Наталья Белецкая – Случайное наследство леди попаданки (страница 38)

Я хотела пригласить так же авторитетных театральных критиков, известных и влиятельных аристократов и простолюдинов, чтобы получить поддержку всех слоев населения, но Юранс убедил меня в том, что позвав одних, мы настроим против себя других. Кто-то обязательно обидится на то, что его сочли недостаточно влиятельным, умным, красивым, богатым и так далее. Все же некоторые местные культурные заморочки я вряд ли когда-нибудь пойму.

Однако против репортеров Юранс не возражал, поэтому пригласили их. Положительные статьи в надежных издательствах подстегнули интерес публики, поэтому билеты были выкуплены на неделю вперед.

Купили бы и больше, но мы пока решили придержать продажи. Если премьера пройдет хорошо, то я планировала запустить два вечерних сеанса. Один бы начинался без четверти шесть, а второй – в восемь тридцать.

И вот момент, к которому мы так долго готовились, настал. За два часа до премьеры я собрала всех актеров, часть обслуживающего персонала, буквально пинками вытащила из кабинета пахнущего валерьянкой Юранса и выдала мотивирующую речь. Кажется, подействовало. По крайней мере, многие стали выглядеть спокойней и уверенней.

Сегодня я выглядела превосходно. Неудивительно. Я столько времени провела у разного рода специалистов по красоте, потратилась на драгоценности, роскошное платье и туфли. Целый месяц проживания в столице не прошел бесследно, я познакомилась с огромным количеством людей, и сейчас курсировала по холлу театра, то и дело кого-нибудь приветствуя и перекидываясь парой фраз.

Шон еще не пришел, я поглядывала на дверь, ожидая графа дье Омри. Только дождалась совсем не его.

С непомерно самодовольной миной на лице в холл вплыл Людвиг вместе с женой и сестрой. Тьянмира прошлась взглядом по толпе и заметила меня. Ее глаза зажглись ненавистью, а лицо и вовсе перекосило от злости.

У меня была надежда, что пасынок и падчерица пройдут мимо, но нет! Тьянмира вместе с братцем и его женушкой стала целенаправленно продвигаться ко мне.

Мадама явно настроена на скандал. Удрать от нее, что ли? Народу в холле много. В принципе, можно незаметно ускользнуть через коридоры для слуг, но в таком случае она найдет меня в антракте. Тогда точно тихо уйти не получится: у нас по плану открытие театрального буфета.

Похоже, что бы я ни сделала, разговора с Тьянмирой не избежать. Придется, выслушать, чего она хочет. Я оглянулась по сторонам, ища поддержки, но Юранс увлеченно беседовал со старым другом, и не видел, что мне требуется помощь. Зато великосветские сплетницы, как по заказу, стали потягиваться к нам. Вот уж у кого нюх на скандалы.

Ладно. С Людвигом и его сестричкой лучшая тактика защиты – нападение, поэтому вперед!

– Добрый вечер, лорд, леди, – нацепив дежурную улыбку, поприветствовала я, и, не дав никому из них вставить ни слова, продолжила: – Матильда, отличное платье, и вы неплохо выглядите Тьянмира. Надеюсь, проклятье, которое наложил на вас призрак, уже сняли? Окружающим вас людям точно не грозит несчастье, или нам всем лучше держаться подальше?

Честно сказать, понятия не имею, есть ли такие проклятья, чтобы страдали окружающие, но говорила я громко, поэтому сплетни не миновать.

Ох, какое у Тьянмиры лицо! Приятно смотреть. Не привыкла змеища к моей манере общения, не ожидала отпора, ведь до этого не единожды унижала настоящую Илаиду. Но ничего. Отольются кошке мышкины слезки. Сейчас с моей помощью карма прилетит ей обратно.

– Проклятья не было! – вставил Людвиг ледяным тоном.

– Да неужто?! – вырвалось у меня. – Вы обращались к специалисту, или опять обошлись консультацией у ученика мага?

– Нахалка! – прошипела змеища.

Она хотела сказать что-то еще, но Людвиг не дал ей это сделать.

– С такими вещами не шутят, Илаида, – ответил он. – Конечно, мы были у специалиста. Он сказал, что никакого проклятья нет.

Людвиг лгал. Я знала, потому что Аруан в лицах пересказал мне визит к дье Эвилям в образе некроманта, и заявил, что изгнал призрака, и снял проклятье. Еще и максимально ясно довел до сведения детей Дориана, что волю покойного батюшки нарушать не стоит. И раз «призрак» не исчез после того, как Тьянмира забрала заявление, значит, почувствовал опасные намерения по отношению к тому, кого хотел защитить.

В общем, Аруан всячески намекал, что нужно всего-то не пытаться мне отомстить для того, чтобы избавится от призрака окончательно.

– Очень рада за вас. И восхищена вашей смелостью, Тьянмира, ведь именно в этом театре на вас напал призрак. Однако вы все равно пришли сюда, чтобы поддержать меня. Признаюсь, мне очень приятно!

