Наталия Солнце Резникова – Продолжай мне писать (страница 5)

Нашему охраннику около тридцати лет. Он среднего роста, подкачан и весьма хорош собой. Откровенно говоря, я никогда не понимала, почему мужчина в самом расцвете сил не пытается подняться по карьерной лестнице. Часто он остается ночевать в офисе, но не из-за того, что этого требует рабочий график, а потому что Гриша любит свою работу. Как-то мы с ним договорились, что таким образом он заменяет мои рабочие часы, которые я провожу дома. Гриша – добрейшей души человек! Каждое мое появление в офисе он отмечает, как праздник, а в конце рабочего дня торжественно презентует конфетку, пряник или баранку. Пожалуй, я чуть ли не единственный сотрудник, которому Гриша всегда желает хорошего дня. С первых дней его работы в офисе мы нашли общий язык: я заносила ему кофе, а он несколько раз прикрывал меня перед коллегами. Так мы и подружились.

Сегодня в офис я опоздала буквально на несколько минут. Гриша уже прятал в карман бейдж и двигался в сторону пышногрудой красотки. «От одного альфа-самца к другому», – мысленно иронизировала я.

Решив не отвлекать охрану от обеспечения правопорядка на территории бизнес-центра, я аккуратно проскользнула в лифт. Офис нашей компании находится на высоте птичьего полета и занимает целый этаж. Столы сотрудников расположены в хаотичном порядке, по принципу «тетриса»: кто-то работает в гордом одиночестве, а кто-то – в группе с коллегами. Двери лифта открылись, но коллег в офисе не было. Я сделала глоток кофе, осмотрелась и решила прогулочным шагом дойти до переговорной комнаты. Как я и предполагала: все сотрудники сидели за стеклом и делали вид, что слушают шефа. Владимир Александрович размахивал руками и что-то доказывал. «Что ж… Домой я уже не поеду», – подумала я и выбросила пустой стакан в мусорное ведро рядом с дверью. Слегка сбив дыхание и опустив платье ниже колен, я сгорбилась и приоткрыла дверь. Я опоздала на совещание, а значит, нужно было сделать вид, что это не я долго собиралась, а меня задержали какие-то форс-мажорные обстоятельства. Придумывать оправдание было не обязательно, потому что к концу совещания все, как правило, забывали про опоздавших.

Я протиснулась между стеной и креслами коллег, а вот разгибаться не решилась до тех пор, пока не приземлилась на свободный стул. Резко поднявшееся платье и слишком довольный вид могли привлечь внимание начальника, который, как мне показалось, был на взводе. Первым делом я сняла туфли.

«Боже мой! Какое облегчение, – буквально простонала я мысленно. – Надо бы достать ежедневник из сумки… Черт возьми! Ежедневник!»

Кажется, сегодня утром я была так увлечена идеально сидящим платьем, что забыла кинуть в сумку ежедневник. Более того, я даже не удосужилась стащить со стола кого-то из сотрудников пару листов бумаги. Паника накрыла меня с головой. Так сложилось, что я не умею делать заинтересованный вид без ручки и розового ежедневника. Да, согласна, розовый блокнот не может претендовать на звание самой солидной вещи в офисе, но это лучше, чем ничего! В общем, сейчас я сижу в ужасно коротком платье напротив орущего начальника и не могу убежать, потому что мне не хочется снова надевать эти ужасные туфли.

«Письмо!» – мою голову посетила очередная гениальная идея.

Открывать конверт, конечно, было нельзя, так как я сомневалась, что письмо пришло мне, но в качестве реквизита для делового вида подойдет и просто конверт. Я сдвинула брови, чтобы показать заинтересованность во время поиска нужной вещи в новой версии ящика Пандоры. Я достала конверт и положила его на стол с многозначительным ударом, демонстрирующим, что я весьма недовольна собственным опозданием. После этого жеста Владимир Александрович, наконец, заметил, что я на совещании, и одарил меня приветливой улыбкой. Не выходя из образа, я достала из сумки ручку и приготовилась «конспектировать».

Марки на конверте действительно были какие-то странные. Я никогда не видела подобные. Хотя кого я обманываю… Я не видела никаких, несмотря на то что пишу письма ежедневно. Они все электронные. Пока остальные сотрудники решали дела мирового масштаба, я всерьез задумалась над тем, как бездушны мои письма. Никто из электронных друзей не знает мой почерк. Скобочки, которые на письме принято считать улыбкой, часто помогают скрыть плохое настроение. Да и вообще я часто хочу удалить большинство друзей «из друзей» со словами: «Вы кто такие?!» Однако никто из виртуальной реальности не поймет мой крик души.

Находясь на совещании, я тоже старалась не кричать. Точнее, пыталась слиться со стулом воедино. Когда я не хотела, чтобы на меня обращали внимание, я следовала правилам конспирации, которые сама же и разработала:

1. Сядь на край стула, максимально сгорбись, чтобы из-за стола были видны только плечи и голова.

