Наталья Александрова – Тайна старой газеты (страница 45)
– На какое? – неуверенно переспросила Надежда, пытаясь вспомнить, что с ней было приключилось и как она оказалась в этом малопривлекательном месте. На белой двери напротив нее красовалась табличка: «Врач-невролог высшей категории Щукина П.П.». – Если ваше время, так вы и проходите, я ни на что не претендую…
– То есть как это – не претендуете? – продолжала клокотать «сиреневая» особа. – Мне от вас подачки не нужны! Если ваша запись раньше – тогда пожалуйста, а если позже – тогда извините! Я вас конкретно спрашиваю: на какое время у вас запись?
– Да ни на какое! – отмахнулась Надежда, и потянула Путову за руку. – Лиля, просыпайся, нужно идти отсюда!
– Что значит – ни на какое? – все не могла успокоиться «сиреневая» особа. – Что же вы, отдохнуть сюда пришли? Да еще и с подругой? Тут вам не здесь!
– Женщина, что вы так нервничаете? – примирительным тоном проговорил мужчина, сидевший чуть поодаль, перед кабинетом кардиолога. – Имейте в виду, все болезни от нервов! И нервные клетки, между прочим, не восстанавливаются!
Надежда Николаевна покосилась мужчину, который ей был определенно знаком. Где-то она встречала его… в голове даже всплыло имя – Семен Семенович Захаров… но она никак не могла вспомнить, где же его видела и откуда знает, как его зовут. Мало того, у нее было странное ощущение дежавю: когда-то она, так же как сегодня, сидела в коридоре районной поликлиники и не могла вспомнить, как там оказалась.
Лиля открыла глаза, встряхнула головой и, оглядевшись, растерянно проговорила:
– Где это мы?
– Пойдем отсюда, – прошипела Надежда, поднимаясь. – Я тебе потом все объясню…
Она быстро пошла прочь по коридору, волоча за собой огромную полусонную Лилю, как маленький буксир тащит большую, тяжело нагруженную баржу.
– Наркоманки! – гремела им вслед «сиреневая» особа.
– Так что вы мне хотели объяснить? – спросила Лиля, когда они вышли из поликлиники.
Надежда нахмурилась: кто бы ей самой объяснил, что с ними произошло…
Они проходили мимо афишной тумбы, на которой красовалась яркая реклама циркового представления: «Только одно выступление в нашем городе! Только на нашей арене! Мировая сенсация! Знаменитые укротители зверей Роберт и Артур Окуневы со своей группой крупных хищников! Львы, тигры и леопарды в одной программе!»
На афише были изображены двое мужчин в сверкающих цирковых нарядах, а вокруг них стояли и сидели львы с косматыми гривами, огромные тигры и грациозные леопарды. Но один лев с особенно красивой золотистой гривой разлегся под ногами младшего брата, и тот незаметно трепал его за ухо.
Надежда замедлила шаги, приглядываясь к мужчинам на афише, потом перевела взгляд на льва и пробормотала:
– Цезарь… его зовут Цезарь.
– О чем вы? – спросила Лиля.
Надежда не ответила, мучительно пытаясь вспомнить. Братья Окуневы… а ведь Надежда тоже их где-то видела… или не видела, но слышала о них от кого-то…
Да что же такое происходит с ее памятью?
Она проснулась от какого-то неприятного, резкого запаха. Пахло химией, дезинфекцией, больницей.
Ну да, наверное, она в больнице…
Как всегда, прежде чем открыть глаза, она стала перебирать в памяти предшествующие события.
Встреча с заказчиком.
Этот человек вел себя очень странно… И заказ был необычный. Она даже не хотела браться за него, но других давно уже не было. Ее даже охватило беспокойство – может, ее считают слишком старой для серьезной работы? Может, ее исключили из из списка настоящих профессионалов?
Поэтому она и взялась за этот заказ, желая доказать всем – и коллегам по опасному ремеслу киллера, и потенциальным заказчикам, и в первую очередь самой себе, что она еще может работать.
Но когда работа была выполнена, этот мерзавец-заказчик, вместо того чтобы расплатиться, решил убить ее. Разве можно конкурировать с профессионалом на его поле? Разве можно пытаться убить киллера?
Вот и этот яйцеголовый идиот всего лишь отправил ее в больницу. А то, что не убивает нас, – делает нас сильнее. И теперь она отплатит ему сторицей… вот только выйдет из больницы – и рассчитается с ним!
Вдруг ярко вспыхнул свет, и совсем рядом прозвучал незнакомый раздраженный голос:
– Сельдереева, опять спишь в рабочее время?
Она осторожно открыла глаза и уставилась на особу в крахмальном белом халате, которая стояла перед ней, подбоченившись, и сверлила взглядом.
В голове внезапно всплыло имя этой особы и ее должность: старшая сестра Варвара Петровна.
Она напрягла глаза и прочла на бейдже: «В. П. Кремноземова».
Но откуда она ее знает, если видит первый раз в жизни?
– Это вы мне? – проговорила она, постаравшись сохранить в голосе ноты оскорбленного достоинства.
– Тебе, тебе, а кому же еще? – отчеканила Варвара Петровна. – Опять уединилась в пустой палате и улеглась спать! Тебе здесь не за это платят! Еще раз такое устроишь – и сделаю то, что давно обещала. Переведу тебя в морг!
– Не надо в морг… – машинально возразила она.
– То-то – не надо! Тогда давай впрягайся! В третьей палате судно вынести надо, и коридор не вымыт! Быстро встала, ноги в руки, и пошла работать! Тебе не за безделье платят!
– Или это деньги… – машинально ответила она.
Однако встала, вышла из палаты и, прежде чем выполнять то, что велела Варвара Петровна, подошла к зеркалу.
На ней был халат – не такой свежий, как на старшей сестре, но бейджик на лацкане присутствовал. И на нем черным по белому было напечатано: «Санитар Сельдереева Н.В.»
Стало быть, она и правда Сельдереева. И работает в этой больнице санитаркой. И будет работать, пока не выйдет на пенсию. Будет мыть этот коридор, и выносить судна, и терпеть беспричинные нападки Варвары Петровны…
А что ей такое виделось во сне?
Будто она профессиональный киллер и ее попытался отравить очередной заказчик…
Приснится же такое!