Натализа Кофф – Моя. По закону мести (страница 3)
Зацепила она его просто. Просто чем-то зацепила, еще когда в первую встречу тряслась от страха перед ним, но не отворачивалась. А ведь не каждый даже взрослый мужик способен выдержать взгляд Ирбиса. Вон, папаша ее не смог. Ни разу на их «стрелках».
Горечь разлилась по небу. Если к утру парни не найдут суку, Гоша лично пойдет искать. А пока что подержит Дуню у себя.
Дверь хибары, в которой находилась Короткова, парни вынесли оперативно и аккуратно.
Макс шел первым, по пути вырубил двух щеглов. Следом Ирбис. Остановился в центре узкого коридора, смерил тяжелым взглядом валявшихся на полу укурков.
– Чо за беспредел, мужики?! – гнусаво промычал парнишка наименее пострадавший от опытного кулака Макса Воронкова.
– Под кем ходят? – коротко спросил Ирбис.
– Шестерки Югры, Георгий Матвеевич, – отчитался Макс.
– Понятно, – задумчиво проговорил Гоша, а у самого зверь бесился за грудиной, так и хотелось пустить его с поводка. Но понимал, повторные разборки с Югровичем сейчас никому не нужны. – Девушка где?
– Да мы… мы не хотели… получилось так, – оправдывался утырок.
Под тяжелым взглядом Ирбиса отморозок стих, отполз на пару метров и рывком отбросил замызганный ковер с пола. Под ним обнаружился люк.
– Долбаны! – нетерпеливо ругнулся Воронков и пнул щегла так, что тот взвыл в голос.
А Гоша пытался отогнать мысли о том, что именно могли сделать два неслабых мужика со беззащитной девушкой за двадцать минут. Ирбис знал одно, если Дуня пострадала – до утра ни шестерки эти, ни сам Югра не доживут. Лично прикончит.
Тусклый свет лампы выхватил только пустоту. Гоша прыгнул вниз, игнорируя хлипкую лестницу, и выпрямился, пытаясь хоть что-то рассмотреть в той части погреба, куда не попадал свет.
И вдруг прямо в затылок прилетел удар. Должно быть, Гоша оглох от звона в ушах. Давненько его так не вырубало.
Пошатнувшись и морщась от дикого гула в ушах, Ирбис схватился рукой за какой-то стеллаж и благополучно стек на пол.
– Твою же мамочку! – раздался приятный, мелодичный, испуганный и знакомый девичий голос.
Ирбис очухался, когда в погреб спрыгнул Макс. Еще и Тахиров нарисовался. Ругался матом откуда-то сверху. Гоша скривился от резких звуков.
– Я что… я его убила? – испуганным голосом шептала Дуня.
– Млять! – шипел Воронков. – Лопату отдай…те!
Ирбис медленно сел, держась за звенящую голову. Взглянул на девчонку исподлобья. Взор наливался красным маревом. Какого хрена вообще происходит?!
– Я не хотела! Вернее, хотела, но не вас! – уже громче тараторила Короткова, но по прежнему крепко, до побелевших костяшек, держалась за черенок лопаты.
Ирбис рывком поднялся на ноги, игнорируя головокружение.
– Георгий Матвеевич, врача бы? Не? – пробухтел Воронков, отобрал орудие у Дуни. Чуял свой косяк, потому что в непосредственные обязанности начбеза входила охрана Ирбиса. А тут важного подопечного по затылку лопатой приложили. Еще и в его же, Макса, присутствии.
– Не мельтеши! – рявкнул Ирбис, а Макс притих и торопливо поднялся по лестнице наверх, в комнату, откуда маячил Тамерлан.
– Простите! – испуганно прошептала Дуня, когда Георгий навис над ней, подойдя почти вплотную. Да и развернуться здесь, в погребе, было особо негде.
– Разберемся, – рявкнул Гоша, морщась от того, что голова начала раскалываться. И как девке удалось попасть аккурат по старым ранам? Не ясно. Но приложила она его знатно. Так, что если еще полчаса назад Георгий рассчитывал цивилизованно пообщаться с Коротковой, пояснить ситуацию, высказать претензии, договориться мирным путем, то теперь общаться с бешенной девчонкой Ирбис не хотел.
– Мне правда очень жаль! Я думала, это похитители, – оправдывалась Короткова. – Они что-то говорили про выкуп.
– Все верно, Евдокия Андреевна, – оскалился Ирбис. – Выкуп буду требовать в полном объеме.
– Но… У меня нет таких денег! – возразила Дуня.
– А кто говорит про бабки, – усмехался Георгий Матвеевич, а темный взгляд вспыхнул опасным огнем, – Деньги мне без надобности. Мне нужна ты.
– Что вы…? Это шутка? Или последствия травмы? – тараторила Дуня, а потом пронзительно заверещала, когда Ирбис схватил ее и закинул на плечо.
Из погреба Георгий Матвеевич выбирался злым. Настолько, что даже Тахиров, с которым они знакомы были с самого детства, предпочел не вмешиваться. Только придержал дверь калитки, пропуская Ирбиса и его ношу, и распорядился подогнать тачку максимально близко.
