Наталья Буланова – Изменить судьбу. Пекло для истинного (страница 36)
Чего-то я тут не понимаю. Но чего?
Вокруг меня такая круговерть случилась, что я не успеваю все как следует расставить по полочкам и связать. И пока тут такое давление - вряд ли смогу.
Нужно сначала решить вопрос с этой меткой, а потом уже разбираться с врагом.
Значит, Дейр будет настаивать на купели, думая, что я откажусь?
- Прямо сейчас? - растерянно повторяю я, пристально вглядываясь в его лицо.
Вижу ту самую, знакомо-незнакомую улыбку, которую невозможно разглядеть и запомнить, но которая сейчас кажется мне весьма саркастичной.
- Почему же нет? - Дейр Шорил пожимает плечами, и металл его наплечника тихо скрипит. - Чем быстрее развеем все сомнения, тем лучше для твоей репутации, Эйви. А заодно... - его взгляд снова хлещет по бледному лицу Искандера, - ...отсеем ложные притязания.
Искандер дергается, словно от удара. Его мать хватает его за плечо, но он резко скидывает ее руки с себя, не сводя горящих ненавистью глаз с Дейра. Между ними пробегает ток такой животной вражды, что я ощущаю разряды кожей.
Неужели, они так хорошо играют? Или моего бывшего пробили эмоции истинности?
Как там Ред говорил: “У истинного кровь вскипает рядом с половинкой?” Дейр Шорил тоже повторил эту фразу почти слово в слово.
Первый раз вижу Искандера таким. Он ведет себя так, словно у него хотят отнять самое ценное и дорогое. Неужели, начал чувствовать, что его поддельная метка обернулась настоящей? Будет бороться за меня с самой Ходячей Смертью?
- Господин Шорил, хотите убить Эйви? - спрашивает он.
Ничего себе! Не ожидала.
Искандер выходит вперед и встает перед Дейром Шорилом. Они оба такие разные, словно жители двух миров. Один всем видом и энергетикой настоящий воин, второй - интеллигент. Их объединяет одно - они оба сейчас готовы стоять на своем до последнего.
И это просто удивительно.
- Отчего же? Я легко сигану в купель. А ты сможешь подтвердить таким поступком, что в тебе
Искандер настолько взволнован, что его грудная клетка то и дело поднимается. Его взгляд бегает по лицу Дейра, тогда как его неподвижен и сосредоточен на глазах оппонента.
Да что такое творится-то?
Неожиданно отец встает между ними, упирает руки в их грудные клетки и медленно отстраняет их друг от друга.
Искандер от папиной силы делает шаг назад, Дейр же сначала стоит на месте, а потом двигается, но явно лишь из уважения к хозяину дома.
- Разборки попрошу устраивать за территорией дома, - говорит папа.
Искандер выглядит отчаянно взбешенным, на грани нервного срыва. Дейр же мрачно-холодным, как лезвие клинка, и таким же смертельным.
Если они заодно, то зачем так противостоять друг другу? Неужели, Искандер, правда, почувствовал, что не может меня потерять и готов пойти даже против своего заказчика?
Не узнаю бывшего. Иногда в жизни с Искандером мне даже казалось, что он не способен на такие безумные эмоции. А уж когда он пустил стрелу мне в сердце, я окончательно поняла, что он воспринимает нашу истинность не так, как я.
Папа набирает полную грудь воздуха, принимает величественную позу, которую я никогда у него до этого не видела, и говорит:
- Господа, купель истинных - не шутки. Это священный ритуал наших далеких предков, призванный решить главную проблему - отсутствие метки у мужчин. Только настоящий истинный чувствует ту бурю чувств внутри и готов пойти на риск, чтобы доказать, что именно из-за него появилась метка. Но я не позволю Эйви рисковать собой. Если кто-то из вас готов оставить ее на камне, а сам войти в воду - я дам свое согласие.
- Готов, - без промедления заявляет Дейр и склоняет голову набок, словно вся эта ситуация его забавляет. - С вашего позволения, мы отправимся во дворец прямо сейчас.
Если бы молния ударила бы в соседнее дерево, я и то была бы менее удивлена.
Готов сам лезть в купель, а меня оставить на камне? Да он же погибнет один.
И как тогда будет губить мою семью? Или у него другой план и ему нужно под любым предлогом вывести меня с собой во дворец? Не может же он, правда, полагать, что я его истинная?
