Наталья Андреева – Адам ищет Еву, или Сезон дикой охоты (страница 10)

– Зря вы так, Арсений Петрович, – ласково сказал следователь. – Сами себе срок увеличиваете. Признались бы, и дело с концом.

Арсений наконец оторвал взгляд от кровавой кляксы и посмотрел своему мучителю в лицо. Следователь, молодой еще, видать, только-только со студенческой скамьи, все время улыбался. Этакий рубаха-парень. Но Арсений чувствовал, что улыбка недобрая. А уж слова!

– Вы требовали у жены денег. Так? Так. А денег у нее не было. И вы решили получить страховку за дом, чтобы отдать долги. У вас ведь большие долги, Арсений Петрович. По ресторанам ходите, любите выпить, хорошо покушать, привыкли дорого одеваться, иногда посещаете казино, а фортуна вас не балует. И не разыгрывайте из себя простачка. Как говорил Станиславский: не верю! И вот с вас потребовали отдать сто тысяч. А если откажетесь – жестоко избить. Выхода у вас не было. Вы приехали в деревню, чтобы поджечь дом. Взяли канистру с бензином и отправились осуществлять свой план. Приходите – а в доме жена. Приехала, чтобы этого не допустить. Пока вы в своей машине стояли в пробке, Алиса Владиславовна села в электричку и прибыла на дачу раньше вас. И тут вы взбесились. Сначала была ссора, потом драка. Вы неоднократно ударили жену по голове. Вот заключение эксперта. Читайте.

Арсений придвинул к себе бумагу. Буквы плыли перед глазами, их все время заслоняло алое пятно галстука. Арсений попытался прочитать заключение, но потом оттолкнул от себя документ:

– Ни слова не понимаю. Все термины какие-то нерусские.

– Хорошо, я поясню. Здесь написано, что в черепе у жертвы имеются характерные проломы. От удара тупым тяжелым предметом.

– На нее упали горящие доски. Допустим, она задохнулась, а потом получила удар по голове.

– А, дурачка из себя разыгрываете! Хорошо соображаете, Арсений Петрович! Жаль, не в нужном направлении. Все дело в том, что, во-первых, женщина умерла от нескольких ударов по голове, один из них в висок. А уже потом ее тело основательно обгорело. Во-вторых, в подполе нашли ломик. Откуда бы ему там взяться? А в-третьих, подпол большей частью земляной, и гореть там особо нечему. Да еще вода на полу. Тело не могло до такой степени обуглиться, это вам понятно? Эксперт утверждает, что его местоположение и степень обугленности таковы, что в случае простого пожара наверху оно не могло подвергнуться такому сильному действию огня. Следовательно, тело жертвы предварительно хорошенько облили бензином. Когда вы шли к дому, в руках у вас была канистра. На этот счет есть показания свидетеля. – Следователь стал листать документы в папке.

– Хорошо, черт с вами, – хрипло сказал Арсений. – Признаю: я поджог дом. Но я не знал, что в подполе находится труп Алисы! Клянусь вам! Я просто хотел получить страховку!

– Ага! Значит, жена вам согласие на продажу дома с участком не дала! И приехала, чтобы помешать поджогу. Постепенно мы начинаем добираться до истины. Вы выпили со злости, как обычно, пришли в бешенство и ударили жену по голове. Ломиком. Дом сгорел дотла, так что идентифицировать орудие убийства не представляется возможным, скрывать не стану. Отпечатков на нем нет, частиц, годных для экспертизы, тоже, все уничтожил огонь. Ваша жена от удара по голове скончалась, и тут вы испугались. Решили скрыть следы преступления, уничтожить все улики, затащили ее тело в подпол, облили бензином из канистры и подожгли. Чтобы никто не смог опознать труп. Но вы, во-первых, очень уж торопились, а во-вторых, готовились совсем к другому, поэтому допустили массу ошибок. Оставили на теле ее золотые украшения, не учли состояние сырого подпола. Да?

– Нет.

– Хорошо. Зайдем с другого конца. Допустим, кто-то до вас убил Алису Владиславовну, затащил ее тело в подпол и облил бензином. Тогда почему не поджег? Иначе, зачем было обливать тело? И как же вы тогда, войдя в дом, не почувствовали запаха бензина?

– Ведь у меня в руках была канистра, как вы не понимаете! И как я мог догадаться, что случилось с моей женой, если я сам тащил в дом бензин, будь он проклят! Я, конечно, подумал, что пахнет от меня.

– Допустим, вы говорите правду. Значит, в доме не было следов постороннего? Следов борьбы, например?

– Я ничего не заметил.

– Значит, ваше внимание ничего не привлекло? И что вы сделали?

