Наталья Александрова – Тайна старой газеты (страница 31)
– В лагере для особо одаренных детей, – усмехнулась Татьяна. – В области. Тогда такое практиковалось – дети живут на свежем воздухе две недели, и с ними еще занятия разные проводят.
– Да я помню… – растерянно сказала Надежда.
– Отвезли нас туда на автобусах тридцатого декабря, там и Новый год встретили, а обратно привезли десятого января, так как одиннадцатого уже в школу. Так что извини, но я не представляю, как на этой фотографии оказалась. – Она помолчала и добавила: – И что теперь делать? Страшно за маму…
– Ты не работаешь?
– Библиотека закрыта, я пока отпросилась на несколько дней… Думала, ты сможешь мне хоть что-нибудь объяснить…
– Ничего не бойся! Что-то мне подсказывает, что эта баба тебя оставит в покое. Не до тебя ей сейчас будет. Но маму береги. – И, вспомнив свои вчерашние приключения в типографии, добавила: – Газет точно больше не будет… Печатать негде.
Татьяна посмотрела очень выразительно, и Надежда Николаевна поняла, что до старых газет ей не было дела, ее волновала только мать, потому что если с ней, Татьяной, что-нибудь случится, позаботиться о матери будет некому.
– Ты вот что… – нерешительно сказала Надежда, – подумай еще над этой фоткой, вот, пересними ее. И если вдруг что вспомнишь, то позвони мне. Любую мелочь, с этим связанную…
Татьяна грустно покивала и ушла.
Распрощавшись с Татьяной Вороновой, Надежда задумалась. Она сказала, что газет больше не будет, но еще одна газета у нее была. Та, которую она прихватила из стопки в типографии и еще толком не рассмотрела…
Она принесла газету на кухню, положила ее на стол и стала просматривать страницу за страницей. В основном – обычные новости городской жизни: «В Веселом Поселке открыли новый универсам», «В наш город приехала делегация из венгерского города-побратима», «В филармонии прошел концерт прославленного органиста, а в Выборгском дворце культуры – концерт известного югославского эстрадного певца…»
Надежда вспомнила, что школьницей слушала записи этого певца, но на концерт не ходила.
На третьей странице была неожиданно большая заметка о выступлении в цирке на Фонтанке итальянского фокусника-иллюзиониста Джузеппе Фибоначчи, в которой подробно рассказывалось о цирковой карьере маэстро Фибоначчи и даже описывались подробности его выступления.
Надежда пробежала эту заметку без интереса, но потом вернулась к ней.
Фибоначчи… Она ведь обнаружила, что даты выпуска всех газет, отпечатанных в таинственной типографии, составляют ряд Фибоначчи. Обнаружила – и отложила этот факт в сторону, так и не придумав, как его использовать. И вот теперь в последней сохранившейся у нее газете всплывает фамилия Фибоначчи.
Не может это быть простым совпадением! Такое совпадение явно не укладывается в законы вероятности!
Когда-то, в бытность инженером, Надежда разрабатывала методы шифрования данных и помнила, что ряд Фибоначчи используется как генератор случайных чисел, который значительно повышает надежность шифрования.
Принцип шифрации с применением этого ряда заключался в том, что каждая буква шифруемого текста заменяется соответствующим ей по порядку числом из ряда Фибоначчи. Когда таким образом все буквы сообщения будут заменены на цифры, эти цифры, в свою очередь, нужно снова заменить на буквы, для чего используется какой-то текст. Можно взять какую-нибудь книгу и выбрать из нее буквы, соответствующие цифрам шифровки…
При расшифровке производится обратная операция – из шифровальной книги выбираются буквы, соответствующие числам Фибоначчи.
В общем, звучит довольно сложно, но на практике Надежда ловко управлялась с такой операцией. Сложность заключалась только в том, чтобы найти книгу, которой пользовались при шифровании…
Книгу или газету, тут же сообразила она.
А что, если при шифровании использовали именно эту газету? И более того – заметку о выступлении итальянского иллюзиониста? Не на это ли намекает его фамилия? И не потому ли этому не самому значительному событию посвящена такая большая заметка?
Надежда решила проверить свою догадку. Выписав на чистый лист длинный фрагмент ряда Фибоначчи, рядом с ним она начала выписывать соответствующие буквы из заметки об итальянском фокуснике.
Постепенно те стали складываться в осмысленные слова:
«Душа… моя… стремится…»
Это уже подтверждало два важных факта: во-первых, что Надежда угадала принцип шифровки, во-вторых – что шифровальным текстом действительно является заметка о выступлении итальянского иллюзиониста.
Вскоре на листке появился связный текст:
«Душа моя стремится к небу, где зрит величественну Гебу, чьей юности предела нет…»
Дальше шло непонятное слово: «Шибболет».
