Наталия Зябкова – Академия неформат (страница 16)

− Н-н-нет! – Жаклин слегка заикалась от пережитого. – Он… Оно…Просто стояло в кустах и рычало.

− А это, по всей видимости, известный всем червонный туз второкурсника с нашего факультета? Надо же! Я даже подумать не мог, что такое возможно – управлять чужим артефактом будто своим! Кстати, откуда он у вас?

Девушка лишь покачала головой, не в силах вымолвить ни слова.

− Идёмте! Нечего тут стоять. Кстати, об этом инциденте неплохо было бы доложить ректору!

− О чём доложить? – от жилого корпуса к ним подходил Вайс в сопровождении понурого Гарвея. – О том, что, вопреки моему запрету, студенты продолжают слоняться по улице? Я же просил всех проинформировать!

− Я как раз возвращалась из столовой… − Жаклин с ужасом поняла, что от пережитого никак не может совладать с собственным языком.

Положение, как ни странно, спас Джейд.

− Ректор, − произнёс он звонким хорошо поставленным голосом, − Похоже, магистр Тризо подверглась нападению неизвестного… Мы не смогли разобрать, человек это был или зверь.

− Оно не напало. Уж скорее, я…− попыталась вклиниться Жаклин, едва всё не испортив.

− Она использовала найденный артефакт студента…

− Гарвея, − подсказал Вайс.

− Да, студента Гарвея, − продолжал Джейд, − чтобы прогнать нападавшего. Тут подошёл я, желая проводить мадемуазель… магистра. А потом появились вы.

− Мне неясно одно, − веско произнёс ректор. – Почему туз сьера Гарвея оказался у магистра Тризо?

***

Он припечатал взглядом студента, который стойко пытался выдержать его, заносчиво задрав подбородок вверх.

− Я нашла карту на дорожке, под ногами. Возможно, Гарвей потерял её, − Жаклин и не думала выгораживать недоброжелателя, но доносить на кого-либо, особенно по одним предположениям ей было глубоко противно.

− Потерял? – недоверчиво посмотрел на неё Вайс.

− Спасибо! – Гарвей поспешно протиснулся мимо ректора, и выхватил карту из рук Жаклин. — Я думал, что лишился его навсегда.

Он положил туза в колоду к остальным и вопросительно посмотрел на ректора:

— Раз мой козырь нашёлся, я пойду?

— Можете идти, — согласился Вайс, — только не покидайте жилых помещений до наступления рассвета. У нас тут, как выяснилось, кроме неполадок с сигнализацией ещё и неизвестные существа в кустах прячутся. Если, конечно, это не очередные проделки студентов, решивших подшутить над новым преподавателем. В ситуации необходимо разобраться. Вы, Шален, тоже можете идти.

— Я хотел проводить магистра Тризо…

— Вербуете новых сторонников, теперь уже среди преподавательского состава? — ректор в упор уставился на Шалена, который ничуть не смутился.

— А что? Ей очень пойдут тёмные тени! Думаю, многие сойдут с ума от взгляда этих прекрасных глаз! — в его голосе появились особые бархатные обертоны, от которых по телу Жаклин побежали мурашки — очень неприятные, к слову.

— Сьер Шален! — ректор не повысил голос, но того и не требовалось: от его тона наверняка замёрзли все лужи в округе. — Это возмутительно! Не смейте тренировать свои способности на окружающих! Здесь вам не опытный полигон!

— Прошу прощения, — тон Джейда совершенно не говорил о раскаянии. — Больше не повторится!

— Я надеюсь! Свободны — я сам провожу магистра Тризо!

Шален с улыбкой кивнул Жаклин и, направляясь дальше, незаметно для ректора подмигнул.

— Идёмте! — раздражённо проговорил Вайс. — Что за способность у вас? Всего два дня на месте, а уже столько неприятностей! Вы что, их специально ищете?

От возмущения, Жаклин, наконец пришла в себя.

— Неприятности, сьер Вайс, начались задолго до моего прибытия! Вместо того чтобы обвинять друг друга, лучше сообща постараться их разрешить!

Выпалив это, девушка ждала бури в ответ, но её не последовало. Ректор вздохнул, задумчиво потёр рукой лицо и произнёс:

— Да, на самом деле вы правы. Я ведь искал возможность извиниться перед вами — напустился с порога, наговорил… всякого. Просто… Действительно, в университете с самого начала учебного года происходит какая-то чертовщина! Я восемь лет возглавляю его, но такого не было за всё время ни разу! Поймите правильно — на мне колоссальная ответственность, а я не могу полностью удержать ситуацию под контролем, хотя обязан!

Он согнул руку в локте и произнёс:

— Давайте пройдёмся немного — вечер в самом деле прекрасный! Заодно поговорим нормально.

— Но то чудовище в кустах… — голос девушки дрогнул.

— Я с вами, не бойтесь! Тем более, вам необходимо успокоиться, а прогулка — лучшее средство для приведения в порядок растревоженных нервов.

— А как же запрет оставаться на улице после заката?