– Выпил для храбрости, затопил печь, полез на чердак с канистрой бензина, облил солому и поджег. Потом подождал немного, вылил на себя остатки водки из бутылки, чтобы пахло посильнее, и выбежал из дома.

– Значит, вылили на себя водку. Так и запишем. А почему не в себя, Арсений Петрович? Ведь, согласно показаниям свидетелей, выпить вы любите.

– Не лезла.

– Это понятно. Вид трупа «любимой» жены не способствует принятию горячительных напитков, тут же все лезет обратно.

– Нет! Я не видел никакого трупа!

– Когда вы ехали, не обратили внимания на голубую иномарку?

– Нет, не помню.

– А темно-синий «БМВ» не встретился по дороге?

– Не помню.

– Как выглядит лучшая подруга вашей жены?

– Регина? Невысокая стройная брюнетка, эффектная, одевается дорого, модно.

– Какая у нее машина?

– Кажется, «Пежо 206». Ярко-голубого цвета. Видел мельком. Она иногда давала машину Алисе.

– Давала машину вашей жене? Значит, у Алисы Владиславовны была доверенность?

– Кажется, была. Когда Регина была занята, Алиса ездила за продуктами с ее списком… Послушайте, я не лез в ее дела! Они были лучшими подругами с детства. Учились в одном классе, жили в одном дворе. Когда вы меня отпустите?

– Против вас слишком уж много улик, Арсений Петрович. Даже если учесть, что огонь уничтожил все следы. Вам лучше написать чистосердечное признание. Быстрее дело дойдет до суда. Раньше сядете – раньше выйдете.

– Я не хочу никакого суда! Я только дом поджег, понимаете?! Свой собственный дом! Я признаю это! Но я ничего больше не делал, понимаете вы?! Я ее не убивал!!!

Он до сих пор видел перед собой языки пламени, облизывающие крышу, и не мог отделаться от мысли, что допустил роковую ошибку. Зачем было туда возвращаться?

Он вспомнил, как сегодня, да и вчера чуть ли не каждые полчаса набирал номер мобильного телефона жены, но слышал только одно: «Абонент временно недоступен». Ее телефон отключен. Почему? Она не должна была этого делать! Регина, ты обязана мне ответить!..

…На следующий день после пожара, случившегося в деревне Большие Выселки, в квартире Перовских раздался звонок.

– Антон Валентинович?

– Да.

– Вас из милиции беспокоят, дознаватель Лиховских Юрий Иванович из …кого РОВД.

– Какое-какое РОВД? Не расслышал?

Дознаватель действительно говорил очень уж тихо. Не сказать вкрадчиво.

– Вам не знаком этот район Московской области? Ни разу не приходилось у нас бывать?

– Я бизнесмен, поэтому постоянно в разъездах, – сухо сказал он. – Мне везде приходилось бывать.

– Очень хорошо, значит, вас не затруднит к нам в РОВД подъехать. Ко мне в кабинет. У нас тут возникло несколько вопросов.

– Каких еще вопросов?

– Антон Валентинович, где сейчас ваша жена?

– Регина? Уехала с подругой на юг.

– С какой подругой?

– С Алисой.

– Когда уехала?

– Вчера.

– Вы в этом уверены?

– Конечно.

– Она вам звонила?

– Нет еще.

– А вы ей?

– Пока телефон Регины не отвечает. – Он старался говорить спокойно. Жена на юге вместе со своей лучшей подругой, все хорошо, просто замечательно, небо синее, солнце желтое, море голубое. Или какое? Да какое угодно! Его жены здесь нет! Она там, на море! – А что, собственно, случилось?

– Понимаете, в машине уехала только одна женщина. А вторая… Дело в том, что в деревне Большие Выселки нами вчера был обнаружен сильно обгоревший женский труп. И похоже, что это Алиса Владиславовна Митрофанова.

– Что вы сказали?!

У него аж в горле пересохло. В деревне Большие Выселки найден женский труп! Нет, этого просто не может быть! Он прекрасно помнил, как горел дом, как бегали вокруг люди. И точно знал, что в это время машина голубого цвета уже мчалась по трассе Дон в сторону Краснодара. И вот вам, пожалуйста: найден сильно обгоревший труп! А почему они решили, что это Алиса?

– А почему… – Он откашлялся и попытался справиться с собой. – Почему вы звоните мне?

– Потому что на месте преступления видели машину вашей жены, «Пежо 206» голубого цвета.

– А почему вы решили, что это машина моей жены? Мало ли в Москве таких автомобилей!

– Потому что вашу жену тоже там видели. Она выходила из машины и была в доме в то время, когда там находилась Алиса Владиславовна. Вполне возможно, что она последней видела убитую. Не считая убийцы, разумеется. Естественно, у нас к Регине Викторовне есть вопросы, как к важной свидетельнице.

– А я-то чем могу вам помочь?