Надежда задумалась. За исключением последнего слова, расшифрованный текст точно был строчками из какого-то стихотворения, причем явно очень старого, скорее всего, восемнадцатого века…
Тут она вспомнила, что в школе, в восьмом классе, ее близкая подруга Алка Тимофеева делала на уроке литературы доклад о творчестве русского поэта Екатерининской эпохи Арсения Двоемыслова. Алка вообще с детства обожала литературу. Нельзя сказать, что Надежда относилась к этому предмету плохо, напротив, читать она всегда любила. Но Алка обожала делать именно доклады о таких писателях и поэтах, которых никому не приходило в голову читать. Даже учительница порой удивлялась и пророчила Алке будущее литературоведа. И оказалась почти права, поскольку Алка окончила педагогический институт и преподавала теперь русский язык и литературу в старших классах.
Так вот, у того самого Двоемыслова была ода, посвященная императрице, в которой были похожие строчки…
На всякий случай Надежда проверила в интернете – и он подтвердил, что автором этих строчек является поэт и вельможа восемнадцатого века Арсений Гаврилович Двоемыслов, один из богатейших и влиятельнейших деятелей эпохи Екатерины Великой.
Тут же было написано, что помимо литературы и государственной деятельности Двоемыслов, по свидетельству современников, занимался делом не столь почтенным, а именно увлекался алхимией и коллекционировал старинные книги и манускрипты, посвященные магии и колдовству. Так что в свете у него даже было прозвище Арсений-чернокнижник. Некоторые завистники утверждали, что именно этим занятиям Двоемыслов обязан своему удивительному богатству – мол, он открыл-таки секрет философского камня и тайно делает золото из свинца, олова и других обычных металлов.
Из этой же статьи Надежда узнала также, что в городе на Неве находится музей-усадьба Двоемыслова.
– Стыд и позор! – сказала она коту, который сидел рядом с ней с заинтересованным видом.
Бейсик изобразил смертельную обиду и собрался уже уйти, но Надежда проговорила примирительным тоном:
– Да я не о тебе! Это я о себе. Всю жизнь живу в нашем прекрасном городе и ни разу не была в музее Двоемыслова! Это непростительное упущение для интеллигентного человека, каким я себя считаю…
Бейсик недоверчиво фыркнул, тем самым показывая, что Надежда просто собирается в очередной раз под благовидным предлогом уйти из дома и не выполнять свою священную обязанность – кормить и развлекать кота.
– Да я тебе утром положила такую порцию корма… неужели уже съел?
Кот подошел к миске и выразительно взглянул на хозяйку: мол, сама смотри!
Миска была пуста.
– Ну, ты даешь!
Бейсик снова возмущенно фыркнул: мол, хороший аппетит – это несомненное достоинство для кота!
– Ветеринар сказал, что тебе нужно немного похудеть. Иначе скоро ты ни в одну дверь не сможешь пройти!
Это высказывание Бейсик посчитал провокацией и не стал на него отвечать, а просто ушел из кухни, правильно посчитав, что хозяйка настроена серьезно и ничего ему в этот раз не обломится.
Еще немного Надежда Николаевна посидела в раздумьях. Поехать сейчас в музей этого самого поэта восемнадцатого века? И что там делать? Прослушать скучнейшую лекцию о его жизни и творчестве? Посмотреть на его письменный стол? Кстати, вряд ли это тот самый стол, скорей всего взяли из какого-нибудь музея подходящий по времени. Да какая, в конце концов, разница, за этим столом он написал свою оду или не за этим! Лучше она от этого не станет!
Надежда Николаевна была сердита, поэтому несправедлива к поэту Двоемыслову. Собственно, сердиться в данный момент можно было только на себя, глупую тетеху, которая не может сообразить, что вообще происходит и как эту ситуацию разъяснить.
Чего хочет этот яйцеголовый Журавлик? Для какого беса убивают людей, создающих массовку на газетной фотографии? Тем более что, если верить словам библиотекарши, эта фотография – фальшивка. Хотя фотограф Голубкин утверждает, что снимок – его работа. Кто нанял киллершу, которая убила несчастного Семена Семеновича и пыталась угробить библиотекаршу? Откуда взялись эти чертовы газеты?
Хотя на последний вопрос ответ был: газеты взялись из печатного станка, который больше не существует, как нет и старой типографии. Но тогда самый главный вопрос: кто этот старик, который явился в типографию и сделал так, чтобы она исчезла? Не доктор же Фауст, в самом деле! Такого просто не может быть!
Надежда Николаевна Лебедева всегда стояла на твердой материалистической позиции, и если встречалось на ее пути что-то мистическое, предпочитала найти этому самое простое объяснение.