Дуня пыталась не дрожать. За последний час ее дважды похитили. Дважды!
И если в первый раз на испуг у нее толком не было времени, да и похитители не вызывали такого ужаса, а вся ситуация воспринималась скорее, как фарс.
То сейчас, сидя в салоне автомобиля Ирбиса, Дуня понимала, что без последствий выбраться не получится.
Не верилось до сих пор, что она ударила Георгия Ирбиса лопатой.
Лопатой!
Девушка сцепила руки в замок, чтобы унять дрожь. Каждой клеточкой тела, Короткова ощущала негодование и злость мужчины. И боялась даже дышать.
Георгия Матвеевича Ирбиса девушка встретила две недели назад. Именно тогда город гремел невероятными событиями. Никто лишний раз не выходил ночью на улицу, а дворы патрулировали доблестные органы правопорядка.
Говорили разное. Кто-то считал, что лютуют криминальные авторитеты. Кто-то склонялся к тому, что управление города делит между собой власть. Дуня предпочитала не вникать в криминальные подробности всех событий. Ей хватило неожиданно всплывших подробностей о собственном отце. В криминальных новостях вышел целый выпуск, посвященный Короткову А.А. Репортеры в картинках и подробностях описали всю подпольную деятельность криминального авторитета. И теперь, как сообщали анонимные источники, бизнесмен подался в бега.
Андрей Коротков никогда не был образцовым родителем. Скорее, он вообще не был родителем. А Дуню вырастила мама. Изредка отец все же присылал какие-то деньги, но мать никогда их не тратила. Убирала подальше со словами, что кровавые деньги их семье не нужны.
И только теперь, когда Дуня столкнулась с Георгиев Матвеевичем, то поняла истинный смысл слов мамы.
Ирбис оказался первым воротилой, которого Дуня увидела вживую. Не по телевизору, или в кино. А вот так, на расстоянии двух метров.
Первая встреча с Ирбисом была короткой. Мужчина молчал. Говорил его помощник, привлекательный молодой мужчина по имени Тамерлан. Он улыбался, вежливо уточнял, нет ли у Дуни каналов, по которым можно было бы связаться с ее отцом.
У Дуни не было ни каналов, ни желания их искать. Ей хватило потрепанной фотографии, на которой был изображен Андрей Коротков. На этом все.
После первого визита Ирбиса и его людей, Евдокия поняла, что за ней следят, сопровождают повсюду. С работы, домой, и даже в театр, куда девушка ходила по пятницам, потому что подруга Анна, начинающая артистка, подарила ей абонемент.
Вот и сегодня Дуня, сидя в кресле и глядя в зал, чувствовала, как затылок режет острый взгляд.
Короткова не хотела оборачиваться и высматривать владельца этого взгляда. Интуитивно чувствовала, кому именно он принадлежит. Ведь его ни с кем не спутать. И боялась убедиться в этом. Предпочитала считать, что всему виной нервы и живое воображение.
А теперь, сидя непозволительно близко с опасным и пугавшим ее до сердечного приступа мужчиной, Дуня захлебывалась от той силы, с которой он морально давил на нее.
Боже, зачем только она взяла лопату?! Но было поздно анализировать поступки. Теперь нужно как-то выбираться из той ловушки, в которой оказалась Дуня.
Машина остановилась перед массивными воротами. Охрана, вооруженная автоматами, пропустила автомобиль Ирбиса. Дуня плотнее вжалась спиной в сиденье.
Все. Теперь придется выйти на улицу. А Дуня не хотела. Совсем!
– Отпустите меня, пожалуйста, – негромко произнесла Короткова. – Мне честно очень жаль! Я не специально.
– Молчать! – шикнул Ирбис и рывком, не дождавшись, пока охранник придержит для него дверь, выскочил из салона автомобиля.
Дуню силком вытащили следом. Здоровенный амбал, совсем не ласково и нежно, схватил ее за локоть и вел следом за Ирбисом.
И вдруг мужчина бросил короткий взор назад. Застыл, будто налетел на стену.
Его дикий, безумный взор задержался на ладони охранника. Дуня кривилась от боли, но молчала. Амбал сжимал пальцы так сильно, что наутро появятся синяки. Дуня это знала наверняка.
– Руки, млять! – рыкнул Ирбис, а Дуня вздрогнула.
Амбал тут же отдернул руку от девушки, пробормотав слова извинения, исчез, оставив девушку наедине с шефом.
Короткова не уловила молниеносного выпада со стороны Ирбиса. Огромный бугай, а передвигался почти неслышно.
Дуня, негромко вскрикнув, закрыла лицо ладонями. Наверное, ждала, что ей прилетит мощный удар от хозяина особняка, куда ее притащили без согласия.
Но ничего не происходило. Выдохнув, Дуня осторожно убрала ладони от лица.
Зря.
Ирбис нависал над ней всей массой своего огромного тела. Дуне казалось, что она нереально крошечная в сравнении с этим мужчиной. Но больше всего пугали не габариты Георгия Матвеевича, а его взгляд.