Наталия Зябкова – Академия неформат (страница 28)
− Как ты правильно заметил, мы давно не дети! – уязвлённо возразил Гарвей. – Хорошо бы сюжет «с перчинкой» − интереснее будет играть, и зрители останутся довольны.
Тут Жаклин осенило: ещё на третьем курсе академии разбитная подруга Аннет дала ей почитать роман о любви принца и простой девушки Франзины: пьеса по этому роману удовлетворила бы и мужскую аудиторию и женскую! В ней довольно романтики и так желаемой Гарвеем «перчинки», можно добавить в действие веселой кутерьмы, а конец… да попросту переделать! Это же обыкновенная университетская постановка, а не историческая реконструкция или спектакль на театральных подмостках.
− Я предлагаю поставить «Историю Великосветской Франзины» Орландо Вильереаль – её в общих чертах знают все.
− Но ведь в конце король осудил бывшую возлюбленную – её бросили за решетку, и должны были повесить, однако она умерла, не дожив до казни. Наверно король сжалился над бывшей возлюбленной и приказал дать ей яд, − заметила Рози. – Трудно эту историю назвать комедией.
− Хорошая мысль! – Патрик поднялся со сценического возвышения. – История Великосветской Франзины прекрасно подойдёт к карнавалу. Есть переработанная версия романа Вильереаля – она малоизвестна, но намного позитивнее и гораздо более сказочная. Можно поискать в библиотеке – наверняка, найдётся.
− Ты увлекаешься дамскими романами? – немедленно подпустил шпильку Гарвей.
− Это любимая мамина история. Она предпочитает её общеизвестной версии, − спокойно ответил Шульман.
− История девушки из низов, ставшей по воле судьбы куртизанкой, а потом, благодаря любви короля возвысившейся и вставшей позади трона? Будет интересно! – подхватила Рози Валенсо. У Пренеля как раз так и прописано, только надо будет разбить историю на роли, реплики и сцены… Я возьмусь!
Жаклин по-новому взглянула на эту несуразную студентку, так стремящуюся выделиться и… безоглядно влюблённую в Шалена.
− Вы успеете? – забеспокоилась она. – Это большая работа! Чтобы только на учёбе не сказалось. Может, кого в помощь дать? Джейд?
− Да, помогу, конечно! – серьёзно ответил Шален. От Жаклин не ускользнуло, что Рози медленно моргнула и едва заметно ей кивнула.
− Если никто не возражает, тогда будем ставить это произведение.
Девушка оглядела студентов: некоторые из них стояли с недовольным выражением на лицах, но молчали.
− Тогда решено! – заключила она. – Итак: Рози и Джейд напишут сценарий – двух недель вам хватит? Остальные, кто хочет участвовать в постановке, прочтут роман…
− «Франзина» Витторо Пренеля, − подсказал Шульман.
− Да! За остальные полтора месяца до карнавала, мы должны успеть распределить роли, выучить их, поставить сам спектакль… Декорации, думаю, можно сделать, пока готовится спектакль, а костюмы будем заказывать ближе к премьере. У нас много работы!
− Кстати, − заметил Шален, − проигрывать сцены и учить реплики можно, пока будем писать пьесу – прямо «на лету»! Быстрее получится, а нам с Рози можно будет больше времени взять на написание, чтобы не перенапрягаться.
− Отличная мысль, − похвалила Жаклин. – Тогда на сегодня всё.
Она вышла первой, и припустила со всех ног в библиотеку, чтобы не столкнуться с Шульманом. Отвлекающее чтиво на несколько вечеров было обеспечено.
***
У себя, ещё раз пройдясь по учебному плану для пятого курса, Жаклин наконец решила расслабиться. Завтра её ждали две лекции – зелья с пятым курсом и материалы – с первым. Девушка поймала себя на мысли, что преподавание дается ей уже намного спокойнее. Если бы не этот случай с Шульманом… Она вздохнула, взяла принесенный из библиотеки роман и уселась в кресло, под лампу.
Жаклин успела подзабыть «Историю Великосветской Франзины», показавшуюся тогда очень сухо изложенной, изобилующей разными политическими деталями, и представлявшей саму Франзину распущенной стервозной особой.
− О чём я думала, беря к постановке историю куртизанки? – пробормотала она, и со вздохом открыла книгу…
Глаза слипались, Жаклин зевнула и, наконец оторвалась от чтения, перелистывая последнюю страницу. Стрелки на часах показывали без пяти час – она не поверила своим глазам! Не удивительно, что мать Патрика так любила этот роман! Полный нежных чувств, неожиданных поворотов и юмористических моментов, связанных в основном со слугами… Да, из него может получиться великолепный спектакль.
Девушка не хотела себе признаваться, что каждый раз, читая об объятиях и поцелуях, она видела перед собой лицо Патрика, ощущала прикосновение его рук, вспоминала слова, обращённые только к ней… Достаточно! Если всё время думать о нём, легче не станет!
