Наталья Алферова – Петрович и Серый в Иномирном легионе (страница 28)

— Разрешаю, — недовольно морщась, произнёс фейри.

— Комрит Намирей! Большой Змей просил вас подойти срочно к драконарне для обсуждения тренировочных вылетов.

— Извините, господин советник, вынуждена вас оставить, дела службы, — отчеканила комрит Намирей, лихо козырнула и в сопровождении Петровича и Серого быстро зашагала по мощёной дорожке в сторону драконарни. Уже на подходе туда, она спросила: — На самом деле меня никто не звал?

— Нам показалось, что советник слишком навязчив и вам это неприятно, — ответил Петрович.

— Не показалось. Спасибо, — ответила комрит Намирей и добавила: — Раз уж я здесь, пойду договариваться с Большим Змеем о тренировочных вылетах.

Благодарно улыбнувшись своим спасителям, Намирей направилась к инструктору, вышедшему навстречу.

Свой ритон Петрович и Серый нашли в комнате отдыха. Всадники читали свежие выпуски столичных газет. Оказалось, там опубликовали заметку о дяде Тимса Корина. Гордый маг подбежал к вошедшим и, сунув в руки газету с названием «Имперский вестник», показал на снимок перед статьёй. Высокий широкоплечий мужчина на снимке обнимал небольшого дракона, похожего на личного дракона Большого Змея.

— Вот, читайте: выдающийся учёный и известный путешественник профессор Корин вернулся из мира Драконат. Ну и дальше… — произнёс Тимс.

— Крутой у тебя дядя, Тимоха, — сказал Петрович, пробежав глазами статью.

Маг просиял, словно похвалили его самого.

— Он у меня такой, где только не побывал! — произнёс он.

— Тимс, а почему нигде про наш легион не написано? — спросил Дейс, пересмотревший уже внушительную кипу газет.

— А я разве не говорил? — удивился Тимс. — Там наверху решили пока широкой огласке создание Иномирного легиона не предавать. Про нашествие нечисти тоже пока молчат. Это чтобы паники не было. Слухи, конечно, ходят. Я удивляюсь, почему ещё ни один репортёр в приграничье не появился?

— Не пронюхали ещё, — сказал Серый.

— Да и смысл, если всё равно статью пока не пропустят, — кивнул Петрович, с интересом знакомясь с местной прессой. — Вот слушайте: Гномий банк Тум и сыновья в честь юбилея выдаёт кредиты по сниженной ставке. Или вот: Младший брат императрицы замечен в компании артистки цирка. Не этим ли объясняется фестиваль цирковых трупп, инициатором которого он и является? О, ещё реклама, заказывайте черепицу только в Радостном доме. Радостный дом. Нашу крышу не сдвинет никакой ураган.

— Прям, как в родном мире побывал, — произнёс Серый.

— Слушай, а зачем вы к этому советнику подходили? — спросил Перт.

— Он к нашей Стальной бабочке клеился, вот Петрович и отозвал её под предлогом визита на драконарню, — доложил Серый.

Петрович кивнул и добавил:

— Видно же было, Намирей неприятно, а никуда не денешься, стой и слушай. Этот овощ ушастый старший по званию.

Все невольно посмотрели на уши Петровича, раза в два превышающие в длине уши советника, но ничего не сказали. То, что у постороннего фейри они посчитали за недостаток, у собственного эльфа выглядело вполне себе достоинством.

До самого ужина просматривали газеты и журналы, тут и такое имелось, обмениваясь между собой впечатлениями. Тимс выступал в качестве консультанта. Он вновь забыл о собрании магов координаторов. Те, уже привыкнув к его постоянному отсутствию, даже разыскивать Тимса не стали. Хотя его-то найти было легче лёгкого. Маг координатор второго ритона неотлучно с этим ритоном находился.

Оставшиеся два дня до увольнительной, как дракон языком слизнул. Настолько они оказались наполнены занятиями, практиками, тренировками. У воинов ни минутки свободной не оставалось.

Утром в воскресенье весь отряд отправился в Фортес, а второй ритон — в Бережки. Со строевыми песнями маршировали теперь все. На крыльце трактира возвышались несколько вместительных корзин, а рядом стояли, глядя на приближающихся всадников Тай, Ижен, тётушка Нея и незнакомая девушка: невысокая пышка с огненно-рыжими волосами, заплетёнными в две толстых косы.

Ижен сорвался с места, добежал до ритона, развернулся и зашагал рядом с Петровичем, рассказывая:

— Продуктов запасли. Место для пикника осмотрели, веток для костра натаскали. Там здорово, вам понравится. Петрович, ничего, если с нами Ринка пойдёт, она забавная. Два дня назад приехала, у Тай остановилась.

В этот момент строй дошёл до крыльца. После обмена приветствиями, Тай представила свою постоялицу:

— Знакомьтесь, это Рина, репортёр одной из газет. Всё время забываю название.

— Глашатай королевства, — подсказала девушка.

— Серый, ты, того, накаркал, — сказал Перт.

— Не я, а Тимс, — поправил Серый, который под шумок подошёл к Тай и обнял за плечи.

Тимс же, не сводивший с девушки глаз, воскликнул:

— Впервые вижу репортёра из гномов!

— И что? — вызывающе спросила Рина, упирая руки в бока. — Я тоже впервые вижу, к примеру, эльфа без косы, но не утверждаю, что такого не бывает.

Она гордо вздёрнула нос с озорными веснушками, а Тимс на всякий случай сделал пару шагов назад, уж очень воинственно выглядела юная гномка.

— Ринка, не пыхти, как котелок на костре, — вмешался Ижен. — Тимс, хоть и маг, нормальный парень. К тому же, как и ты из Картахеи.

— А по манерам и не скажешь, что столичная девушка, — пробухтел Тимс.

Гномка двинулась к нему со словами:

— Ещё никто безнаказанно не обижал Рину Тум.

Ижен преградил ей дорогу, а Дейс воскликнул:

— Совсем как в рекламе: банк Тум и сыновья. Ты, что из семьи банкиров? Почему тогда репортёр?

Рина обернулась к Дейсу и ответила:

— Сам же сказал: и сыновья. А я, как видишь, не сын. Ничего, я им всем докажу, что профессия репортёра не хуже профессии банкира!

После этих слов девушка погрозила кулаком кому-то находящемуся далеко в столице.

— Ну, что, Петрович, берём Ринку с собой на пикник? — спросил Ижен.

— Берём, как не взять такую боевую девушку, — ответил Петрович и улыбнулся Рине. Та зависла от этой улыбки, не отрывая взгляда от красивого лица эльфа.

Очнулась от тычка в бок от того же Ижена.

— На Петровича не западай, — предупредил мальчишка новую подругу. — Он женатый и древний.

— Ижен, ну что ещё за древний? — укоризненно протянула тётушка Нея. — Извинись.

— Да правильно он говорит, — защитил Ижена Петрович. — Что стоим? Кого ждём? На пикник шагом марш!

Всадники подхватили корзины со снедью и выстроились у крыльца по двое. Ижен с Тай встали во главе и повели всех по дороге, шедшей вдоль Бережков к подготовленному для пикника месту.

— Эх, путь дорожка, боевая,

Не страшна нам невзгода любая.

А помирать нам рановато,

Есть у нас ещё дома дела, — пели всадники.

Старательно маршировали пристроившиеся в хвост колонны ребятишки. Вдалеке, на полянке пастухи отгоняли от овец трёхрогую корову.

Глава двадцать пятая. Пикник на берегу

Место для пикника Тай нашла замечательное: пологий берег реки, окруженный с трёх сторон лесом, напоминал полуостров. Создавалось ощущение оторванности от остального мира. Кусочек дикой природы, чью безмятежность нарушали суета и весёлые голоса гоблинов, людей, тролля, эльфа и представительницы расы гномов.

Рина Тум, репортёр «Глашатая королевства», даром времени не теряла. Непостижимым образом вычислив в Петровиче главного, она забросала его вопросами. Первыми были:

— Поговаривают, вас пригласили из других миров, чтобы спасти наш от опасности? Нашествия нечисти, например? Это правда?

— Можно и так сказать, — ответил Петрович, многозначительно глянув на остальных. Хоть с них и не брали клятвы о неразглашении, рассказывать об истинном положении вещей, он пока не спешил.

Девушка репортёр Петровичу была симпатична, но не настолько, чтобы безоговорочно ей доверять.

Далее последовали вопросы о родине легионеров, о первом впечатлении от этого мира, о том, как все они выглядели до перемещения сюда. Постепенно в беседу оказались вовлечены почти все, отвечая на вопросы и одновременно устраивая места для пирушки, выкладывая на расстеленную на земле плотную ткань продукты и напитки из корзин.

Над тремя кострами разместили вертела с замаринованным накануне мясом, Тай постаралась. Серый и близнецы под руководством Тимса Корина подожгли хворост при помощи магии. Получилось даже эффектно, раздались одобрительные возгласы и хлопки в ладоши от Ижена и Рины.

Гномка всё же не удержалась от колкости, видимо вспомнив слова о столичной девушке, она сказала Тимсу: