Наталья Анашкина – Ее королевское пророчество (страница 25)
Очень долго за нашей королевой ухаживал один господин. Знатный, видный и очень настойчивый. В конце концов она ответила ему взаимностью, и некоторое время у них был довольно бурный роман. Но в один не самый прекрасный день я стал невольным свидетелем того, как Морриган прогнала своего теперь уже бывшего любовника из дворца.
Я спросил у нее, что случилось, и если говорить откровенно, не сильно рассчитывал на ответ. Но она, как ни странно, ответила. Коротко и емко одновременно: «Он женится».
Оказалось, что женатые мужчины для Морриган, как класс, не существуют. «Когда я думаю о них, то вспоминаю себя, глупую, влюбленную и напрасно ждущую Бродерика в супружеской спальне. В то время как он развлекался с длинной вереницей своих любовниц. Я не хочу быть одной из них и не хочу ранить кого-то с той, другой стороны», — пояснила она.
«А как насчет
Теперь ты понимаешь, что стоит тебе просто сменить статус на женатого человека, и Морриган перестанет напрасно вздыхать по тебе?!
— Да? — Леон скрестил на груди руки. — А что мне делать с женщиной, которая поселится вместе со мной на правах законной супруги? И где я, кстати, ее возьму?
— Так ты больше обеспокоен необходимостью вступать в брак или отсутствием подходящей невесты? — Худые плечи Ламонта затряслись от подступившего смеха. — Я же говорил, что идея гениальная. Ты уже почти согласился!
— Нет, я по-прежнему считаю все это чистым безумием. Но… честно признаться, я беспокоюсь о Маре. Теперь, когда я не навещаю ее, не вижу… Что, если Морриган как-то обидит ее?
— До сих пор ведь она не сделала этого. — Ламонт смотрел на друга с неподдельным любопытством. — Только не говори, что ты решил шокировать двор подобным мезальянсом?!
— Почему нет? — Леон задумчиво улыбнулся. — Я привязался к ней. Мара хороший человек, она не должна находиться… в том месте. К тому же так я всегда смогу защитить ее.
— Полагаю, что интимные стороны супружеской жизни с этой девушкой тебе тоже не кажутся проблемой. — Ламонт поиграл бровями, ловко увернувшись от тычка друга. — Так что? Я все-таки гений?
— Ты — смертник! — хохотнул Леон. — Стоит лишь мне рассказать Морриган о твоем участии в этом деле…
— Не смешно, — буркнул Дойл, возвращаясь к своему столу и исписанным мелким почерком бумагам.
Мир для Мары рухнул и снова возродился всего за один день. Леон сделал ей предложение!!!
Даже в самых смелых мечтах она не могла представить себе ничего подобного!
Мара до боли дергала себя за рыжие кудри, думая, что это поможет ей проснуться. Но отныне ее реальность была сладким, чудесным, невероятным сном!
Прыгая через ступени, она почти кубарем скатилась со второго этажа «Одинокого путника», где провела несколько лет своей безрадостной жизни.
Тумаки хозяйки, ее постоянные окрики, сварливость и брюзжание, колкие шпильки завистливых девиц, сальные шуточки постояльцев, их похотливые взгляды и шлепки, прихоти клиентов — прочь! Все прочь!
Пусть все это навсегда исчезнет из памяти, из сознания, из жизни!
Боги сделали для Мары неожиданный и щедрый подарок, и она будет благодарна за него до последнего вздоха. Она будет любить и боготворить своего мужчину. Ей даже не придется прилагать для этого никаких усилий! Ведь она давно любит Леона… Искренне, трепетно, беззаветно.
Мара надела единственное белое платье, которое нашла среди своих скудных вещей и с робкой надеждой взглянула в голубые глаза своего будущего мужа.
Нравится?
— Плечи открыты, — улыбнулся он, легко прочитав немой вопрос девушки. — Надень его потом, для меня… А для церемонии я уже подобрал тебе другой наряд. Ты не против синего?
Мара согласно кивнула, уткнувшись лицом в широкую надежную грудь. Синее, зеленое, да какая разница? Она не станет с ним спорить. Вся ее жизнь теперь принадлежит Леону Барту.
Ее спасителю, путеводной звезде, любимому.
Леон не стал скрывать от Мары всю правду, касаемую последних событий, связанных с Морриган. Весть о том, что королева посредством следящего шара стала свидетельницей их интимного разговора в «Путнике», привела девушку в неописуемый ужас.
— О, Леон! Мне следует спрятаться и не высовывать носа, а ты хочешь вести меня во дворец?!!
Мара обхватила плечи руками, пытаясь утихомирить дрожь своего тела. Никогда ей еще не было так страшно!
— Что, если она тут же прикажет отправить меня на казнь? Я нанесла ей нешуточное оскорбление!
— Не ты одна. Но я все еще жив и даже сыграл свадьбу. — Леон подал руку новоиспеченной супруге, невольно залюбовавшись ее видом.
