Наталья Александрова – Пантера в гипсе (страница 16)
Она засыпала под хриплые крики попугая и под громкое мяуканье Аскольда, при включенном телевизоре, когда под окном соседи запускали петарды или когда истошно вопила чья-то автомобильная сигнализация. Впрочем, сама Лола считала, что это — Ленькины выдумки, поклеп и злостная клевета и что в действительности у нее очень чуткий и беспокойный сон. Леня же был уверен, что она способна мирно заснуть под звуки артиллерийской канонады.
Но первая ночь в санатории оказалась в этом смысле совершенно нетипичной.
Кровать была очень удобная, матрас в меру мягкий, одеяло — легкое и достаточно теплое, но Лола никак не могла заснуть.
Пу И, съевший на ночь едва ли не полкило орехового печенья, устроился у нее под боком и уже начал мирно посапывать, а она все не могла угомониться.
Ей показалось, что в комнате слишком жарко.
Она осторожно встала, стараясь не разбудить песика, подошла к окну и приоткрыла форточку, оставив небольшую щелку — так называемое микропроветривание.
Когда она вернулась в постель, Пу И, конечно, проснулся и поглядел на хозяйку с немой укоризной. Во взгляде песика читалось буквально следующее: зачем ты меня разбудила, мне начал сниться такой интересный сон!
— Пуишечка, детка, извини меня! — прошептала Лола и снова улеглась, уютно пристроив песика к себе под бок.
Но теперь от окна потянуло холодом. Пу И, который уже начал засыпать, беспокойно завозился, недовольно заворчал и уполз с головой под одеяло. От его сонной возни Лоле стало щекотно, и она окончательно проснулась. Кроме того, ветер задул прямо в оконную щелку, и она издавала унылое завывание, как будто нерадивый ученик музыкальной школы играл на тромбоне.
Лола села в кровати, подложив подушку под спину.
Пу И обиженно заскулил во сне и отполз немного в сторону от беспокойной хозяйки. Лола погладила шелковистую шерстку и уставилась на окно.
Сквозь тонкую занавеску ей были видны за окном какие-то странные движущиеся тени, как будто по балкону кто-то ходил, размахивая руками и приседая.
Лола встала, отдернула занавеску и выглянула в окно.
Конечно, на балконе никого не было, а подозрительные тени на занавеску отбрасывали ветви растущей неподалеку сосны, ярко освещенной полной луной.
Лола снова закрыла форточку, чтобы прекратить унылое завывание ветра, и вернулась в постель. Но теперь ей послышались какие-то подозрительные звуки из коридора — под дверью ее номера кто-то шептался, потом прозвучали быстрые крадущиеся шаги…
Она снова встала и бесшумно подкралась к двери.
Надевать свой съемный гипс не стала, чтобы не затруднять движения и не поднимать лишнего шума.
Прижавшись ухом к двери, прислушалась.
На этот раз в коридоре было тихо, но Лола решила выглянуть и убедиться, что там действительно никого нет. Однако когда она попробовала приоткрыть дверь, из этого ничего не вышло: дверь ее номера была заперта снаружи.
«Ничего себе! — подумала она, опасливо разглядывая дверь. — Это что же, выходит, я здесь нахожусь в одиночном заключении? Выходит, это никакой не санаторий, а самая настоящая тюрьма? Конечно, «камера» у меня достаточно комфортабельная, но это не меняет сути дела! Заключение — оно и есть заключение! А если, не дай бог, начнется пожар или какое-нибудь другое стихийное бедствие? Я ведь даже не смогу выбраться из своего номера!»
Она еще раз безуспешно подергала дверь, убедилась, что та не поддается на ее усилия, и вернулась в кровать, чтобы обдумать свое бедственное положение. Пу И тоненько тявкнул во сне и прижался к хозяйскому боку. Лола ласково почесала его за ухом и едва слышно прошептала:
— Пуишечка, дорогой! Только на тебя я всегда могу положиться! Только ты меня никогда не оставишь! А Ленька, этот противный эгоист, готов послать меня на самое опасное задание! Прямо в логово врага! Да еще, как выяснилось, в одиночную камеру!
Ей стало себя ужасно жалко. Она свернулась калачиком, как в детстве, обняла сонного песика и сама не заметила, как заснула.
Проснулась она от яркого света, заливающего комнату, и от возни Пу И, который тормошил ее и радостно повизгивал, явно намереваясь поиграть в подвижные игры.
Возле окна стояла Лика. Раздернув занавески, она повернулась к Лоле и жизнерадостным тоном проговорила:
— Доброе утро! Погода прекрасная! Что вы хотите на завтрак? Вам помочь с утренним туалетом?
В это время Пу И высунул голову из-под одеяла, и Лика взвизгнула, как самая обычная девушка:
— Ой, какой хорошенький! Просто пусенька!
— Доброе утро, — отозвалась Лола, попытавшись натянуть одеяло до глаз и закрыться от света, — а сколько сейчас времени?
— Уже восемь тридцать! — сообщила Лика с неумеренным оживлением. — Скоро завтрак!
