Натализа Кофф – Курьер на полставки (страница 36)
Расплатившись, Михаил вышел из машины и, прихватив сумку, похромал в сторону остановки общественного транспорта.
Людей становилось все больше, кто-то бросал машины посреди дороги, не найдя свободного места для парковки.
И вдруг Михаил взглядом выдернул знакомую фигурку.
Неестественно прямая спина. Всегда идеально уложенные волосы сейчас разметались по плечам. Привычный строгий костюм исчез, его место заняли бесформенная рубашка в крупную клетку и широкие брюки в узор из ромашек. Михаил не удивился бы, если бы и на ногах Ксюши красовались домашние тапочки, вместо элегантной обуви на каблуках.
Девушка выглядела нелепо и вместе с тем, мило. Настолько мило, что Тролинский не смог сдержать улыбки.
Припадая на больную ногу, Михаил торопливо приблизился к Оксане, рассекая высокой фигурой человеческий поток. Толпа двигалась в сторону входа в аэропорт, и Михе удалось схватить девушку за плечо прежде, чем эта волна подхватит их и понесет по течению.
Благодаря высокому росту и крупному телосложению, Михаил прекрасно ориентировался и видел, что толпа вот-вот втащит их в помещение. И поэтому, прижав девушку к себе, Михаил двинулся в противоположную сторону.
Он видел, как Оксана поднимает голову, как в ее совершенно диком взгляде появляется надежда, удивление, радость и паника. Мужчина понимал: что-то случилось. Но среди гула и криков толпы было невозможно ничего понять и разобрать. Мужчина просто прижал девушку к себе, словно говоря, что скоро они со всем разберутся.
Оксана даже не пыталась отстраниться, наоборот - она руками обхватила мужчину за пояс, а щекой прижалась к идеально выглаженной рубашке. И ей казалось, что она никогда не сможет разомкнуть своих рук.
Михаилу удалось увести их от толпы. Молодые люди оказались на автомобильной стоянке. А поскольку движение вокруг аэропорта было парализовано из-за дорожных ремонтных работ, то единственной машиной, способной без помех выбраться из затора, оказался лимузин, припаркованный рядом с воротами, на самом въезде. Повезло, что этот лимузин не был стометровым монстром и мог весьма оперативно выехать с парковки. Но для этого Тролинскому пришлось арендовать автомобиль. Миха с тихим смехом пробормотал, что в последний раз ездил на таком совсем недавно, на свадьбе Адмиралова. А Оксана расплакалась.
И как бы ни уговаривал Миша девушку успокоиться, она лишь сильнее плакала.
Мужчине пришлось ждать окончания потока слез. И поэтому он сидел, обнимая Оксану, перебирая ее спутанные волосы, и улыбался. Да, именно здесь ему и хотелось быть. Пусть девчонка и рыдает по непонятным причинам. Но зато она крепко держится за его рубашку, и возможно, даже не понимает, насколько крепко.
Как только лимузин влился в транспортный поток, ведущий в город, Михаил назвал адрес своей квартиры. Оксана не возражала. Слезы все лились из ее глаз нескончаемым потоком.
Оксана Васильевна все еще молчала, когда они поднимались в лифте на нужный этаж. Девушка крепко держалась онемевшими пальцами за мужскую рубашку и не собиралась отстраняться от Тролинского. Она до сих пор находилась, точно в тумане, не веря своим глазам. Не веря, что с Михаилом все в порядке.
Поздней ночью Оксана получила сообщение от Маши. Подруга вкратце рассказала о последних новостях и упомянула, что Михаил Александрович ближайшим рейсом собирается лететь домой. Оксана тут же принялась выяснять время прилета ближайшего рейса, но никакой информации не смогла отыскать. Девушке казалось, что с Тролинским непременно что-то случилось. Что-то страшное, ужасное и безвозвратное.
Разумеется, Оксана тут же помчалась в аэропорт, мысленно рисуя самые жуткие картины. Все ее тело настолько сковали страх и паника, что она не могла говорить, думать, а теперь и двигалась с трудом. Все, что она могла - держаться за Мишу и не отпускать его ни на секунду.
А Михаил Александрович совершенно не возражал. Он уже открыл дверь своей холостяцкой квартиры, включил свет, бросил на пол дорожную сумку. Его трость была безвозвратно утеряна в человеческой толпе. И мужчина даже не думал ни о ней, ни о своей хромоте.
Неяркий свет падал на лицо девушки, а мужчина смотрел на покрасневшие от слез глаза, на слипшиеся ресницы, на едва заметно припухший носик, и видел самую милую и красивую девушку в своей жизни. Ему казалось, у него теперь есть все, о чем можно мечтать. И даже больше.
- Успокоилась? - вкрадчиво поинтересовался Тролинский.
Оксана шумно выдохнула и закивала. Миша обхватил ее лицо ладонями, заглянул в глаза.
- Так что стряслось? - уголки рта Михаила взметнулись вверх в мягкой улыбке.
Оксана хотела бы рассказать, поделиться своими страхами, чтобы стальные щупальца ужаса отпустили ее тело на свободу. Но не могла. Она лишь затрясла головой.
