Наталья Баркар – Аврора (страница 1)
Наталья Баркар
Аврора
Глава 1: Лица миссии.
ЗЕМЛЯ, ПРЕСС-ЦЕНТР КОСМИЧЕСКОГО АГЕНТСТВА. 11 АПРЕЛЯ 2075 ГОДА.
Студия «Космос-ТВ» тонула в бело-голубом свете. На гигантском экране за спиной ведущей плавно вращалась трехмерная модель «Авроры» — серебристая капля, разгоняемая голубыми вспышками наноядерных двигателей. Заголовок под ней гласил: «ПЕРВАЯ ЭКСПЕДИЦИЯ К GLIESE-567».
«…и буквально через семьдесят два часа четверо смельчаков отправятся в путешествие, которое станет самым быстрым рывком человечества к чужим мирам», — голос ведущей, Елены Соколовой, звучал бодро и пафосно. Камера плавно перемещалась, показывая сидящих на кожаном диване четырех человек. Они были в одинаковых темно-синих комбинезонах с нашивкой миссии. — Прямо сейчас с нами в студии экипаж «Авроры». Давайте познакомимся. Капитан Марк Штерн, ветеран Дальнего Флота. Капитан, это ваша третья миссия за пределами Солнечной системы. Что вы чувствуете, стоя на пороге такого прыжка?»
Марк сидел прямо, его руки лежали на коленях, пальцы не шевелились. Он был похож на каменную статую, вырезанную из гранита. Глаза стального серого цвета были абсолютно спокойны и холодны как глубины космоса. «Чувствую ответственность», — его голос был низким, ровным, как гул работающего генератора. — «Моя задача — обеспечить строгое следование плану и безопасность экипажа.»
Он был серьезным и даже не улыбнулся. Елена Соколова слегка подмигнула.
«Ясно… Прагматично. А чего вы, как капитан, ждете от системы Gliese-567?»
«Данных, — ответил Марк без паузы. — Чистых, верифицируемых данных. Все остальное — преждевременные предположения».
Камера, будто ища спасения, перескочила на сидящего рядом мужчину с открытым, дружелюбным лицом на котором красовалась легкая улыбка. «А рядом с капитаном Сэм Рено, старший бортинженер и механик. Сэм, говорят, «Аврора» — это ваш ребенок. Вы лично проверяли каждый контур?»
Сэм широко улыбнулся, обнажив белоснежные зубы, и в студии словно стало светлее. Он потер ладонью нашивку с шестеренкой на груди.
«Не каждый контур, Лена, а каждую молекулу! — он рассмеялся, и его зеленые глаза искрились. — Шучу. Почти. Аврора — это уникальный корабль, под капотом красавицы антигравитационные двигатели — чуть капризные, но я их приручил. Если что-то и может донести нас туда и обратно, так это она. Я жду не столько чудес там, сколько удовольствия — слушать, как вся эта красота работает как часы в глубокой тишине. И чтобы кофеварка не сломалась. Это приоритет номер один». Он подмигнул в камеру, и зрители в зале заулыбались.
«Следующий член команды — доктор Дэнфорд Рид, астрофизик и главный «охотник за аномалиями», — Елена обратилась к молодому человеку, который, казалось, с трудом усиживал на месте. Его пронзительные карие глаза отражали множество софитов и скользили по студии изучая пространство, словно он выискивал аномалию. «Дэнфорд, ваша задача — анализ. На что в первую очередь упадет ваш взгляд, когда «Аврора» будет близка к цели?»
«На спектры, — выпалил Дэн, его глаза загорелись. — И на малейшее отклонение в них. Видите ли, стандартные модели протопланетных дисков вокруг красных карликов предсказывают один состав, но данные десятилетней давности показали микроскопическое поглощение в определенных линиях. Это как… найти идеально ровный отпечаток на идеально диком пляже. Я проверю всё: флуктуации в солнечном ветре звезды, возможные выбросы пыли с поверхности. Если там есть что-то, даже просто необычный минерал, мои инструменты это
Он говорил быстро, страстно, и капитан Марк, не поворачивая головы, едва заметно вздохнул.
«И наконец, прекрасная доктор Катрин Вонг, наш универсальный специалист: экзобиолог, химик и генетик. Самый широкий взгляд в команде. Катрин, о чем вы думаете перед стартом?»
Катрин сидела, слегка откинувшись на спинку дивана, ее пальцы были сложены в замок. А тонкие черты лица и глубокие голубые глаза излучали глубину интеллекта. Лицо обрамляли светло-русые локоны до плеч. Она смотрела не на ведущую, а чуть в сторону, будто мысленно выстраивая связи.
«Я думаю о цепочках, — сказала она спокойно. — О том, как химический состав атмосферы, связан с возможной геологической активностью. Как предполагаемые температурные градиенты на поверхности могут указывать на теплообмен, характерный для определенных… процессов. Жизнь, если она есть, — это не отдельное чудо. Это высшее звено в цепочке физических и химических условий. Моя задача — увидеть не объект, а
Ее слова повисли в тишине, на секунду остудив телевизионный пафос. Катрин говорила не о триумфе, а о сложной, возможно, неразрешимой головоломке далекой чужой планеты.