Если бы не прошлая жизнь в истинности с Искандером, я бы даже поверила, что с таким рвением на самом деле могу быть истинной Ходячей Смерти. Но я-то была в будущем. Я точно знаю, чья метка на моей руке.
- Похвально, - отец одобрительно смотрит на Дейра. - Что ж, езжайте.
И ко мне поворачивается такой довольный, словно правда классного зятя для дочери нашел.
А пока Дейр разминается перед купелью, приглашаю в историю о девушке с особенностями во внешности и ее пути любви и принятия себя:
Попала в другой мир? Открыла в себе запретный дар перевязывать нити судьбы? Тогда берегись Дикого патруля!
Вот только что делать, если судьба пошутила и связала нас с их главарем той самой нитью? И как это возможно, если я ему даже не нравлюсь?
Теперь моя цель - разрезать эту нить судьбы между нами. Но готова ли я ради этого провести ночь с самым злейшим врагом?
Глава 44
“Езжайте”.
Это слово, произнесённое отцом, становится той последней соломинкой, которую выхватывают у меня из рук.
Все происходит слишком быстро, слишком неумолимо, словно меня втягивает в водоворот, и я, пытаясь выбраться, лишь ускоряю вращение, попадая в самый центр воронки.
Дейр Шорил не дает ни секунды на раздумье.
- Благодарю за доверие, господин Торн, - его голос звучит так, словно это он принимает благодарность.
Дейр поворачивается ко мне, и в его взгляде уже нет сарказма или игры. Лишь невероятная целеустремленность. Он как бревно на колесах для тарана городских ворот, которое разогнали - не остановить.
- Эйви, твой отец прав. Тебе не нужно заходить в купель со мной. Оставайся на камне, я обо всем договорюсь с императором.
Но это же немыслимо! Я слышала только о двух случая, когда девушка оставалась на камне.
Первый - когда принцесса соседнего королевства утверждала, что метка вспыхнула на ней гораздо раньше, чем наш принц ее коснулся. Тогда принц потащил ее в купель и оставил на камне, чтобы доказать, что он ее истинный, и никто другой, не подвергая ее опасности. Тогда в первый раз узнали, что так можно делать, и все работает. Такой скандал тогда был - жуть. Принцессу до сих пор не сильно любят ни обычный люд, ни во дворце, за то, что хотела из-за политических убеждений отказаться от истинности.
Второй раз уже наша влюбчивая принцесса Ториандра потащила плотника в купель. Путь ей тогда преградил отец-император, но она настаивала, что у нее появилась метка, когда плотник-красавчик коснулся ее во время прогулки.
Говорят, что плотник сначала на улице подтвердил, что кровь вскипела, но как узнал, что она принцесса, так сразу дал заднюю. По каким соображением непонятно.
Император удовлетворил просьбу принцессы проверить ее истинность купелью, но только с условием, что она останется на камне.
Больше никто не смел просить о подобном. Если уж шли, то с понимаем, что могут умереть. И даже один случай такой был - отправились вдвоем в мир иной.
А отец - хитрец! Неужели, знает что-то такое о Дейре Шориле, чего не знаю я, раз без сомнений выставил подобное условие? Неужели, император уступит его просьбе?
- Я... - я открываю рот, но Дейр делает шаг ко мне и, к моему величайшему шоку, осторожно берет мою здоровую левую руку.
Я даже не сопротивляюсь, потому что это выглядит так удивительно заботливо, что выбивает меня из реальности на несколько мгновений. Я чувствую, что его пальцы в грубой перчатке твёрды, но прикосновение не грубое. Оно словно оберегающее.
Да чушь же!
- Ничего не бойся, - говорит он тихо, так, что слышу только я. - Я рядом.
Затем он, не отпуская мою руку, поворачивается к своим солдатам, отдавая несколько коротких команд. Четверо из них немедленно выходят вперед.
- Они сопроводят вашу карету, господин и госпожа Торн, - Дейр обращается к отцу.
И родители поедут?
Кажется, на моем лице отражается удивление такой силы, что Дейр поясняет:
- Во дворце находится мой единственный старший, с которым я хотел бы познакомить семью своей истинной. Кажется, лучше повода для этого не найти.
Единственный старший во дворце? Это кто? Или это повод выманить всех нас и провернуть что-то с меткой? Опозорить перед императором? Спровоцировать?
Ничего не понимаю. Зачем ему это, когда есть сто способов куда легче покончить с моей семьей? Уж при его-то статусе, навыках и решимости этот способ слишком заковыристый.