- Коньяк? - тихо предложил Михаил.
Оксана мотнула головой в отрицании, потом согласно кивнула, потом вновь затрясла головой.
Миша мягко рассмеялся. Кажется, он не испытывал такой легкости и свободы сто лет, а, возможно, и больше.
Тролинский усадил девушку на диван, а сам сбросил пиджак, ослабил галстук и замер напротив небольшого бара, размышляя, чем же угостить Оксану Васильевну.
Остановив выбор на дорогом коньяке, который приберег для особого случая, Миха прихватил два бокала и вернулся к девушке.
Она сидела, поджав ноги и обхватив свои колени руками. Ксюша была похожа на испуганного котенка. Ее широко распахнутые глаза следили за каждым движением мужчины, жадно и пристально. А Михе казалось, что если он притронется к девушке, то она вновь разрыдается. Вот Тролинский и сел напротив, а хотел бы вновь обнять ее и прижать к себе.
Придвинув бокал, наполненный крепким напитком, ближе к девушке, Миха пристально следил за тем, как она нерешительно берет хрупкое стекло в ладони. Сомневается, глядя на янтарную жидкость, а потом ставит бокал обратно.
Михаил Александрович вздохнул. Ночью все было иначе. Ночью все по-другому. И если днем он бы еще подумал о том, как же вести себя с этой женщиной-девушкой, то сейчас намерен был брать крепость штурмом.
Тролинский встал, шагнул ближе, присел на диван рядом с девушкой.
- Ксюша, - пробормотал Михаил.
Но Оксана Васильевна затрясла головой, а потом окончательно дезориентировала Тролинского тем, что торопливо перебралась на его колени, прижалась щекой к рубашке, обняла мужчину за талию и судорожно выдохнула.
Он все еще держал свой бокал в руке. И Оксана, осмелев, сделала небольшой глоток. А потом закашлялась, когда горло опалила огненная жидкость.
- Чудо ты мое, - ласково рассмеялся Михаил, убирая бокал на стол и обнимая девушку за плечи.
- На первом курсе нам читал лекции преподаватель. Его все боялись. А мой мозг отказывался думать, когда я слышала его голос. У меня был жених, которого выбрали и одобрили родители. Но я не любила его. Не хотела быть с ним. А потом я устроилась на работу к Адмиралову. Я честно не знала, что этот преподаватель работает там же. К тому же, он был женат, - Оксана говорила, прячась на мужской груди от пронзительного и понимающего взгляда. - С Игорем мы договорились, что наши отношения не имеют будущего. Но мои родители не поняли меня. Они считали, что мое увлечение женатым мужчиной - выдумка. И мне не стоит вмешиваться в его жизнь, в его брак.
- Его брак начал трещать по швам ровно через год со дня свадьбы, - хмыкнул Михаил, -Как раз с того момента, когда некая юная особа устроилась на должность секретаря Адмиралова.
Оксана отстранилась, ее прекрасные, но заплаканные глаза смотрели с недоверием.
- Столько времени, Миш, - прошептала Оксана.
- Наверстаем! - уверенно заявил Тролинский, а потом пробормотал тише: - Хорошо, что с нами случилась Выдренко. Пришла, посеяла хаос, и все как-то само собой получилось.
- Хочешь сказать: «навела порядок»? - тихонько рассмеялась Оксана Васильевна.
- Хочу сказать, что я всерьез задумываюсь над причинами, по которым тебе нужен старый, хромой идиот, -пробормотал Михаил Александрович, -Но вышло так, что этот идиот очень сильно не хочет тебя потерять.
- Действительно, идиот, - вздохнула Ксюша и вновь спряталась на груди Михаила. - Во-первых, ты не хромой и не старый. Во-вторых, после всего, что случилось, я не собираюсь выпускать тебя из вида ближайшую тысячу лет. Смирись с этим, Михаил Александрович.
- Я очень сильно постараюсь, Оксана Васильевна, - хохотнул Михаил, поглаживая девушку рукой по волосам. -Знакомая рубашка, кстати.
- В химчистке сказали, что пятно невозможно отстирать, - смутилась девушка. - Я ее оставила себе. А для тебя купила новую. К тому же, эта клетка тебе не шла.
Михаил устроился удобнее на диване, откинувшись на мягкую спинку. Оксана хотела сесть рядом, но мужчина не позволил. Крепко обнял руками, давая понять, что никуда он ее не отпустит.
- Ты права, солнышко, тебе она идет больше, - пробормотал Михаил.
Он был счастлив. Он устал. Его клонило в сон, как и девушку, выпившую капельку алкоголя, но перенесшую стресс. Об этом Михаил собирался позже поговорить. А сейчас он хотел немного вздремнуть. К тому же, и Оксана моргала медленно, а ее тело постепенно расслаблялось. Словом, Ксюша и Тролль уснули, крепко обнимая друг друга даже во сне.
Пробуждение было приятным. Мужчина лежал на спине, а девушка устроилась у него под боком. И если Оксана Васильевна все еще крепко спала, то Михаил был бодр. Признаться, все части тела Тролинского проснулись без исключения, а некоторые начали доставлять ему дискомфорт.