2. Возьми ручку, опусти заинтересованный взгляд в блокнот. Что-то пиши, а лучше рисуй загогулины, чтобы сделать вид, что ты сконцентрирована на обсуждаемой проблеме.

3. Не дыши громко, не хлюпай носом, не кашляй, не стучи пальцами по столу – никаких раздражающих звуков. Переведи тело в режим «без звука».

Всего три простых правила и… Вуаля! Вы серая мышка на этом «празднике» жизни. Последнее правило, кстати, приучило меня завтракать по утрам. Когда я проходила собеседование в нашей компании, подобной привычки еще не было. Поэтому во время разговора с будущим начальником живот начал издавать звук умирающего кита. Не знаю, как кричат киты, но Камилла говорит, что именно так. В общем, пока, помимо влюбленных бабочек, в моем животе разлагалось морское млекопитающее из отряда китообразных, Владимир Александрович судорожно открывал коробку конфет, подаренных клиентом. Сначала я взяла одну конфетку из-за скромности, потом вторую, чтобы окончательно перебить аппетит, но конфеты оказались настолько вкусными, что через пятнадцать минут я попросила чай. Еще через полчаса подписывала договор о трудоустройстве. Спасибо моему внутреннему умирающему киту!

Сегодня я ничего не рисовала в блокноте, как советуют мои правила, а тыкала ручкой в конверт. Наверно, со стороны это выглядело так, будто утром у меня умер хомячок, я засунула его в бумажный конверт и тыкала в него, надеясь, что он зашевелится. Простите за бесчувственную аналогию, но говорить о том, что зашевелится письмо в конверте, было бы совсем глупо.

В этот момент я задумалась, как нелепо выгляжу и решила хоть немного послушать начальника. Идея оказалась не очень, потому что после трех предложений я поняла, что обсуждаемая тема не имеет отношения к моей работе. Интерес к совещанию потерян. Платье под столом никто не видит. День прожит зря. Вот вам еще один пример моих гениальных идей: не дослушать руководителя, приехать на работу ради того, чтобы выгулять платье и узнать, что совещание проводится для бухгалтерии, а не для моего отдела. Всего несколько часов назад идея действительно казалась гениальной, а сейчас она с треском провалилась.

Мои мысленные монологи о том, что нельзя быть такой рассеянной, прервала вибрация телефона.

«Пожалуйста, только не мой! Только не мой», – начал повторять внутренний голос, который сменил карательный тон на мольбу.

Судя по взглядам коллег, Вселенная просьбу не услышала, и жужжало у меня не в ухе, как у Фрекен Бок, а в сумочке. Я схватила сумку, незаметно засунула туда конверт и, извинившись, вышла за дверь.

«Пожалуйста, только не Камилла! Только не Камилла», – пульсировала новая мантра в голове. Внутренний голос уже перешел на крик, пока я искала телефон. Вселенная снова меня не услышала.

– Приветики, подруженька, – Камилла явно пребывала в хорошем настроении.

– Что случилось?! Я на работе.

– На какой работе? Ты не работаешь по понедельникам. Не выдумывай.

– Что ты хочешь? Давай ближе к делу.

– Мне звонил Марк…

– Я в восторге, – я раздраженно прервала подругу на полуслове.

– Говорит, что хочет пригласить тебя на очередное свидание. Милая, где ты хочешь скоротать вечер пятницы? Ресторан? Кино? Выставка?

«Что? Вечер пятницы?! Неужели Марк так обиделся, что поставил меня в самый конец списка своих девушек? – Я мысленно начала паниковать, а потом постаралась себя успокоить: – Вообще-то я вне списка».

– Хочу в кино, – я озвучила Камилле пожелание. – Убью сразу двух зайцев: и кино посмотрю, и проведу время с Марком. Два часа он будет молчать, а значит, не будет испытывать терпение.

– Отличный выбор, дорогуша. Так ему и передам!

– Нет, Камилла! Дословно не надо, – я попыталась остановить подругу, но она уже повесила трубку. Короткие гудки вернули меня в реальность.

Такие выходки подруги меня не удивляют. Парни, которым я нравлюсь, пытаются найти ко мне подход через лучшую подругу. Я не спешу объяснять, что она прежде всего моя подруга, а не их. Именно поэтому я всегда узнаю сердечные секреты и коварные планы потенциальных муженьков. Камилла разбирается в мужчинах намного лучше, чем я, поэтому всех чудаков на букву «М» чувствует сразу. Я, конечно, никогда ее не слушаю и отчаянно шагаю по разбросанным жизнью граблям. Тем не менее подруга всячески пытается уберечь меня от очевидных глупостей или хотя бы порадовать. Как сейчас, например.

«Чертовы туфли!» – ноющая боль в ногах моментально стерла с моего лица легкую улыбку.