Наталья Буланова – Изменить судьбу. Пекло для истинного (страница 22)
- Не снимешь ремень? - спрашиваю я.
- Нет, буду привыкать к его весу. Ведь мне в нем и спать.
Какая Руни умница. Так серьезно относится к делу и, пожалуй, она права. Пока Тильда Марэй не забудет о мести, нужно быть начеку днем и ночью.
Я опускаю взгляд на свою руку. Во время разговора с мамой я постоянно ее прятала, а как пришла к себе, то сразу надела кружевные перчатки.
Мне тоже нужно быть постоянно начеку. нельзя ослаблять бдительность. Но в перчатках жутко неудобно. Как же быть?
Замотать руку, сославшись на ранения? Тоже не вариант. Мама тут же вызовет лекаря. Тогда что делать?
Я совершенно ясно понимаю, что мама и папа когда-нибудь увидят эту метку. С ней нужно решать кардинально. Нельзя себя жалеть.
Именно поэтому я, переодевшись в домашнее платье, иду на кухню. Слуги толпятся там, болтая и явно выпивая из-под полы. Праздник же не только у тех, кто на улице, но и у тех, кто внутри.
Идеальное время для моего плана по избавлению от метки.
- Молодая госпожа, проголодались? - добродушная старая кухарка Элинор расталкивает смеющихся молодых служанок и выходит ко мне.
- Хочу приготовить для отца.
Элинор смотрит на меня, сощурив свои добрые глаза:
- Какая замечательная идея. Может, завтра? А то ваш отец сегодня, боюсь, не успеет отведать ваше блюдо - придет поздно, да еще и навеселе.
- Я хочу потренироваться, а завтра угощу проверенным.
Кухарка кивает.
- Чем помочь? Что хотите приготовить?
Я подхожу к большой кастрюле, что стоит на дровянной кухонной печи, взмахиваю правой рукой и пришпариваюсь тыльной стороной ладони о его бок.
Ащ-щ-щ! Больно то как. Но куда больнее - стрела в сердце.
- Ой!
- Молодая госпожа!
- Осторожней!
Ко мне бросаются со всех сторон. За руку тянут в сторону ведра с колодезной водой. Кто-то бежит за льдом в подпол. Кто-то за матушкой.
Я же закрываю глаза, надеясь, что образующийся на глазах волдырь навсегда скроет метку.
Остаться живой - вот что главное. И чтобы мои близкие остались со мной. Больше мне ничего не надо.
Боль - маленькая жертва, если мой план удастся.
Один у меня только страх - а что, если лекарь сейчас увидит вязь даже через ожог? Что мне делать тогда?
___
Нина обращается в «Доборотень» в попытке спасти семью и расшевелить мужа. Откликается Скала — автор вмятины на ее машине и опасного воспоминания. Оборотень знает об истинности, но не подозревает, что у его пары есть муж, двое детей и проблемы в браке, который он вызвался спасти.
Читать тут:
https://litnet.com/shrt/OGt4
Глава 27
Кожа на тыльной стороне ладони мгновенно краснеет и печет. Через слой воды большого деревянного таза легко угадывается белесый волдырь.
До мяса, слава небесам, не дошло - это ура! И второе ура - я не вижу вязь метки под вздувшейся кожей. По крайней мере, пока.
– Эйви, дорогая! – На кухню влетает перепуганная мама. - Что случилось? Ну как так-то?
– Сама не поняла, - Я пожимаю плечами, позволяя служанкам достать мою руку и приложить к ожогу лед. – Пустяки.
– Какие пустяки? – Мама мягко отодвигает служанку в сторону, ее пальцы дрожат. – Сейчас же зовите лекаря!
– Не надо! – Мой голос звучит резче, чем я планировала, и я тут же смягчаю тон, увидев ее испуганный взгляд. – Мама, у тебя же есть фирменное средство от ожогов. Помнишь, ты в детстве мазала мне коленки, когда я пролила на себя твой чай?
Если есть вариант избежать осмотра лекаря - то я им воспользуюсь. Пока я не уверена, что вязь не видно, я не могу рисковать. В идеале я должна быть единственной, кто меняет себе повязки.
- Сравнила глаз с ногтем, Эйви! - Мама с волнением смотрит на мою руку с куском льда на тыльной стороне, потом на мое лицо. - Это же такой риск! Каерс точно позаботиться о том, чтобы у тебя не осталось шрамов.
- Даже если будет шрам - не страшно.
- Как это? Думаешь, женихи не обратят внимание? Как ты потом замуж выйдешь?
Меньше всего маме сейчас нужно знать, что замуж я не собираюсь. Никогда.
Руни вбегает на кухню, подбирая юбки.
Вот девчонка! Мы же с ней договорились, что сегодня она попрощается со всеми и больше не покажется. А теперь все служанки ловят ее за руки и спрашивают, передумала ли она увольнятся или нет.
- Мам, пожалуйста. Это всего лишь ожог. Посмотри, наши девочки всегда на кухне, а шрамов нет. Точно не потому, что не обжигаются. Твой тот рецепт - бомба.
Мама медленно окидывает взглядом служанок и те робко кивают в ответ. Фух, а ведь я не авось говорила.
– Ладно, – наконец сдается она. – Но если к утру станет хуже, лекаря не избежать. Руни, беги в кладовую, принеси все, что нужно. Элинор, мне нужен глиняный горшок, сито и терка. А еще неси…
Пока мама и Руни хлопочут вокруг, готовя отвар, я ловлю на себе подозрительные мамины взгляды. И я понимаю почему - в прошлой жизни я изрядно критиковала ее мазь и полагалась только на Каерса, считая, что домашнее лечение - это опасно.
Такая глупая была.
Я держу лед до момента, пока он полностью не тает. К тому времени и готова быстрая заживляющая мамина мазь на основе одного растения с толстыми стеблями.
Мама берет горшочек, деревянную плоскую лопатку и подходит ко мне:
- Садись.
- Мам, я сама.
- Ну уж нет. Если не даешь позвать лекаря, то дай хотя бы матери за тобой поухаживать.
Я смотрю на волдырь. То ли тень так падает, то ли метка все-таки начинает проступать.
Ну что ж такое–то, а?
- Мам, я боюсь, что ты слишком надавишь. А я чувствую, с какой силой наносить. Мы с Руни все сделаем в комнате. Ладно?
Мама глубоко и недовольно вздыхает и дарит упрекающий взгляд сначала мне, потом Руни.
- Упрямица. Тебе потом со шрамом жить.
Мам, да у меня сейчас на душе такой шрам, что этот - просто пустяки.
Руни ловит мой взгляд, подхватывает горшочек с мазью и выходит из кухни, на ходу бросая:
- По пути чистые отрезы захвачу.
Я благодарно обнимаю маму:
- Спасибо за мазь!
И убегаю, оставляя за собой ее недоумевающую замершую на месте фигуру.
Мама, это все для дела. Прости!
В комнате я сама наношу мазь под причитания Руни: