Наталья Алексина – Волшебство с ведьминым настроением (страница 16)

На меня опять внимательно посмотрели, но я была неуверенна, что, вообще, права. Под взглядом мага всё же сдалась и быстро проговорила.

— Возможно, из-за компонентов в сиропе, сеть стала как бы частью окружающей среды, и для поисковых заклинаний почти не уловима. Вы такого случайно не заметили?

Маг грязно выругался, что на общепринятом в культурном обществе языке значило — заметил.

Он с силой тряхнул рукой, и порошок лихо скрутился воздушным потоком в маленький шарик. Его главарь спрятал в карман.

— Идём в том же порядке, но теперь держимся за моей спиной. Как только подаю знак, останавливаетесь и не шевелитесь. Совсем и вперёд не лезете, — последнее было адресовано лично мне.

И мы пошли. Сначала все были напряжены и каждый раз, когда маг давал знак остановиться, а сам шёл вперёд, с опаской смотрели ему в след. Но главарь делал остановки слишком часто, при этом никаких сетей на пути не находил и все расслабились. Потихоньку, когда маг уходил вперёд, начались разговоры. И всё чаще они касались меня. Сначала было почти шёпотом.

— Ты видел, какая с нами ведьма? Не боись, Брэн, она тебя, если что спасёт от сети. Ножкой топнет, ручкой поведёт, нос задерёт, — как бы шутил наёмник с сединами.

— У ведьм знаешь как, Брэн, ежели, раз спасла, то уже всё — влюбляется до беспамятства. А она тебя с бала вывела, вот и посуди. Видишь на тебя не смотрит, значит точно влюблена, по ведьмам такое сразу понятно, — это говорил бугай с двуручным топором за спиной.

— Так и меня спасла, — прозвучал напряженный шёпот малинового.

— Дело плохо, Билл, на двоих, стало быть, охотится, — отвечал ему бугай. — Но ты зубы сцепи и терпи, может ещё пожалеет, да одного кого оставит для своих утех. Но, вообще, они уж больно активные, так что и ты луче готовься. Тренируй силушку.

Тихие смешки, покашливания в кулаки и опять какие-то перешептывания. Я стояла к ним спиной, и делала вид, что не слышу. Просто внимательно смотрела на главаря, уходящего вперёд и всё. Когда он возвращался, наёмники резко замолкали и по-деловому шли дальше. Потом на остановках стали говорить чуть громче и обращаться ко мне.

— Мариша, а как часто ведьмы меняют кавалеров? — это наёмник с сединами.

— Да, как только испробуют гримуар, так и меняют. Но беда в том, что до конца книжки ни один не доходит, закачивается, — это я.

— А какие парни-то ведьмам сподручнее для дел ваших? Тёмненькие или светленькие? — это бугай с топором.

— Да мы по зубам выбираем, волосы-то после первых дней практики у них же сразу вылезают, — опять я.

— Что на всём теле, даже если прикрыться там, в нужных местах каким амулетом? — со смешком опять седой.

— Хм, бывает и остаются, но эффект сложно просчитать — цвет от зелёного, до красного, и густота прореживается. Плеши то тут, то там, такого потом уже и не используешь, — сухо поясняла я.

Старички потешались над молодежью. И если Брэн старался больше отмалчиваться, либо язвил, то малиновый отвечал очень нервно. Даже заступился за меня, говорит добрая ведьма, а они всё наговаривают. Душа-парень, маме точно бы понравился. Но именно сегодня, уверена, малиновый тоже вспомнит, что я не такая уж добренькая ведьма. Пока эти увальни чесали языками, я подъедала сухарики с заговором пополнения сил. Так что к вечерней каше у меня хватит запала на очень доброе нашёптывание.

Привал объявили, когда под ногами уже было не разобрать дороги. Наёмники быстро распаковывали вещи, мужчина с сединами сунул мне пшено, соль и какой-то кусок мяса. Поймал малинового и отправил его за водой для каши. А потом принёс одну какую-то корягу и, посчитав свой долг выполненным, удобно устроился на скатанном одеяле. Он немного ухмылялся, глядя, как спотыкаясь на ровном месте почти в кромешной темноте, наёмники организуют лагерь. Сам сидел, что-то попивая из фляжки, и подбадривал молодежь шутками.

— Сэм, молчи уж, дрянная душонка, а то и тебя к делу приобщим, — пробасил бугай с топором. — Или молодежь, вон, ведьме на опыты отдаст.

— Да меня нельзя, разве ты не знаешь? — посмеивался наёмник, отпивая из фляжки. — Ни на работу, ни ведьме. Косточки старые, ещё попортят зелья или … работу.

Несмотря на шутки, большая часть наёмников смотрела на Сэма неодобрительно, но тому хоть бы что. Сидел и пил, потом ещё мне напомнил про кашу, якобы пора уже кушать. Улыбнулась ему, как родному, но его это не насторожило.

Рядом уже разгорался костёр, который как-то хитро был прикрыт еле видимым магическим куполом. Значит ни дыма от него, ни света вдалеке не видно и жар сильнее. Я удовлетворенно потерла руки, готовиться всё будет быстро, а это уже полдела. Силы после сухариков прибавилось и не хотелось, чтобы они просто так исчезли, пока вода закипает.

