Наталия Журавликова – Кошмар для инспектора, или Скандал в академии магии (страница 12)
– Это ж как постарался человек! — похвалила я анонима, пытаясь отойти от первого шока, — столько букв ему вырезать пришлось.
Бесстыжие прелести. Надо же. Странно, что студентки вообще понимают, что у меня такое есть. Я ведь для них всего лишь училка с набором любовных реактивов! Может, это кто-то из преподавателей хочет моего ареста?
Уняв невольную дрожь, которую вызвала странная угроза, я принялась изучать обратную связь со студентами.
Предложение добавить практических часов для курса “Химия любви”. Что ж, время от времени об этом пишут. Я склонна думать, что к этому прикладывает руку и сам ведущий дисциплины, Марк Рош. Приятного вида тролль. Да, и такое тоже случается, сама удивилась, когда с ним познакомилась. Лишний раз поняла, что нельзя быть слишком предвзятой.
Идея провести конкурс на составление лучшей парфюмерной композиции “Ароматы страсти”. Что ж, недурно. Может оживить окончание года. Скрасить подготовку к экзаменам и сгладить общую атмосферу нервозности.
Постепенно я дошла и до других стопок. Признания деканам в чувствах я чаще всего не читала. Но сегодня взялась за них с интересом. Да, мне хотелось прочесть об Ишере, чего скрывать!
Десять сердечек, последнее обведено так жирно, словно художница с наклонностями уборщицы выпала из реальности и сама не видела, что делает.
Смешно, но я почувствовала укол ревности. Словно Родрик все еще имеет ко мне отношение.
– Лавиния! — дверь приоткрылась, инспектор заглянул в мой кабинет. Как чувствует, что я о нем думаю! — Будьте добры пройти ко мне.
Вид у него был до того встревоженный, что я не стала медлить. Так и выбежала с этой запиской в руке. Будто с флагом полной капитуляции.
– Это мне?
Ишер осторожно высвободил из моих пальцев листок, мельком прочитал. Его брови взметнулись вверх.
– Очень мило, декан Элмин. Я ценю ваше хорошее отношение ко мне. И понимаю, что вслух всего так сразу не скажешь.
Кажется, он растерялся. Но не больше, чем я.
– Что? О, нет, Родрик, то есть инспектор. Это не я написала.
– Правда? Немного разочарован.
Он вздохнул. И тут я поняла - издевается. Он прекрасно знал, чем я сейчас занимаюсь в кабинете, поскольку Бетрам заходил ко мне с подносом, где были разложены записки.
Что ж, если он шутит, значит все не так ужасно.
– Я вас позвал, потому что…
Продолжать не потребовалось, поскольку в деканат на этих словах зашли двое молодых мужчин. Один - эльфийской расы, второй мог быть кем угодно, но я сразу решила, что он оборотень. Слишком уж волосатый.
– Позвольте представить вам лучших криминалистов. Местер Крим и местер Дрим. Они будут проводить сравнительный анализ всех образцов волос, которые мы сегодня должны взять у студенток и преподавательниц.
– Здравствуйте, декан, — сказал оборотень и смущенно покраснел. Кажется, он из тех, кого называют “зубрилами”.
– Нам нужны ваши волосы, — добавил эльф.
– Все? — я изобразила притворный ужас.
Оборотень стал совсем пунцовым.
– Нет, только одна прядь. Вы позволите?
Я кивнула. Мужчина подошел ко мне неловко, бочком, отчего я уверилась, что он впервые находится настолько близко к живой женщине.
В руке его появились маленькие серебристые ножнички. Оборотень осторожно взялся за мой локон, я увидела, что пальцы его дрожат. Поднес свой инструмент к самым корням волос, пропуская лезвия под прядь.
– Так, Дрим, подождите, — вмешался инспектор, — вы сейчас изуродуете прическу нашей мису Лавинии. Позвольте, я помогу.
Он подошел вплотную, так что я чувствовала его дыхание. Оно меня обжигало. Родрик пропустил локон моих волос сквозь пальцы, перебирая и словно лаская.
Я застыла на месте, чувствуя, как по спине в панике разбегаются мурашки.
– Вот так. И ничего не заметно.