Она решила смыть воспоминания горячим душем, прежде чем лечь в постель. Связав волосы в высокий пучок, Жаклин подставила лицо под теплые, постепенно набиравшие температуру струи. Послевкусие от романа было щемящим и приятным – Франзина осталась с королём – он выделил ей маленькое поместье неподалёку от дворца и приезжал так часто, как мог. После смерти королевы, он забрал возлюбленную к себе: чтобы не привлекать к себе внимания, она давно перестала делать экзотический макияж и рядиться в яркие платья. Влюблённые прожили вместе до самой старости и умерли почти одновременно.
Вспоминая отношения отца с матерью, Жаклин задумалась – бывает ли на самом деле такая любовь? Ни одна из знакомых ей пар не сохранила трепетного отношения друг к другу. Тётя вспоминала мужа с уважением, но не слишком горевала после его смерти.
Отец постоянно попрекал мать, что бы она ни делала − та обижалась, но продолжала терпеть…
− Не хочу терпеть! – прошептала Жаклин, обращаясь к самой себе. – Не хочу зависеть или постоянно ощущать разницу в положении! Лучше уж остаться одной, чем из года в год чувствовать, как угасает любовь, сменяясь глухим раздражением, постепенно перерастая в ненависть.
Она напоследок ещё раз плеснула водой в лицо и выключила душ.
Непривычная к поздним бдениям, она, конечно, проспала. Выбрав одно из похожих синих форменных платьев в шкафу, наскоро причесалась и уложила волосы при помощи магии, в который раз вспомнив с благодарностью урок мадам Крифи. Волосы держались весь день без шпилек и средств ля укладки − это сильно экономило время, которого катастрофически не хватает по утрам.
До лекции с пятым курсом оставалось пятнадцать минут – ни о каком завтраке не могло быть и речи! А ещё нужно было дойти до кафедры, взять журналы и ключ от аудитории… Девушка поскорее закрыла дверь в свою комнату, и почти бегом направилась в сторону выхода.
Когда она, запыхавшись, вошла на кафедру, то застала там почти весь преподавательский состав. Поздоровавшись, не теряя времени, она взяла журнал пятого курса и потянулась к стенду с ключами… Крючок, на котором обычно висел ключ от аудитории зельеварения, пустовал. Жаклин посмотрела на пол – не свалился ли случайно? На идеально вымытом полу никакого ключа не оказалось и в помине.
− Кто-нибудь брал ключ от моего кабинета? – спросила девушка преподавателей, занимавшихся своими делами.
Рыжеволосый магистр Перуджи, преподававший древние языки, развёл руками, мадам Фурси покачала головой, магистр Золи так и не поднял головы от огромного исторического атласа, который скрупулёзно изучал… Бледная, очень тоненькая женщина средних лет – Валентина Морелли, преподававшая искусство дивинации и гадательные системы тоненько пролепетала: «Нет-нет! Зачем мне это могло понадобиться?»
− Вы потеряли ключ? – прорычал кто-то из-за спины. Жаклин вздрогнула и обернулась. Освальд Кранц неприязненно буравил её взглядом блестящих, похожих на двух жуков глаз.
− Ничего я не теряла! – возмутилась девушка. – Вчера, как обычно, повесила ключ на место. Сегодня его здесь нет!
− Мадам Крифи! – позвал заместитель ректора. К удивлению Жаклин, супруга смотрителя немедленно вышла из-за спины Кранца, словно дожидалась, когда её позовут.
− Я как раз проходила мимо, − улыбнулась женщина, заметив реакцию на своё появление. – Что тут случилось?
− Потерялся ключ от аудитории зельеварения. Необходимо выдать магистру Тризо дубликат, на время, пока не найдётся прежний, или не будет изготовлен новый ключ.
− Да, конечно! – мадам Крифи вытащила из кармана передника большущую связку ключей, каким-то непостижимым образом отыскала нужный и протянула его Жаклин. – Если найдется ваш – вернёте! – напутствовала она. – А я пока закажу дубликат. Странно, это уже второй утерянный ключ с начала учебного года! За время, пока я служу в нашем университете, такого не случалось.
− А от какой аудитории ещё потерялся ключ? – спросила Жаклин.
− От кабинета магистра Кранца, − не задумываясь ответила мадам Крифи. Поймав взгляд заместителя ректора, женщина сделала большие глаза и вышла из кабинета, больше не говоря ни слова.
− Мне пора – первая лекция у пятого курса, − проговорила Жаклин, попытавшись ретироваться, но прямо в дверях столкнулась с запыхавшимся первокурсником… как же его звать? Марвин Шинн?
− Магистр Тризо! – совсем мальчишка, лет семнадцати. Он тяжело дышал, видимо, пришлось долго бежать. – Вас… Сьер Вайс… Приказал…
− Отдышитесь, − пожалела его девушка. Парнишка уцепился за дверь, пытаясь последовать совету.
− Ректор, сьер Вайс приказал позвать вас. Немедленно!
Жаклин съёжилась, вспомнив, что совсем забыла отчитаться ректору о встрече с Шульманом… Но ведь и рассказывать особо нечего. Не семейное же придание или…От воспоминания краска вновь бросилась в лицо.