— Сколько? — с ужасом переспросила Лола. — Еще только восемь тридцать? Так рано?
— Разве это рано? — Лика изобразила удивление.
— Для кого как, — проворчала Лола, — я, например, сегодня ночью просто глаз не сомкнула, поэтому мне кажется, что еще очень рано… кстати, объясните мне, почему ночью дверь моего номера была заперта снаружи? Я здесь что — нахожусь под домашним арестом?
— Заперта? — недоверчиво переспросила Лика. — Не может быть! Вы пробовали повернуть защелку? Нужно было повернуть ручку по часовой стрелке…
Она подошла к двери и показала.
— Да… — неуверенно пробормотала Лола. — Кажется, я так и делала…
Теперь она уже ни в чем не была уверена. Может быть, она повернула ручку не в ту сторону и сама закрыла защелку… все ее ночные страхи теперь, при ярком свете весеннего солнца, ей самой казались смешными и надуманными.
— А что вам понадобилось ночью? — поинтересовалась Лика. — У вас в номере все есть, а если вам еще что-то понадобится — вызывайте дежурную сестру, она тут же придет… Так как — помочь вам с утренним туалетом?
— Нет-нет! — заволновалась Лола, вспомнив, что она без гипса. — Я сама, оставьте меня хотя бы на несколько минут!
— Как скажете, — Лика едва заметно улыбнулась, — как только я вам понадоблюсь, нажмите кнопку!
Лола с тоской взглянула на чертов гипс и натянула его на ногу. Потом пошарила в поисках шпенечка, нашла его быстро и, сама себе удивляясь, просунула куда нужно.
«Ведь может же, когда хочет!» — похвалила она гипс.
Едва Лола успела управиться с гипсом, как снова раздался негромкий стук в дверь, и на пороге появилась Лика с подносом, на котором у нее дымилась чашка кофе и стояла тарелка с какой-то подозрительной буро-зеленой массой.
— Что это? — испуганно поинтересовалась Лола, глядя на содержимое тарелки.
— Это — изобретение Владислава Константиновича, нашего главного врача! — с гордостью сообщила Лика. — Он назвал это «концентрат здоровья», это смесь прессованной морской капусты, соевого жмыха и микрокристаллической целлюлозы.
— И что я должна с этим делать? — осведомилась Лола, брезгливо прикоснувшись к подозрительному концентрату кончиком ложки.
— Как — что? — переспросила Лика. — Есть, конечно! Это невероятно полезный продукт! Он способствует общему очищению организма, улучшает работу кишечника, тонизирует сосуды и, как следствие, ускоряет процессы заживления…
— Вот это я должна съесть? — с ужасом проговорила Лола.
— Разумеется! Вы сами удивитесь, насколько улучшится ваше самочувствие, если начать день с этого чудодейственного завтрака!
— Ну ладно, я попробую! — с кислой миной согласилась Лола. — Только, пожалуйста, оставьте нас с концентратом один на один… это слишком интимный процесс…
— Да, конечно! — с этими словами Лика покинула номер.
Лола попробовала кусочек буро-зеленой гадости. Вкус концентрата превзошел все ее самые худшие ожидания. На всякий случай она сделала еще одну попытку, предварительно высыпав в тарелку крошки орехов, оставшихся от вчерашней трапезы Пу И.
Лучше от этого не стало. Лола поняла, что не сможет съесть эту бурду ни при каких обстоятельствах и ни за какие коврижки. Даже под страхом смертной казни. Даже после недельного голодания. Даже если ей пообещают, что этот гадостный концентрат благотворно скажется на ее талии.
— Я сделала все, что могла! — проговорила Лола. Оглянувшись на дверь, она бросилась в ванную комнату и с отвращением выбросила «концентрат здоровья» в унитаз.
Лола спустила воду, но чертова смесь немедленно всплыла на поверхность. От воды она чуть не вдвое разбухла и выглядела еще омерзительнее.
— И они хотели, чтобы я это съела? — задала Лола сама себе риторический вопрос. Она отмотала полрулона туалетной бумаги, бросила ее поверх разбухшей дряни и снова спустила воду. На третий раз следы ее преступления благополучно исчезли в канализации.
Лола облегченно вздохнула, вернулась в комнату и решила выпить кофе, чтобы вознаградить себя за перенесенные страдания.
Однако кофе тоже не оправдал ее надежд: вместо ароматного бодрящего напитка в чашке оказался жалкий ячменный суррогат.
Лола сделала пару глотков и отставила чашку, решив, что может для разнообразия обойтись без завтрака.
Через несколько минут вернулась Лика, увидела пустую тарелку и удовлетворенно проговорила:
— Ну видите, вы все съели! Я же говорила, что это довольно вкусно!
— М-да… — неопределенно промычала Лола. — А настоящий кофе у вас не подают?
— Настоящий? — переспросила Лика. — Этот ужасный напиток с кофеином и прочими вредоносными веществами?
— Да, да! — мечтательно воскликнула Лола. — С кофеином, с сахаром, со сливками и тертым шоколадом! Причем шоколад должен быть насыпан в форме сердечка! Или в крайнем случае звездочкой!