Кажется, он тоже дышал через раз. Волнуется?
– Возьмите, Крим, — Родрик протянул тоненькую прядку эльфу.
– Отлично, — кивнул тот, — мы постараемся дать результаты по этому образцу завтра утром.
– Можем так рано не успеть, — оборотень подергал товарища за рукав, — но вот к вечеру уж точно.
Мои волосы сличат с двумя остальными прядями. Что ж, я почти уверена – они совпадут.
Только вот как это в принципе стало возможным?
ГЛАВА 18
Я пила кофе и услышала шум в коридоре. Да что там шум! Кажется, в академии женской магии начиналась революция. В приемной деканата никого не было. Ишер забрал Бека и отправился с ним вместе стричь преподавателей.
Что же такое происходит?
Может, поймали преступника?
Я осторожно попыталась выглянуть за дверь, но меня впихнули обратно. Рой Апери смущенно собирал волосы в хвост и немного испуганно смотрел на меня.
– Что случилось? Твои поклонницы решили наконец выяснить отношения? – не утерпела я, вспомнив утренние послания.
– С ними мы уже все выяснили, — сказал он с упреком, словно я должна быть в курсе, — и не советую в коридор выходить. Сиди тут. Можешь пачичино меня напоить.
– Какая честь для меня! — восхитилась я. — Смочить горлышко самому привлекательному дракону академии.
– Ты правда считаешь меня самым привлекательным? — Апери расплылся в улыбке. — Знаешь, ты тоже ничего. Вообще, я против служебных романов, но… тебя возможно скоро отстранят. До окончания расследования. И мы сможем сходить вместе куда-нибудь.
Он и правда думает, что меня это должно порадовать? Наверняка да. Рой очень высоко ценит возможность отправиться с ним на свидание. Считает себя ценным призом. Интересно, его мамочка-драконица таким воспитала?
Вздохнув, я пошла делать ему кофе. Надо же себя чем-то занять.
– Так что у нас стряслось? — все же решила я выяснить, когда подала команду горшочку изобилия.
– Инспектор и твой секретарь собирают образцы у всех преподавателей. Причем, не только у рыжих!
– Локоны и покрасить можно, в том числе магией, — сообщила я, — к тому же, как сказал Ишер, в первой шкатулке были ресницы, которые не принадлежат обладателю волос.
– Тогда почему ресницы никому не дергают? — озадачился Апери. И на всякий случай коснулся своих ресничек. Длинных, загнутых, пушистых, как кисточка. Где мои ножницы?
– Можно и по волосам все понять, — я подала ему кружку.
– Так вот, — продолжал красавец-дракон, тряхнув пышной шевелюрой, — сначала все спокойно давали себя слегка подрезать. А потом кто-то… кажется, Мила Хипс со стихийной магии, заявила, что это нарушает ее личные права. И не поверишь, все сразу о них вспомнили.
– И потребовали вернуть волосы на место? — хихикнула я.
– Ну, их приращивать долго. Целители провозятся, и Вепс спасибо не скажет. — с сомнением протянул Апери.
Прозвучал первый колокол. Всего их три, после третьего начинаются занятия.
– Как думаешь, они угомонятся и разойдутся по аудиториям? — спросила я Апери, кивнув на дверь.
– Не знаю, Вин, отстаивание личных границ и права на неприкосновенность стрижки - дело серьезное.
Да, тут не поспоришь. Я вспомнила, как утром вторгся в мои личные границы Родрик Ишер. С серебристыми ножницами. И это было так интимно.
А сейчас он ходит и собирает чьи-то кудри по всем факультетам. И кто-нибудь этому мимолетному контакту наверняка радуется. Если сегодняшнее мероприятие не даст результата, Ишер с Бегом отправятся уже к студенткам. Вдруг там будут совпадения.
Тогда автор той записки, что хотела мыть ступеньки для инспектора, получит свои минуты счастья.
Если честно, я не видела особого смысла в происходящем. Пока еще даже по мне результат не пришел, и когда анализ покажет совпадение, окажется, что вся работа проделана зря. Но Родрик Ишер сказал, что нельзя проявлять предвзятость и нужно действовать на опережение. И… еще это означало - он допускает, что я могу оказаться ни при чем.