Наталья Буланова – Изменить судьбу. Пекло для истинного (страница 10)

— Я согласна.

Ред застывает, будто был готов к моему сопротивлению или торгу. Но кое-что за годы замужества я поняла: с мужчинами проще согласиться, а потом незаметно прогибать свою линию.

Дальше разберусь с работой на него, а пока спасу Руни.

— Сколько наемников тебе нужно и куда? И в чем опасность для твоей служанки? Рассказывай.

Я с готовностью подхожу ближе и сталкиваюсь с ледяным взглядом. Раньше он спокойно позволял мне сидеть рядом, а теперь не подпускает.

Что ж, ладно.

— Все началось три дня назад…

Я быстро объясняю всю опасность ситуации, рассказываю о подозреваемом возничем Кайле и о том, что крайне важно не спускать с Руни глаз на празднике Полноводной реки и даже раньше.

— Важно поймать преступника, а не просто обезопасить Руни. Иначе я не смогу спокойно спать.

— Поймать на покушении на убийство?

— Да. Именно. Но Руни не должна пострадать. Сможете так сделать?

Ред уверенно кивает, а потом спрашивает:

— Хотите присутствовать?

Ох, какой сложный вопрос. С одной стороны, хорошо бы отсидеться дома, чтобы не наткнуться на Искандера. С другой — я же вся изведусь. А что, если наемники окажутся ненадежными в этой жизни? Что, если судьба-злодейка разом прикончит эту четверку ударом молнии или еще что-то?

Как же мне быть?

Глава 13

— Да. Хочу, — говорю я прежде, чем разум успевает переубедить сердце. — Я должна быть там.

Надену маску, буду в одежде для слуг и накину на голову плащ. Я готова хоть лицо грязью измазать, лишь бы снова не столкнуться с Искандером.

Волна холода идет по коже, а в груди, в месте, куда попала стрела, начинает болеть.

Однако мысль о том, что Руни могут не спасти из-за какого-нибудь проклятого стечения обстоятельств, в тысячу раз страшнее. Я уже однажды доверила ее жизнь судьбе и проиграла. Второго шанса не будет.

— Ты собираешься идти в этом? — вдруг спрашивает Ред.

— Да, а что?

— Даже слуги надевают лучшее на праздник. В таком виде тебя будут все от прилавков гонять, привлекать внимание. Так не пойдет. Я позабочусь о твоем виде, раз ты теперь работаешь на меня. Мои люди не могут позволить себе ошибаться.

Какая знакомая его последняя фраза. Он часто ее повторял в прошлой жизни.

Ред негромко свистит, и рядом появляется тот самый юнец, что угрожал мне мечом.

— Принеси для нашей предсказательницы одежду на праздник. Форма номер два.

Парень кивает и выскальзывает из зала.

— Помни: ты наблюдатель. Я не потерплю никакого вмешательства в работу. Мои люди знают свое дело.

— Я поняла.

Через несколько минут юнец возвращается с охапкой одежды. Простое, но добротного качества платье темно-синего цвета, без единого намека на кружево или вышивку, и темный плащ с капюшоном. И, конечно, маска — полумаска из черного бархата, закрывающая верхнюю часть лица. Надев все это и подобрав под плащ свои предательски светлые волосы, я стану выглядеть как дочка небогатого ремесленника или приказчица. Идеально.

— Как тебя зовут? — Ред оценивающе смотрит на меня.

— Эйви… — говорю по инерции.

— Нет. Не в жизни. Для моих людей на этом задании. И для меня.

Я размышляю несколько секунд. Мне нужно имя, которое не вызвало бы у меня самой неприязни, но и не было бы слишком вычурным.

— Лира. — Я вспоминаю имя героини одной из старых книг, которую я любила в детстве.

Книга о свободе и приключениях маленькой девочки, которая хотела найти своих отца и мать.

— Хорошо, Лира. Я Ред. Это Корни. — Он кивает на юного наемника. — Корни будет твоей тенью. Его задача — не столько ловить преступника, сколько следить, чтобы с тобой ничего не случилось.

Корни деловито кивает:

— Не подведу, глава.

Ред поворачивается ко мне, его темные глаза блестят в прорезях маски:

— А ты пока переодевайся.

— Но я могу это сделать дома.

— Нет. Домой ты сейчас не пойдешь.

— Но родители будут волноваться, что меня так долго нет.

— Не переживай. Я уже велел отправить мальчишку-слугу в твое поместье с сообщением от твоего имени, что ты пошла смотреть выступление кукольного театра на Цветочной улице, а потом хочешь застать цирковых артистов на юге города. После мы отправим еще одного слугу от тебя, который сообщит, что ты встретила подруг из академии и вы вместе хорошо проводите время.

Откуда он знает, что я училась в академии? Неужели всю подноготную на меня успел нарыть?

— Руни на меня обидится. Она всегда по таким местам со мной ходила. Мы как сестры.

— Если хочешь, чтобы твоя сестра выжила, делай, как я сказал. Будет обижена — быстрее соберется в город.

— Но мне нужно еще вам ее показать.

— Сомневаешься в моих людях?

Ну да, выполняют же они задания без указания пальцем, кто есть кто.

— Тогда зачем берете меня с собой?

— Когда в деле мешал предсказатель?

— Я просто видела сны. Меня не посещают видения.

— Зато ты можешь вспомнить что-нибудь важное из своих снов.

А Ред не промах и явно преследует свои цели. Что ж, не мне его за это судить.

Корни проводит меня в небольшие покои, где я могу спокойно переодеться. Платье мне немного велико, но с помощью завязок я исправляю этот маленький недочет.

Смотрю с любопытством в небольшое зеркало. Очень непривычно видеть на себе такой цвет. В молодости я одевалась в нежные цвета, а когда вышла замуж, то в более темные и приглушенные. Но у меня не было ни одного платья такого глубокого темно-синего цвета.

Я провожу рукой по платью — грубоватая ткань хорошо держит форму и слегка пружинит под пальцами. Подношу ладонь к носу и втягиваю запах лаванды и мыла. Значит, платье не новое, а уже носилось.

Интересно, кем? Когда я имела дела с Редом, то не видела у него ни одной женщины в наемниках. Или я просто не обращалась за их помощью?

Бархатная маска садится идеально. В ней мои глаза кажутся еще более голубыми. Я уже и забыла, что они у меня могут так сверкать. Долгие годы я смотрела на себя в зеркало, чтобы наспех причесаться и бежать по делам. А в последние месяцы не могла видеть эту печаль в глазах, морщины грусти и седеющие волосы.

Теперь же я смотрела на себя с решимостью больше никогда не видеть ту загнанную в болото версию себя.

Я так старалась быть хорошей женой и невесткой. Свекровь мне постоянно повторяла, что это я виновата в том, что семья Искандера стала бедна. Но никогда не уточняла почему.

Я лишь могла догадываться, что Искандер отдал все деньги, чтобы власти не тронули меня за грехи отца, поскольку я уже была помолвлена и вот-вот должна была стать частью другой семьи.

И я всегда старалась отплатить за свою жизнь, ведь за измену казнили весь род. А ковка оружия расценивалась как подготовка к мятежу. А Искандер доказывал в суде, что папа ковал только для своей личной коллекции.