Наталья Берзина – Окончательный диагноз (страница 28)

После этого мать все время пыталась устроить свою жизнь. В доме стали все чаще появляться мужчины, но, как правило, ненадолго. Светлану постоянно что-то не устраивало. Дэн устал от этих непрерывных перемен, старался пореже появляться дома и в конце концов чаще жил у друзей, чем у матери. Вот если бы все сладилось с Юлькой! Она совсем не такая, как мать. А то, что у нее ребенок, не так страшно, можно и привыкнуть.

— Пацан! Остановишься возле следующей заправки, погуляешь, — неожиданно сказал незнакомец.

— Понял, — согласился Дэн.

Через несколько километров он увидел справа, чуть в стороне от дороги, щит, указывающий, что скоро АЗС.

— Здесь? — уточнил Денис.

— Я сказал возле заправки! — недовольно буркнул мужчина.

Дэн промолчал, решив не ввязываться в словесную перепалку. Послушно свернул с дороги, припарковался у обочины.

— Давай вылазь и гуляй! Вернусь через два часа, — заявил мужчина и едва не вытолкнул Дэна на дорогу. Виктор, согнувшись в три погибели, кряхтя, выбрался из машины. Незнакомец сел за руль и, обдав стоящих на обочине Дэна и Виктора бензиновым чадом, укатил.

— Что делать будем? — растерянно спросил Дэн, глядя на Виктора.

— А ничего, загорать! Все равно он командует. Ты, парень, голову себе не забивай, делай, что говорят, и живи спокойно. Все одно нам обоим ждать, пока штраф снимут, — равнодушно сказал Виктор и неторопливо направился через кювет в сторону близкого лесочка.

Юлия с Никитой заехали за Леной в половине восьмого. Она согласилась провести этот вечер вместе с подругой только по одной причине: чтобы не думать об Олеге. Да, она мучительно ждала его возвращения и боялась, боялась того, что по приезде, он так и не скажет того, чего Лена так ждала. Тех самых простых слов, от которых замирает сердце женщины.

До центра города, как всегда, доехать не удалось. Все улицы были перекрыты и отданы во власть праздной публики. Завершение фестиваля, как, впрочем, и его открытие, всегда сопровождалось огромным скоплением народа и соответствующим праздничным настроением. Уже завершились основные концерты, в запасе оставалось лишь гала-представление и ставший уже привычным грандиозный фейерверк. Но концертные площадки в центре не пустовали. Повсюду гремела музыка, веселье достигло такого накала, что воздух искрился. Лишь Лена оставалась напряженной и немного печальной. Как ни пыталась ее растормошить Юлия, отвлечься от своих невеселых дум она никак не могла. Пройдет всего несколько дней, и город, отдохнув от ежегодного безумия, снова погрузится в спячку. Станет обычным, ничем не примечательным губернским центром, с неторопливой, размеренной жизнью, привычными проблемами, каждодневной работой, переполненным транспортом и столь частым непрекращающимся моросящим дождем.

Сидя в маленьком кафе, потягивая горьковатое темное бархатистое пиво, Лена смотрела на снующих туда-сюда возбужденных людей, на их счастливые лица, горящие глаза и только все глубже уходила в себя. Как замечательно было в то время, когда рядом с ней находился Олег. Мир был иным, светлым и радостным, а сейчас… Юля что-то говорила, пытаясь перекричать разноголосый шум. Никита расплывался довольной улыбкой отца семейства. Андрюшка под шумок с восторгом уплетал уже вторую порцию восхитительного мороженого, а Лена душой была далеко отсюда, будто пыталась отыскать в бесконечной дали самого дорогого человека на свете.

— Лен, заканчивай, ну его, это пиво! Скоро салют! Пойдем, а то место хорошее не займем! — позвала ее Юля.

Лена некоторое время не могла понять, зачем ее куда-то зовут, можно подумать, это первый или последний фейерверк в жизни, почему именно сейчас, когда она почти нашла того, кого ждала всю жизнь, необходимо куда-то идти, почти бежать. Зачем все это?

— Лен! Ты меня слышишь? — не отставала Юлия.