Платье глубокого синего оттенка было строгое и закрытое, но именно оно шло девушке, как никакое другое, из тех, что Леон видел на ней ранее. Все вещи из гардероба Мары в борделе открывали слишком много участков ее тела, оставляя совсем мало простора для фантазии. Сейчас же он ловил себя на мысли о том, какой волнительной и нежной может получиться их первая ночь в качестве супругов.
Ламонт подкинул мне безумную идею, но вот я воплотил ее в жизнь и не чувствую сожаления. С Марой мне легко и спокойно. Я изменил ее жизнь, я делаю ее счастливой, это увидит даже слепец. Между нами есть страсть, а любовь… Что ж, она бывает не у всех.
Морские волны с неистовой яростью разбивались о берег, пенились, шипели, и Морриган не могла сказать точно, где заканчиваются ее личные эмоции, а где бушует сама природа. Она шла вдоль каменистого берега, не замечая, как вода колется холодными брызгами, шла навстречу порывам ветра, словно наперекор упрямой судьбе, которая в очередной раз посмеялась над ее глупыми чувствами.
Впрочем, в судьбе ли дело? Кажется, над ней посмеялись лишь эти двое!
Это были ее первые мысли, первая реакция души и тела. Морриган могла поклясться, что затопившее ее чувство гнева было в тот момент почти неподконтрольным ей.
Кажется, это почувствовал и Леон. После пары неумелых реверансов и каких-то фраз, что произнесла эта рыжая девица сильно заплетающимся от страха языком, он аккуратно, но настойчиво выставил ее обратно за дверь.
— Как это понимать, советник Барт? — Голос Морриган звенел от ярости, скрывать и сдерживать которую у нее больше не было ни сил, ни желания.
Глаза Леона были на удивление спокойны и безмятежны, будто он не видел те грозовые тучи, что нависли над ним в лице разгневанной Королевы.
— Я заключил брак, ваше величество. Вам может нравиться мой выбор либо нет, но это не изменит положения вещей.
Морриган сама не поняла, каким образом оказалась возле мужчины, а ее руки с цепкими пальчиками и острыми ноготками впились в его тлею.
— Думаешь, моя любовь к тебе дает тебе право унижать меня? — хрипло произнесла она.
— Не дает. — Леон смотрел в эти яростно горящие глаза, впитывая в себя яркие всполохи злости, обиды, отчаяния, ненависти, стараясь не подпитывать этот полыхающий костер даже случайным движением тела.
— Я уничтожу вас! Вас обоих! Твоя беспутная девка была права, когда предупреждала тебя! Мне надо было сделать это сразу же!
Пальцы Морриган сжимались все сильнее, оставляя глубокие царапины на коже Леона, но он словно и не чувствовал боли.
— Мара ни в чем не виновата. Во всем, что случилось, лишь моя вина. Обещай, что не станешь мстить ей.
— Обещать?! — Морриган сделала шаг назад и неожиданно рассмеялась громко, истерично, задыхаясь от странных спазмов в груди. — Я ничего не могу обещать тебе…
Слезы подступили к ее глазам так же внезапно, как и удушающий смех.
Леон больше не хотел и не мог стоять в стороне. Резким рывком он приблизился к королеве и прижал ее к себе так крепко, как только мог.
— Мор, Морриган, послушай меня, — зашептал он тихо куда-то в ее макушку, а она вздрогнула и оцепенела от того, что он просто назвал ее по имени. — Прости, я виноват. Столько лет я держал дистанцию и вдруг пересек черту. Это было глупо с моей стороны. Это было… жестоко… по отношению к тебе и твоим чувствам. Мне нет оправданий. — Леон сделал глубокий вдох, подняв лицо Морриган за подбородок. Легкими, словно порхание бабочки, движениями вытер слезы с обеих щек. — Но я тоже имею право на ошибку, ведь я не идеален. Давай просто будем рядом… как раньше. Опорой, поддержкой друг другу. Ты дорога мне. Я действительно люблю тебя, но… Не так, как ты этого хочешь.
Плечи Морриган дрожали, она часто и громко всхлипывала.
— Но ведь ее ты тоже не любишь. — Это был не вопрос, но утверждение.
— Не люблю, — тяжело выдохнул Леон.
— Тогда почему?
Леон долго молчал, а она терпеливо ожидала ответа.
— Наверное, чтобы попробовать быть счастливым, — наконец произнес он. — И потому что мне хочется ее защищать. А еще потому, что я уже делаю счастливой
— Ты мог бы и со мной быть по тем же причинам. — Морриган упрямо поджала губы. — Разве нет?
— Мог бы, — легко согласился Леон. — Но разница в том, что тебе этого было бы мало.
Морриган отступила, расцепляя крепкое кольцо рук своего мучителя, понимая то, что он абсолютно прав.
Да, мне было бы мало.
— Ты… отпускаешь меня? — спросил он с явной надеждой, и это тотчас подняло новую волну из боли и разочарования в душе королевы.