Нарезала подкопченное мясо, бросила в котелок с водой и огляделась в поисках мага. Пора начинать действовать и пока сил в избытке лучше приступить к самому сложному. Осталось найти главаря. С ним шутить не собиралась, но что-нибудь «доброе» сделать, так чтобы ночь запомнилась, конечно, хотелось. И если все правильно рассчитать даже могло получиться.

Вокруг лагеря стоял как будто невидимый полог, на это указывала только чёткая закругленная линия под ногами. Не заходя за нёё, прошла до ручья, где и увидела мага. Он стоял спиной и, видимо, опять колдовал. Вот пока он занят и займусь своими ведьминскими делами.

Поспешно вытянула из-за ворота амулет и начала шептать, но сразу стало ясно, что отклика нет. Подошла на пару шагов ближе, та же история. По-тихому приблизилась и встала всего в трёх шагах, но опять ничего. Маг хоть и не подал вида, но, мне показалось, заметил, что за спиной кто-то стоит. Рискнула и остановилась в шаге от спины, сжав кулон, прошептала заговор. Точно получилось, я не могла ошибиться. Маг обернулся быстро, но я всё же успела.

В бледном свете магического огонька на меня выжидательно смотрели уставшими глазами.

— Мариша? — взгляд опустился к моей руке, в которой я сжимала амулет.

— Да, — я кивнула, потом поняла, что от меня всё же ждут чего-то, более вразумительного и решила опять рискнуть. — Думаю, что могу надеть амулет добровольно.

Маг плавно шагнул ко мне, и снял веревочку, невзначай коснувшись голой ключицы. Неожиданно поняла, что доставая амулет, расстегнула и жилетку, и ворот обеих рубашек. Так сосредоточено шагала, что и забыла, как глубоко его засунула. Мне протянули вещицу, и я быстро повесила её на шею.

— Мариша, мне надо ждать чего-то особенного?

— Например, чего?

— Гривы, копыт?

— Нет, конечно. С чего вы взяли?

— Ты слишком покладистая и это настораживает, — на меня смотрели сверху вниз, и опять казалось, что маг выше, чем есть на самом деле. Я улыбнулась, как можно более беспечно похлопала его по плечу и поспешила перевести тему.

— А откуда вы вообще узнали, что мы лошадиные заговоры с моей ведьмой на вас насылали?

По губам мага скользнула улыбка.

— Идём, там, наверное, каша уже готова, — и он направился в сторону лагеря.

— Нет ещё, сегодня же я готовлю.

Маг с шага не сбился, не обернулся, но немного замедлился, а я от души улыбнулась его спине.

Глава 9

Вода в котелке бурлила, пар поднимался и рассеивался у купола, а наёмники, почти не переговариваясь, внимательно следили за мной. И чтобы не разочаровывать их, я от души бубнила, что они старые хрычи заставили настоящую ведьму кашеварить. Пока добавляла пшено и солила ни на минуту не прекращала тихо болтать, но так чтобы они слышали обрывки фраз. Моё бурчание возымело действие и наёмники более или менее расслабились, кто-то достал пузатую фляжку и предложил выпить.

Я очень старалась делать хмурый вид, но при виде этого добра не удержалась и улыбнулась. Какие же наёмники молодцы! Никогда не подводят, в любой ситуации пьют. Теперь-то мой заговор точно заставит их действовать.

Сосредоточенно помешивая кашу, и продолжая бубнить, я следила за мужчинами. После нескольких глотков браги они повеселели, и почти перестали обращать на меня внимание. Недолго думая, я придержала длинную ложку раскрытой ладонью и произнесла заговор. Проговаривала всё старательно, настраивая себя на то, что делаю настоящее добро. Потом как бы попробовала кашу и вместе с солью бросила измельчённый закрепитель. Несколько минут и можно подавать.

— Готово, — громко и очень недовольно сообщила я всем.

Первым ко мне нетвёрдой походкой подошёл Сэм, отнял ложку и сам себе наложил каши с горочкой. И куда столько такому худому? Дальше пошло быстрее. Они подсовывали миски, я накладывала. В самом конце взяла себе порцию и только тут заметила, что никто кашу не пробует. Все смотрят на меня. Нарочито громко фыркнула и приступила к еде.

Эх, есть что-то невероятное в походной каше. И вкус у неё особенный, и пахнет она по-другому. А казалось бы всё так просто — пшено, да мясо в котелке, но какой вкус. После заговора в голове звенело, и первая ложка каши прошла почти не замеченной. Но чем дальше, тем больше раскрывалась целая палитра из смеси крахмалистых сытных ноток и духа копченого мяса — да, о такой каше надо говорить именно так. Пока я смаковала, наёмники поглотали свои порции и теперь, сидя тесным кружком на брёвнах, передавали друг другу выпивку. Постепенно почти все расслабились, кто-то начал укладываться спать, а заговор, как обычно, сначала подействовал на самого пьяного.