Кто бы знал, чего мне стоило произнести эти слова и не рассмеяться. У Тьянмиры разве что пар из ушей не пошел от злости. Теперь, если она начнет наезжать на меня, то выставит себя злобной фурией, которая хамит на доброе приветствие. А тут ей надо будет изловчиться, чтобы куснуть завуалировано.

– О, нет, дорогая! – вмешалась в разговор Матильда. – Мы сюда пришли, чтобы тебя предупредить. Или даже предостеречь.

Голос лисы Алисы звучал настолько сладко, что сразу становилась понятно, что она выдаст какую-то гадость. Так и случилось.

– Ах, милая, мы очень беспокоимся. Ты столько сделала для премьеры, так старалась. Даже уговорила графа дье Омри вложиться в свою театральную постановку, – Матильда сделала многозначительную паузу. – Он, конечно, тобой очарован и утешит в своих объятиях после провала, но мы…

Вот же скотина рыжая! Как все повернула! Утешит он меня! Чуть ли не прямым текстом говорит, что Шон мой любовник!

– Да, мы переживаем, Илочка, дорогая, – справившись с собой, добавила Тьянмира с показной заботой, – ты ведь без театрального образования, без опыта в этой сфере...

Ага, в переводе на русский: «необразованная деревенщина».

– Кроме того, учитывая положение семьи дье Блоу, мы сомневаемся, что твое ощущение прекрасного смогло верно сформироваться. Высокий вкус надо воспитывать с детства!

Ну, да, вряд ли у отца Илы хватало денег, чтобы регулярно водить дочь в театры, поэтому вкус у меня мещанский.

– Поэтому, моя дорогая, – с явной неприязнью протянула Тьянмира, – приготовься к провалу!

– О! Как приятно, когда близкие люди так сильно за меня переживают! – приложив ладонь к сердцу, пропела я. – Можно сказать, ночей не спят от беспокойства. Но, право слово, не стоит. Постановкой в большей степени занимался владелец театра – господин Юранс Робэрс – человек, получивший профессиональное образование и имеющий большой опыт в постановке. У него множество наград и дипломов, в том числе и от признанных ценителей искусства. Именно Юранс был главным в нашем тандеме!

Режиссер, словно почувствовав, что говорят о нем, подошел ближе.

– Давайте я вас познакомлю! – радостно предложила я, – вы сами убедитесь, что у Юранса достаточная квалификация!

Уже достаточно изучив владельца театра, я знала кое-что о его болевых точках. Больше всего Юранс не терпел, когда кто-то сомневался в его профессионализме. Он сразу готов был вступить в бой. И, надо признать, в режиссуре, истории театра, в классической драме, да и в целом в искусстве Юранс разбирался превосходно.

Собственно, он тут же присел на уши Тьянмире, засыпав ту вопросами, на которые мог ответить только человек, который понимал тонкости. Змеища, как и ожидалась, в этих вопросах подкована не была.

Пока Юранс демонстрировал свою квалификацию, я оглядывалась по сторонам. Где же Шон?! Осталось всего пятнадцать минут до начала!

Вселенная словно услышала мой вопрос. Дверь отворилась, впуская рыжеватого шатена с тонкими усиками и бородкой, сопровождающую его блондинку и улыбающегося Шона. Граф словно знал, куда смотреть, встретился со мной глазами и улыбнулся еще шире.

Кого он привел? Почему такой довольный?

Когда дье Омри попросил три билета на премьеру, я спросила, с кем он будет, но Шон лишь загадочно бросил: «Увидишь!»

Кажется, молодого человека, с которым пришел граф, все знали. Кое-кто, увидев его, поспешил вернуться ко входу, чтобы раскланяться и сказать пару слов. Так, шатен, среднего роста, лет тридцати. Кто же он такой?

Да ладно! Только не говорите…

– Высочество… – донесся до меня шепот какой-то дамы.

Обалдеть! Нашу премьеру посетил принц! Ну да, ведь Шон с ним беседовал во дворце. Значит, знаком. Но как он извернулся и пригласил его в театр?

– Прошу прощения, что прерываю ваш разговор, – вмешалась я в монолог Юранса, – Но нам с господином Робэрсом пора. До свидания, Людвиг. Всего хорошего, Тьянмира, Матильда.

Я потянула режиссера за собой и, чуть повысив голос, чтобы эта троица хорошо услышала, сказала:

– Юранс, вы, наверное, забыли, что его высочество обещал посетить премьеру. Надо его поприветствовать.

М-да. Если бы можно было убить взглядом, я б, наверное, померла уже раз двадцать. Даже спиной чувствую ненависть этой семейки. Надеюсь, они никакой больше гадости не придумали, не подожгут театр, не устроят погром, не поднимут панику. Все же у нас тут целый принц, а значит, ответственность серьезнее!

Глава девятнадцатая. Премьера

Я стояла в темноте зрительного зала, сжимала кулаки, нервно смотрела в сторону сцены и ждала начала представления. В оркестровой ложе один из рабочих запустил музыкальный артефакт. Грохнули барабаны, зазвучала, а потом почти сразу затихла мелодия.