«Великолепно! — поспешно вернула инициативу Елена Соколова. — Итак, вы слышали: холодный расчет, горячая любовь к технике, внимание к деталям и поиск фундаментальных связей. Кажется, идеальная команда для первого контакта с неизвестным! Осталось пожелать вам удачи и отличного полета!»
Глава 2: Точка отсчета.
СТАНЦИЯ «САЛЮТ», ОРБИТА ЮПИТЕРА. 14 АПРЕЛЯ 2075 ГОДА.
11:00 ПО СТАНДАРТНОМУ КОСМИЧЕСКОМУ ВРЕМЕНИ (СКВ).
Тяжелая гермодверь со свистом отъехала в сторону, открывая капитану Марку вид на его корабль. Через огромное панорамное окно космического катера, который доставляет космонавтов на стартовую станцию, виднелась «Аврора». Она была на стыковке к станции на расстоянии ста метров от Марка. Даже после пятнадцати лет в Дальнем Флоте и двух собственных команд он не мог избавиться от волнения при виде такого грандиозного корабля.
Корабль не был похож на угловатые грузовые баржи или приземистые военные крейсеры. Он был создан для долгого, быстрого и одинокого пути. Его корпус, длиной почти в триста метров, напоминал вытянутую каплю ртути, отполированную до зеркального блеска. Основную тягу давали два наноядерных импульсно-плазменных двигателя «Прометей» — они сейчас молчали, сокрытые под обтекателями, но он видел их внутренним взором: тихое термоядерное солнце, заключенное в магнитную ловушку, рождающее струю раскаленной плазмы. А для маневров в чужих системах и мягкой посадки — сеть антигравитационных проекторов «Левиафан». Технологии, которые еще вчера были фантастикой, сегодня дремали в этом корпусе, ожидая его команды. В сопровождении персонала станции Марк прошёл по длинному коридору и через стыковочный шлюз попал на Аврору. Шлюз за ним закрылся.
Внутри пахло озоном, холодным металлом и… кофе. Искусственная гравитация, еще работавшая на минимальных настройках, делала шаги привычно тяжелыми.
— Капитан на мостике! — раздался преувеличенно бодрый голос, едва Марк пересек шлюз.
Сэм, старший механик, сидел, вернее, полулежал в кресле у главного инженерного пульта, закинув ноги на панель с кучей диагностических иконок. В одной руке у него был планшет, в другой — термокружка с тем самым кофе, запах которого распространился на всю капитанскую рубку. На нем был потертый комбинезон с нашивкой на спине «Если что-то работает — не трогай!», а на лице — выражение человека, который только что лично проверил каждую молекулу корабля и нашел три, стоящие не на своем месте.
— Сэм, — кивнул Марк, проходя к центральному креслу. Оно мягко развернулось ему навстречу. — Докладывай.
— Докладываю. Два «Прометея» — зеленый свет, батареи накопителей заряжены на 98.7%, системы охлаждения в норме. «Левы» ворчат, но это они всегда. Третий проектор на килевой палубе капризничает, синхронизация плавает на 0.3%. Я его успокою. — Сэм отхлебнул кофе. — Гиперсонные капсулы прошли финальное тестирование. Все четыре.
— Спасибо, — Марк запустил предстартовую диагностику. Голографические панели ожили вокруг него, заливая мягким синим светом. Данные текли ровным, успокаивающим потоком. Все было в норме. — Где наши светила?
— В лабораторном модуле, — выпалил Сэм. — Дэн что-то с упоением рассказывает о спектральном анализе протопланетных дисков, а Катрин делает вид, что слушает. Я минут пять застоялся у вентиляции проверяя систему очистки воздуха. Спасаться бегством пришлось.
Марк позволил себе короткую улыбку. Доктор Дэнфорд Рид, астрофизик, был ходячим, неудержимым генератором энтузиазма. Доктор Катрин Вонг, экзобиолог и геолог, — его полной противоположностью: сдержанной, методичной, с острым, цепким взглядом, который, казалось, взвешивал и классифицировал все вокруг, включая собственных коллег.
Система мягко пискнула. Входящее сообщение со станции «Салют». Код — командующий станцией.
«Марк. Финальный брифинг через час по связи в кают-компании. Приведи команду. Есть… коррекции по миссии».
Коррекции. Это слово всегда несло в себе запах проблем. Марк стер сообщение.
— Сэм, собери всех. В кают-компании через час брифинг от Старого.
— Проблемы? — Механик насторожился, убрав ноги с консоли.
— Всегда проблемы, — Марк повернулся к главному экрану, где в иллюминаторе висел гигантский, полосатый бок Юпитера. —Главное смотреть на них как на решаемые задачи.
Команда была в сборе. Все были в недоумении, о чем с ними будут говорить?
— Идемте. Выслушаем, что нам скажут, — Марк поднялся, и команда последовала за ним к выходу.