— Так то для студентов! Мы же с вами должны контролировать его исполнение! — Жаклин не поверила собственным глазам: в желтом свете фонарей улыбка ректора выглядела совершенно по-мальчишески бесшабашной. — Берите меня под руку, не стесняйтесь. Не все аллеи освещены одинаково хорошо — ещё запнётесь случайно!

Девушка послушно уцепилась за сгиб его локтя. Они неспешно прошли по непривычно пустынной площади, обогнули фонтан и зашагали по длинной аллее вдоль жилого корпуса.

− Насчёт «любви» к вам Гарвея я уже понял, − нарушил молчание ректор. – Как вышло, что вы, не успев приступить к своим обязанностям, умудрились поссориться с одним из самых заносчивых парней в университете? Не думайте, что обманули меня неубедительной попыткой его выгородить. Зачем, кстати?

− И не думала, просто так вышло, − хорошо, что на боковой аллее освещение было не таким ярким, как на центральной площади: лицо девушки обдало жаркой волной. Вновь повисло неловкое молчание.

− Кстати, хочу вас предупредить насчёт Джейда Шалена: он не всегда контролирует себя. Как вы, наверно, поняли по фамилии, сын главного судьи. Отец Джейда был одним из самых успешных адвокатов в стране, пока не вступил в должность. Так что дар у парня фамильный. Вроде и человек хороший, но если бы не отец, давно бы, наверно, угодил в тюрьму, либо сгинул где-нибудь в глухом месте. Никак не желает взрослеть, хотя пора уж − носится со странными идеями, дополнительную силу ищет. Могущество поверженных лордов Грента не даёт покоя. Кстати, на вас Шален тоже пытался воздействовать – почувствовали что-нибудь?

− Не особенно. В какой-то момент он стал меня сильно раздражать.

Вайс помолчал немного, а потом выдал:

− Всё интереснее и интереснее! Вы пользуетесь каким-нибудь артефактом, ограждающим от воздействия?

− Нет, − покачала головой Жаклин.

− Давно вас тестировали на наличие сил?

− Ещё в школе…Потенциал невелик, но для применения магии в быту, приготовления зелий и преподавания – достаточный.

− Некоторые исследователи утверждают, что дар можно «раскачивать» тренировками, как мышцы. Ещё есть мнение, что у некоторых людей количество силы возрастает в зависимости от прожитых лет, либо после перенесённого потрясения. Пока ни одно из утверждений в полной мере не доказано. Предлагаю вам ещё раз пройти тесты – похоже, вы успешно противостоите чужим воздействиям. Такое раньше замечалось?

− Не знаю, − растерялась девушка. – Школьные тесты сводились к тому, что нас просили передвинуть спичечный коробок, не притрагиваясь к нему руками, погасить взглядом свечу, угадать рисунок на карточке, поднять в воздух листок бумаги. Маг из комиссии сканировал каждого ученика и выдавал вердикт.

− Э-э-э… Несколько упрощённый вариант. А при поступлении в академию? Там же необходимо проходить вступительные экзамены и тестирование.

− Там подтвердили заявленный в школьной справке уровень магического потенциала.

Некоторое время они шли молча, а потом Вайс остановился и тихо сказал:

− Есть ещё один тест – в основном его применяют при дворе для выявления неявных и скрытых даров. Из-за дороговизны – ведь нужен ксантрий – им пользуются редко и лишь в спорных случаях. Мне видится, ваш именно таков. Не будем тянуть – идёмте в мой кабинет.

− А разве нам не нужно в лабораторию? Я брала материалы для опыта именно там.

Ректор едва ощутимо вздрогнул, а потом обманчиво спокойно спросил:

− О каких материалах вы говорите?

− Как же, о живом металле! Ведь Шульману стало плохо после опыта с ним.

− Идёмте немедленно! Покажете ваши найденные образцы.

Только отступившая тревога вернулась. Почему так напрягся ректор? Неужели Жаклин снова что-то сделала не так?

Они быстрым шагом возвращались к учебному корпусу – Вайс напряжённо отмалчивался. Не тратя времени на поиски лампы, ректор щелчком пальцев поджог фитиль на громадной люстре, немедленно ярко осветившей аудиторию. Цейсовая — отметила Жаклин. Как и фонари на улице – безумно дорогое импортное новшество, дававшее яркое ровное свечение неограниченное время. Достаточно малой искры, чтобы возбудить цейс, а чтобы погасить, необходимо коснуться его кусочком льда. В чём-то этот искусственно созданный материал был родственен ксантрию – только принимал свойства стихии, вступившей с ним в контакт – огня или воды − льда, продолжая поглощать или отдавать энергию до следующего воздействия. Как удалось его стабилизировать, чтобы не произошло взрыва или замерзания всего в округе – не могли догадаться лучшие умы многих государств. В общем, когда юный изобретатель из Нового Гампаса представил миру цейс, как универсальный источник неограниченной энергии, это произвело настоящий фурор. А если вспомнить, что в Новом Гампасе магия была не в чести, то такое изобретение возводило промышленность и уровень жизни на новые высоты. Стоит только представить фонари и топки, ничего не потребляющие, работающие вечно… Наверняка его семья озолотилась – ведь цейс тут же сделали достоянием государства и производили под личной эгидой кайзера… «Ах, опять я не о том думаю!» − оборвала саму себя Жаклин.