Наталья Александрова – Тайна Паганини (страница 3)
– Пантелей, что ли?
– Наверное.
Тетя Фрося огляделась и проговорила:
– Ну, я тебе больше не буду мешать, обустраивайся тут. Если что понадобится, обращайся ко мне.
С этими словами она покинула дворницкую, оставив меня одну.
Вернее, вдвоем с котом.
Кот, кстати, чувствовал себя как дома.
Как только тетя Фрося ушла, он потерся об мои ноги, громко мяукнул, а потом боднул головой, явно на что-то намекая.
То есть понятно, на что – на кормежку.
– Извини, но у меня ничего нет. Я ничего не принесла.
Кот громко мяукнул и посмотрел на меня с возмущением: как ты могла обо мне не подумать!
– Но я вообще не знала о твоем существовании!
Да, похоже, что этот кот достался мне в наследство от деда. Этот кот да еще жалкое подобие жилплощади, бывшая дворницкая…
Мне невольно вспомнилась сказка «Кот в сапогах».
Там герой тоже получил в наследство кота…
И тут кот еще раз выразительно мяукнул и пошел в дальнюю часть дворницкой, где у покойного деда имелось что-то вроде маленькой скромной кухоньки.
Там была эмалированная раковина с краном, газовая плитка на две конфорки и небольшой холодильничек.
Я на всякий случай заглянула в него.
Конечно, там ничего не было, – точнее, на верхней полке скучал засохший кусок сыра.
Еще рядом с холодильником был небольшой шкафчик.
Вот перед этим шкафчиком кот уселся кувшинчиком, аккуратно обернув лапы хвостом, посмотрел на дверцу шкафчика, а потом на меня. Еще раз на дверцу – и снова на меня. И этот маневр он повторил еще три или четыре раза.
– Ты хочешь мне сказать, что у Карпыча… у моего деда в этом шкафчике хранится запас кошачьего корма?
В глазах кота сверкнуло удовлетворение – мол, наконец-то эта недотепа что-то поняла!
А я открыла шкафчик и заглянула в него.
Там и правда кое-что было, в основном продукты длительного хранения – соль, сахар, пакет сухарей, бутылка растительного масла, и да, там, на верхней полке, лежал пакет, на котором красовалась выразительная кошачья морда.
Ну да, сухой кошачий корм!
– Ну, ты молодец! – проговорила я, достала пакет и насыпала приличную порцию корма в мисочку.
Кот тут же принялся за еду, даже не устроил традиционный кошачий номер – мол, какую гадость ты мне предлагаешь. Ел он жадно, но аккуратно, ничего не разбрасывал.
А я поставила пакет на место.
И при этом заметила на задней стенке шкафчика, как раз за этим необходимым пакетом, неприметный металлический шпенечек – вроде защелки.
– Интересно! – проговорила я и из чистого любопытства сдвинула этот шпенечек.
И тут весь шкаф, со всем его содержимым, поехал в сторону, как дверь купе в вагоне…
Вот тут настало время объяснить, как я оказалась в этой, с позволения сказать, квартире не просто гостьей, а хозяйкой.
В тот день я проснулась от звонка телефона. Вот именно, от звонка, так у меня установлено: если звонят с незнакомого номера, то чтобы был именно звонок.
Потому что кто может мне звонить с незнакомого номера? Правильно, мошенники. Или реклама, которая мне совершенно не нужна. Так что я сразу знаю, что можно на такие звонки не отвечать.
Некоторое время понадобилось мне, чтобы сообразить, что к чему и где я вообще нахожусь.
Ну, то есть ясно где, в своей постели, просто спала я так крепко, что не сразу пришла в себя. А когда очухалась, то телефон уже умолк. И только я повернулась было на другой бок и собралась еще немного поспать, как проклятый мобильник зазвонил снова.
И вот не спрашивайте как, но я точно знала, что звонит тот же самый человек. Очень я ему нужна оказалась.
– Слушаю! – рявкнула я в трубку.
В ответ женский официальный голос спросил:
– Карпова Светлана Анатольевна?
– Ну я, а в чем дело?
Ясно, что не мошенники и не реклама; впрочем, возможно, и мошенники.
Женщина сказала, что она беспокоит меня по поручению нотариуса Селиверстова и что мне нужно явиться к нему, чтобы вступить в права наследства.
Что? Наследство? Ну точно это мошенники.
Но что-то меня удержало от немедленного отсоединения, – возможно, голос у женщины был слишком официальный.
– Не знаю ничего ни про какое наследство, – буркнула я сонно, – в чем вообще дело?
– Карпов Иван Федорович вам кем приходится? Точнее, кем приходился?
– Не знаю… – по инерции начала я, но осознала, что фамилия-то моя, я тоже Карпова.
Карпов Иван Федорович… отца моего звали Анатолий… да что я про отца, его давно нету… Ладно, мало ли на свете Карповых. Распространенная фамилия.
– Вы, наверное, что-то перепутали, – твердо сказала я, но женщина не согласилась.
– Есть завещание Карпова Ивана Федоровича, вы указаны в нем.
Тут я вспомнила, что отчество у моего отца было Иванович, так что, возможно, это мой дед…
Но я понятия не имела, что он умер. То есть я думала, что он умер уже давно. То есть вообще о нем не думала.
И пока я старалась собрать мысли в кучу, женщина сказала, что мне следует явиться сегодня в нотариальную контору по такому-то адресу с паспортом.
– Сегодня? И когда?
Оказалось, что к двенадцати часам, позже никак нельзя. Я спросила, отчего такая срочность, и женщина очень холодно ответила мне, что послезавтра истекает обязательный законный срок в полгода, когда необходимо мне вступить в права наследства, а поскольку послезавтра воскресенье, то нужно это сделать сегодня.
И в ответ на мой естественный вопрос, отчего они не сообщили мне о наследстве заранее, она ответила уже совершенно ледяным голосом, что они прислали мне два письма, на которые не получили ответа, а там предписывалось мне позвонить по указанному номеру телефона, то есть в нотариальную контору. Но я не позвонила, так что они предприняли последнюю попытку, и если я не явлюсь сегодня, то…
Пока она долго и нудно перечисляла все последствия моей неявки, я пыталась думать.
Значит, было два письма на мой адрес, то есть на адрес, по которому я прописана. И если пару-тройку месяцев назад я еще жила там, в той квартире, то вполне могла прозевать письмо, потому что редко заглядывала в почтовый ящик, раз в две недели выбрасывала весь рекламный хлам, так что могла не заметить.
Но последнее письмо, по словам этой замороженной дамы, должно было прийти недели две назад. И что же, моя дорогая мамуля его не нашла и не прочитала? Если речь там шла о наследстве, то уж мамуля не упустила бы такое дело.
Тут я вспомнила, что мамуля со своим новым, четвертым (или пятым?) мужем отбыла на отдых к теплому морю.
Обычные люди отдыхают на море две недели, но мамуля со своим благоверным решили совместить отпуск со свадебным путешествием, поэтому получился почти месяц.
Так что наверняка важное письмо до сих пор лежит в почтовом ящике, поскольку мамуля не разрешила мне в это время пожить в своей квартире. Видите ли, ее новый муж будет недоволен, если в его спальне на его кровати будет спать чужой человек, – он, дескать, некомфортно себя чувствует.
И как вам это понравится? Может быть, я тоже недовольна, что на моем месте спит чужой человек? Потому что свою спальню они устроили в моей комнате. Мебель, конечно, купили новую…