Наталия Зябкова – Академия неформат (страница 19)
− Доброе утро! Готов подарить пятьдесят альто[1] тому, кто вызвал эту улыбку! – низкий обволакивающий голос нельзя было спутать ни с каким другим.
− Доброе утро! – девушка взглянула на Джейда Шалена поверх чашки, продолжая улыбаться.
− Всё-таки настаиваю — тёмные тени на веках добавили бы вашей улыбке загадочности.
Парень усмехнулся в ответ, а Жаклин никак не могла понять, что со вчерашнего дня изменилось в его облике.
− Прекратите меня вербовать в вашу… ваш кружок по интересам! – в тон ему ответила она.
Джейд заразительно хихикнул и заключил:
− Ну, нет так нет. Может, позже проникнитесь. На самом деле я вас искал по одному делу… Допивайте кван и входите во двор − познакомлю кое с кем. А пока, не буду мешать.
Он поднялся и вышел на улицу. Девушка вздохнула – запланированное неторопливое утро, похоже, набирало темп. Она отставила чашку, с оставшимся кваном – всё равно полностью насладиться им уже не получится.
Шален ждал её на ступенях. Рядом с ним прислонился к стене светловолосый крупный парень, виновато поднявший на Жаклин непривычно яркие глаза цвета молодой листвы. Его щеку пересекал глубокий, не до конца заживший порез.
− Здравствуйте! – произнёс он, тут же пряча глаза. Жаклин поздоровалась, а Джейд не слишком дружелюбно подтолкнул парня и произнёс:
− Ну, что Майсон, сам расскажешь, или мне это сделать?
− Простите! – широкоплечий студент съёжился, став почти в два раза меньше.
− Лицом к лицу всегда стыдно признаваться, а, Майси? − безжалостно продолжал Шален. – Этого «недомерка» зовут Майсон Слай, он с целительского.
Жаклин непонимающе уставилась на парней.
− Я… Я не хотеть, чтобы так получилься… − бормотал Слай. – Мне сказать – шутка… Я не хотеть… Я ещё плохо понимать обычай…
Он беспомощно потянулся к порезу. Девушка, кажется, начала догадываться.
− Этот олух из Нового Гампаса ещё долго будет мямлить. Дело вот в чём: уж не знаю, чем вы так задели Гарвея — он подговорил этого телка пошуршать в кустах и порычать, как он умеет, якобы попугать девушек-бытовичек с третьего курса, идущих с последней лекции. Тут появились вы, да ещё стали звать его. Майс переполошился, что его узнали − он питает прямо какую-то патологическую робость перед преподавателями. Гарвей запустил из окна тузом, который вы мастерски отправили прямиком в лицо Майсу. Тот совсем потерял контроль от боли и неожиданности, рванул через кусты… Кстати, Гарвей что-то часто стал пускать своего туза в ход. Раньше он им не разбрасывался.
− Всё-таки Гарвей, − прошептала Жаклин, но Джейд расслышал.
− Ну, Майс простоват для такой интриги – не потому, что глуп — никак в нашей стране не освоится. Какие-то они пуганые там, в Новом Гампасе.
Жаклин смотрела на виновато потупившегося громилу и не могла поверить, что это он рычал, словно дикий зверь. Человеческое горло просто не способно издавать такие звуки!
− Не верите? – ухмыльнулся Шален. – Ну-ка Майс, рыкни как следует!
Слай оглянулся на полупустую площадь, и вдруг низко по-звериному зарычал. Девушка вздрогнула – на мгновение ей показалось, что парень преобразился, уши вытянулись, заострились, длинный хвост с тёмной кисточкой на конце мотался из стороны в сторону… Хвост? Она моргнула – видение исчезло.
− А теперь? – спросил Джейд. Сидевшие у фонтана первокурсницы в страхе стали озираться.
− Простите! – снова затянул Слай.
− И вы меня тоже, − сказала Жаклин, смотря в огромные зелёные глаза. – Я всего лишь испугалась, а вы по-настоящему пострадали. Впредь не поддавайтесь на авантюры. Как же вы узнали? – спросила она Шалена. Тот хитро ухмыльнулся:
− У старост свои секреты! С нами надо дружить!
− Спасибо. Одной проблемой меньше, придётся рассказать ректору…
− Нет! – староста мигом посерьёзнел. – Тогда у Майса будут неприятности.
− Ладно, не скажу, − быстро сдалась Жаклин . Ей стало жаль Майса, которого, по сути, подставили. − Что ж, мне нужно идти.
− Гарвей глупец! – вдруг произнёс Слай, резко развернулся и направился к учебному корпусу.
− Я с ним согласен! – приподнял бровь Джейд. – До встречи!
Жаклин шла по площади в направлении парковых ворот, и тут её осенило, что же не так было в облике Шалена – с его лица исчезла татуировка.
[1] Альто − денежная единица, равная ста таво, бытующие в обращении в Ангване. Для сравнения: на десять – пятнадцать альто можно купить приличную одежду.
Глава 5
Днём парк не казался страшным: ухоженная дорожка вилась через зеленые лужайки. Ветви деревьев, окрасившиеся в разные цвета золота и багрянца, сплетались над головой причудливыми арками. За каждым поворотом ждали изумительные живописные уголки достойные кисти гениального художника. Девушка полной грудью вдыхала прозрачный воздух, согретый нежными солнечными лучами.
«Прекрасный день, видений лёгких полный,
В тягучем янтаре листвы застыла неба синь.
Вновь лето возвращает ветер тёплый…
Но не вернёт тебя, сколь я бы не просил!»
Продекламировал мужской голос из-за спины. Жаклин обернулась: её догонял преподаватель, с которым едва успела познакомиться на кафедре. Она узнала его по чёрной шляпе, широкие поля которой частично прикрывали лицо, оставляя взору лишь улыбающиеся полные губы и гладко выбритый упрямый подбородок. Магистр… как же его звать? Строгий покрой пиджака в серо-желтую «гусиную лапку» дополняли черные брюки с рубашкой того же цвета.
− Доброе утро! – он приподнял тулью указательным пальцем: на руке сверкнул массивный золотой перстень. – Магистр Жаклин Тризо.
− Здравствуйте! – Жаклин так и не смогла вспомнить, как его зовут и что он преподаёт. Мужчина заметил её замешательство.
− Арман Грюно, «теория построения заклинаний» и «основы механики» − сразу всех не упомнишь, правда? – тепло улыбнулся он. – У меня на сегодня занятия окончены, вот решил отправиться домой. В городе держу домик, но в основном живу в университете — так удобнее. В такую прекрасную погоду грешно не пройтись! Тут не так уж далеко, на самом деле – я покажу вам короткий путь.
Он поравнялся с девушкой и приноровил свой широкий шаг к её лёгкой поступи.
− Вы знали, что это время в Тербравосе называют «паутинным летом»?
Девушка покачала головой. Надежда на приятную прогулку в уединении улетучивалась с каждой минутой.
− Потому что дни в это время полны нежного тепла, тонкого, как паутина, − продолжал разглагольствовать мужчина. − В этих широтах осень – самое приятное время года, ну, весна ещё. Зимой зарядят дожди, а летом будет стоять удушливая жара.
− Вы увлекаетесь стихосложением? – без интереса спросила Жаклин.
− Заклинания и стихи – у них много общего, − расплылся в улыбке магистр Грюно. Девушка поняла, что допустила ошибку, затронув эту тему. – И те, и другие строятся по своим канонам, не допуская случайных сочетаний и слов. Стихотворные размеры, рифмы, так схожи с правилами оговора, закрепа и отпуска – ведь в заклинаниях каждый звук должен располагаться на своём месте! Стоит просто заменить один звук на другой или поменять местами – вы получите совершенно иной результат!
Жаклин искоса взглянула на мужчину – щеголеватый, очень ухоженный. От него пахло пряным, явно дорогим парфюмом. Она никак не могла понять, почему ей так неприятно его присутствие? Может, дело в навязчивости? Хотя, с другой стороны, он же просто хочет показать ей дорогу…
− А вы любите живопись? – вдруг спросил он.
− Я вела кружок рисования.
− О! В таком случае, вам будет интересно навестить местную галерею! Тсотские острова – настоящий рай для художников и людей искусства! В основном, конечно, они навещают Лекту. Вы бывали на этом острове? Там очень красиво! Самые богатые люди нашей страны держат там виллы – это, наверно, самый известный курорт!
− Нет, я там не была, но проплывала мимо на пароме…
− Когда будут каникулы, непременно загляните! Я езжу на Лекту в конце каждого семестра – многие преподаватели поступают также. С нашей работой нужно же где-то поправлять нервы! – засмеялся он.
Девушка вновь кивнула, слегка растянув губы в вежливой улыбке. Если на Лекте отдыхают исключительно богатеи, то ей туда попасть явно не грозит. Она не стала озвучивать эту мысль, опасаясь нового потока словесных излияний от неожиданного попутчика. Однако её молчание не мешало магистру Грюно заливался соловьём. Девушка старалась запомнить дорогу, шагая рядом с ним, по тропинке, протоптанной через кусты, меж двух громадных валунов, мимо высокой каменной кладки. Тропинка пересеклась с узкой дорожкой, мощёной рыжим кирпичом, а потом резко ушла вниз, завиваясь по высокому склону. Вполуха слушая попутчика, Жаклин старалась смотреть под ноги, из боязни запнуться и слететь вниз. Кажется, мужчине крутая каменистая тропка не доставляла никаких неудобств. Он спокойно шагал в своих сверкающих лаком туфлях меж хилых кустиков и валунов, рассказывая о разных известных личностях, бывавших на Тербравосе, то и дело подавая ей руку.
− Погодите, дайте перевести дух! – наконец взмолилась Жаклин. – Перед нами раскинулась такая красота, а я никак не могу на неё полюбоваться!
− О, простите! – немедленно расплылся в улыбке Грюно. – Мне так приелась эта дорога, что я почти не замечаю её. Смотрите, вот плоский камень, на нём можно посидеть, а потом пойдём дальше. Да, виды здесь прекрасны, особенно закат над морем! Однако, не советую выбираться сюда в одиночку – сейчас быстро темнеет. Я-то привычный, а вам из любви к красоте всё же рисковать не стоит.