Наталья Александрова – Пантера в гипсе (страница 18)
К счастью, датчик был устаревшего образца, соединенный с проводом. Такие Леня встречал не раз в своей практике и умел с ними ловко управляться.
Устроившись поудобнее на выступе стены под окном, он достал из кармана стеклорез, обрывок веревки и тюбик сильного синтетического клея. Капнув клей на стекло прямо напротив датчика, он приклеил к нему один конец веревки, второй же конец закрепил на стене над окном. После этого осторожно вырезал кусок стекла вместе с датчиком. Вырезанный кусок держался на весу, надежно приклеенный к веревке, и тем самым не нарушился контакт датчика. Остальную часть стекла Леня выбил локтем и проскользнул в окно.
Он оказался на лестничной площадке. Пологая винтовая лестница плавно огибала изнутри стены башни. Внизу Маркиз увидел большое пустое помещение, видимо, просторный гараж, в котором хозяин держал свою машину.
Наверху лестница упиралась в дверь.
Леня отряхнулся от пыли и кирпичной крошки и решительно двинулся наверх.
Дверь, как ни странно, была самая обычная, более того, замок был такой, про какие говорят, что они — только от честных людей, так что открыть его Леня смог меньше чем за минуту.
Это вызвало у него некоторые подозрения: он не любил, когда что-то получается слишком легко, подозревая в таком случае какой-то подвох, ловушку.
Однако, как бы то ни было, он открыл дверь и вошел.
Он оказался в темном коридорчике, где пахло пылью, затхлостью, старым деревом и еще чем-то неуловимо знакомым.
Леня никак не мог вспомнить, что это за запах, хотя он наверняка был как-то связан с его цирковым прошлым.
И еще этот запах вызывал у него смутную тревогу, ожидание опасности…
Однако он взял себя в руки и шагнул вперед.
Перед ним была единственная дверь, и она вообще не была заперта.
Леня тихонько приоткрыл дверь и сделал осторожный шаг внутрь. Ничего не случилось. Не завыла сигнализация, не включился яркий свет, не заорал с потолка голос, призывая бросить оружие, положить руки на голову и повернуться лицом к стене. Леня постоял немного на пороге, потом прикрыл за собой дверь и включил фонарик.
Он оказался в кабинете — высокие книжные шкафы по стенам, кожаные переплеты старинных книг, бронзовый торшер, большой антикварный стол черного дерева с инкрустацией. Ступая бесшумно по дорогому ковру с длинным ворсом, Маркиз приблизился к столу. Следовало бы поискать сейф, однако у такого осторожного человека, как нынешний заказчик, вряд ли сейф открывается чересчур просто, так что Леня только потеряет время. А вот в столе, возможно, найдется кое-что интересное.
Ящики оказались не заперты — все, кроме одного, самого нижнего. Маркиз наскоро проглядел их содержимое — ничего интересного на первый взгляд, квитанции, рецепты, старые открытки. Он достал свою знаменитую отмычку и отважился включить настольную лампу на тяжелой бронзовой подставке. А когда включал ее, то случайно задел бронзовый старинный колокольчик, что стоял на столе, надо думать, для красоты. Колокольчик глухо звякнул, Леня тут же прижал бронзовый язычок, но было уже поздно.
В глубине комнаты открылась маленькая дверца и вошел огромный угольно-черный зверь. Ступая бесшумно, причем ковер был вовсе ни при чем, зверь подошел ближе. Глаза горели зеленым огнем, шерсть лоснилась и блестела.
В первый момент Леня не поверил своим глазам, потом подумал, что заболел и ему мерещится его собственный кот Аскольд, сильно потолстевший в ночных кошмарах. Однако Аскольд был раз в десять меньше.
И тогда Леня понял, что за запах почувствовал он в коридоре.
Этот запах… не зря он напомнил ему славное цирковое прошлое: так пахло возле клеток с крупными хищниками семейства кошачьих.
А также понял, что его новый заказчик может не слишком заботиться о хороших замках и надежных дверях, потому что у него есть сторож, который стоит всех замков в мире.
Перед ним был огромный леопард, точнее — черная пантера, один из самых опасных и непредсказуемых хищников.
Пантера подняла голову и шумно втянула воздух ноздрями — совсем как Аскольд принюхивается к соблазнительным запахам, доносящимся из кухни. Очевидно, пантере чужой запах не понравился, она разочарованно мурлыкнула и чуть повела кончиком длинного хвоста. Потом отвернулась на секунду, и за это время, сам того не сознавая, Леня успел вспрыгнуть на письменный стол.
Пантере не понравилось резкое движение, она нахмурилась, прижала уши и поглядела на Леню очень пристально. Кончик хвоста мелко-мелко задрожал, как у кота, собирающегося славно поохотиться на мышь. Маркиз тут же осознал себя этой несчастной, обреченной мышью, ему стало очень нехорошо. Однако жизнь приучила его ко всевозможным неожиданностям, а работа в цирке оставила после себя ценную привычку не терять голову ни в какой ситуации, даже когда ясно, что дело твое — полный швах.
