтому я работал, по человеческим меркам, на износ, но за полгода накопил на мечту и стал лидером общества ретроводов.
Наверное, я уже ждал этого. Ведь от новости о совместимости этой парочки было не скрыться. Кажется, половина моих знакомых посчитала своим долгом скинуть мне ссылки на множество статей об этом громком событии в сверхсети. Так что свадьба – логичный исход для этих двух.Я был у руля, на маленькой вершине, куда забрался сам. И лодка мне нравилась. Ее я тоже выбрал самостоятельно. Поэтому, когда мне пришло приглашение на свадьбу Олеси и Буры, я даже не расстроился.
Досаду? Злость?Но что я испытал, когда услышал?
Сам не разберу, но было мало приятного.
Родители беспокоились о моем состоянии больше меня. Леон докучал просьбами приехать к нему “поболтать”. Я понимал, почему все так суетятся: истинная, которую я почувствовал в животе матери, поменяла пару. По мнению всех я должен был убиваться, страдать и пытаться наложить на себя руки.
И никто не понимал, почему я так спокоен. Родители думали, что я притворяюсь. Даже старые друзья из клана объявились, звали гульнуть.
А я даже себе не мог объяснить, почему отпустил Олесю и физически, и морально.
Мне кажется, будет правильно сказать, что мы так и не простили друг друга. Считаю, что мы оба предали нашу истинность, поэтому она ушла от нас.Понял ли я ее? Даже не знаю.
Сожалел ли я?
Наверное, нет. Пусть сейчас всем кажется, что моя жизнь разрушена, я уверен, что то была не моя судьба, а свой путь я прокладываю именно сейчас. Какой он будет? Да я еще сам не знаю. Но кое-что я утаю ото всех: то, что мой зверь не потерян навсегда.
Я не хотел идти на свадьбу, но пришел, чтобы показать всем, что сильный, и что по мне не ударила новость о событии.
Признаться, когда я увидел Лисену в белом платье, с отросшими до плеч волосами, на миг подумал, что ее женихом мог быть сейчас я. Но это было ощущение, сродни взгляду на мотоцикл, когда ты живешь в Заполярье: ты можешь представить, что, наверное, круто вилять на нем между машин и избежать пробок, но понимаешь, этот транспорт не для твоего климата.
Тень снова предлагал остаться в клане Бродячих, папа – в клане гибридов, но мне было тесно и там и там.Я от души пожелал паре счастья.
Возможно, я вернусь к сверхам. Возможно, я тоже встречу истинную. Но это будет уже совсем другая история.