«Какая же ты счастливая, Юлька! У тебя есть сын, есть Никита. Тебе в жизни даровано столько любви и счастья, что ты даже не понимаешь этого. Тебе довелось родить замечательного ребенка от любимого человека. Ты была счастлива с ним. Но когда его не стало, переболев одиночеством, ты нашла Дениса, которого сумела полюбить со всем пылом и страстью нерастраченного женского естества. И пусть вы не остались навсегда вместе, пусть даже ты обожглась, но та боль, что ты пережила, не стала для тебя последним актом драмы. Расставшись с возлюбленным, отвергнув его по известным причинам, ты повстречала Никиту. Настоящего, сильного мужчину, о каком только может мечтать женщина. Мужчину, так сильно полюбившего тебя, что эта любовь видна невооруженным глазом. Ты невероятно счастливая, Юлька. Твой сын, едва познакомившись с Никитой, уже искренне считает его своим отцом. Вон с каким обожанием он глядит на него. Так почему же так получается? Что неправильно в моей жизни? Как так случилось, что, впервые встретив мужчину, за которым я готова пойти на край света, в огонь и в воду, тут же потеряла его? Почему он, оставив меня, вдруг бросился в какую-то авантюру, упорно не замечая, что я люблю его? Может, нужно было, отбросив ложную скромность, самой сказать ему, что люблю? Вцепиться в него руками и ногами, прижаться изо всех сил и не отпускать от себя? Но мужчины так не любят этого! Они боятся почувствовать себя связанными, обязанными чем-либо. Они избегают женщин, открывающихся им. Да, конечно, проще не брать на себя ответственность. В таком случае и близость, и чувства ничего не значат. Да, естественно, постель совсем не повод для знакомства. Они другие? Не те, что были когда-то? Разве больше нет в этом мире мужчин, о которых пишет Северин? Разве больше не имеют никакого значения такие слова, как честь, мужество, долг, преданность? Они стараются жить для собственного удовольствия. Я уже испытала это на себе! Любой готов забраться в твою постель, но разделить с тобой жизнь не хочет никто. Они умеют только потреблять, ничего не отдавая взамен. Они не хотят и не желают быть сильными и мужественными. Да, конечно, им нравиться, когда о них заботятся, но только сами совершенно не способны совершить ответный поступок. По-видимому, больше не осталось мужчин, есть только великовозрастные дети, для которых любая женщина прежде всего мать, причем их собственная. У них у всех ярко выраженный эдипов комплекс! Они попросту не хотят взрослеть! Разумеется, женщина вынуждена становиться сильной и решительной. И никуда не деться от этого. Вот даже Олег, казалось бы и внешне очень похожий на мужчину, оказался совсем не тем. Он тоже всего лишь попользовался мною. Употребил, так сказать, по назначению и позорно бежал, испугавшись того, что могло вырасти из наших с ним отношений! Я забуду о нем! Навсегда. Я хочу жить, как они, свободно и бездумно. Хочу только получать, ничего не отдавая. Я стану использовать мужчин только для собственного удовольствия, и плевать, нравится ли им это! Совсем недавно по телевидению была передача об охотницах. Пожалуй, эти женщины правы. Нет причин кого-то жалеть. Плевать, женат ли понравившийся мужчина, нет ли. Какая, собственно, разница? Если он мне подходит, то только от меня зависит, воспользуюсь я им или нет. Мне нет и не должно быть дела до того, что чувствует самец, он нужен мне только для вполне определенных несложных действий! Те женщины, о которых говорилось в телепередаче, уже стали на этот путь и ничуть не жалеют. Что может воспрепятствовать мне поступать так же? Мораль? Это смешно, в нашем обществе, где уже давно искажены абсолютно все понятия и принципы, мораль отсутствует как таковая! Общественное мнение? Пересуды старух на лавочке? Да какое мне, собственно, дело до них! У меня своя жизнь! Я взрослая, самостоятельная женщина и вправе поступать так, как заблагорассудится. Для того чтобы начать, необходимо только забыть Олега. Всего-навсего! Разве это сложно? Тем более что он уже сбежал! Оставил меня одну, страдать и реветь в подушку. Больше я такого не допущу, никогда! Я буду свободной и независимой. Больше ни разу в жизни я не позволю ни одному мужчине приблизиться ко мне настолько, чтобы я попала к нему в зависимость!» — думала Лена, не понимая, чего хочет от нее подруга.

— Лена! Что с тобой? Тебе плохо? Ты побледнела! — взял ее за руку Никита.

— Нет, все в порядке. Я просто задумалась. Не стоит обращать внимания.

Небо над городом полыхало всеми цветами радуги, великолепные огненные шары с грохотом вспыхивали над головами. Радостные крики, визг, восклицания доносились со всех сторон. В мерцающем свете сияли восторженные лица женщин. Юлия, вцепившись в руку Никиты, расширенными от восхищения глазами смотрела, как прямо над ними раз за разом в черном, ночном небе возникали причудливые огненные узоры. Лишь Лена была грустна. Она приняла решение и теперь пыталась привыкнуть к нему. В том, что уже ничего невозможно изменить, она не сомневалась.

— Так вот, парень, обстоятельства немного изменились, передать материал ты должен будешь в другом месте. Впрочем, тебе это даже на руку. Меньше придется ездить. Разумеется, на оплате это никак не отразится. Ты меня понял?

— Вполне, — ответил Олег, крутя в руках обычную, ничем не примечательную флэшку.

— Тогда счастливого пути! — Седой протянул Олегу руку на прощание, но Олег сделал вид, что не заметил.