Маркиз поглядел на дверь — чересчур далеко. Даже если он умел бы летать, зверюга запросто перехватит его в полете. Стало быть, нужно выбирать другую тактику.
Даже на неопытный взгляд было видно, что пантера дрессированная. Она ведет себя как домашняя кошка — ходит где вздумается и наверняка понимает человеческую речь.
Усевшись на столе по-турецки, Леня начал мирные переговоры.
— Добрый вечер, — сказал он, мило улыбнувшись, — какая приятная стоит погода! Так и веет весной!
Пантера мигнула зелеными глазами. Леня решил считать это поощрением и продолжал:
— Ваше появление для меня было несколько неожиданным, но поверьте, я очень рад познакомиться с вами!
Пантера переступила лапами и махнула хвостом.
Маркиз задумался, какая тема может подойти для разговора с пантерой — про погоду они уже поговорили, политика не подходит, потому что вызывает нездоровые волнения, кроме того, он не знает политических пристрастий своей собеседницы. Точно так же не стоило заводить разговоры о телевидении.
Пантера сидела очень близко к столу, и Леня разглядел ее ошейник.
На мягкую тисненую кожу была нашита медная пластинка с именем зверя.
— Эсмеральда! — прочитал Леня. — Какое у вас красивое имя, мадам! Или вы мадемуазель?
Услышав свое имя, пантера слегка прищурилась и кокетливо наклонила голову к одному плечу.
— Скажите, а вы никогда не работали в цирке? — развивал Леня достигнутый успех. — Мы не могли с вами там встречаться? Впрочем, что я говорю! Вы для этого слишком юны!
Какая женщина не примет благосклонно такой комплимент? Пантера была особой женского пола, к тому же ее хозяин, старик, несомненно, приучил ее к долгим вечерним беседам у камина. Поэтому она поняла Ленины витиеватые речи и присела на ковре, аккуратно обернув лапы хвостом — совсем как Аскольд перед Лолой, когда она собирается делать мясную запеканку. Аскольд очень уважал себя и никогда не опускался до вульгарного попрошайничества. Взять что-то самому, то есть спереть со стола ради спортивного интереса, это он мог себе позволить. Но просить он считал ниже своего достоинства. Обычно он садился посреди кухни с царственным видом и ждал. Ждать ему приходилось недолго — всего несколько минут, и то Лола всячески извинялась, что не вспомнила о коте сразу.
Леня выругал себя за то, что отвлекся воспоминаниями. Если не сосредоточиться на пантере, он может вообще больше не встретиться со своим котом!
Очевидно, пантера умела не только понимать человеческую речь, но и читать мысли. То, что она прочла в Лениной душе, ей явно не понравилось. Она решительно подошла к письменному столу, на котором устроился Леня, и положила передние лапы на столешницу. Потом повернула голову и подняла верхнюю губу, показав крупный, чуть желтоватый клык. Леня сделал над собой усилие и чарующе улыбнулся.
— Нет, Эсмеральда, определенно мы с вами где-то встречались! Мне так знакомо ваше лицо! Вы в Ярославле никогда не были?
Пантера убрала лапы со стола и задумчиво опустила голову. Леня перевел дух.
— Впрочем, что это я, какой Ярославль? Конечно, это был Ростов-на-Дону! Что? Тоже нет? Ну, простите, простите меня великодушно! — Маркиз прижал руки к сердцу. — Как я мог так ошибиться! Разумеется, мы должны были встречаться в Париже! Ах, Париж! Как этот город прекрасен ранней весной! Солнце, голуби, цветущие японские вишни… Весь город в благоухающем розовом облаке! А эти уличные кафе, а эта разноязыкая толпа, а эти магазины!
Беспрерывно меля языком, Леня незаметно осматривался. И понял, что к двери он никак не успеет добежать. Но можно было попробовать допрыгнуть до той маленькой дверцы, откуда появилась пантера. Дверь свободно ходит туда-сюда, а если Леня встанет на четвереньки, то обязательно в нее пролезет. В крайнем случае можно проползти по-пластунски. За разговором Леня незаметно передвинулся по столу вправо. Пантера уловила его движение и подвинулась влево, чтобы быть с ним вровень.
Маркиз отважился поглядеть ей в глаза и увидел в них самую настоящую грусть.
— Что? — всполошился он. — Вы никогда не были в Париже? Ваш хозяин не возил вас туда?
Пантера грустно мигнула, и в это время Леня успел передвинуться по столу еще вправо.
Пантера тоже передвинулась, но как-то машинально, без настоящего азарта, потому что была сильно опечалена. Ей хотелось в Париж. И вообще посмотреть мир, а не сидеть тут в темноте в четырех стенах, когда жизнь проходит мимо нее с шелестом и благоуханием, как ветвь, полная цветов и листьев.