Наталия Смирнова – Страсти по Самайну – 2. Книга 1 (страница 6)
Через месяц безрезультатных попыток она попросила отца отправить её в Ирландию к Тарии, которую она видела в своих снах. Дарак удивился, что дочь помнит Тарию, но, обеспокоенный тем, что с дочерью творится что-то неладное, тут же согласился. До самого лета Оливия жила в маленьком городке Бирре, где обучалась магии с самых азов. Именно там она познакомилась со старым магом Мэйтиу, который обучил её древнему языку кельтов.
Вернулась домой она совершенно другим человеком. Мудрая, серьёзная и молчаливая. Гретхем причитала, что их девочка уехала восемнадцатилетним ребёнком, а вернулась шестидесятилетней старухой.
В конце лета Оливия легко сдала экзамены и поступила в Университет Эдинбурга на кафедру лингвистики, туда же, где учился Себастьян. Молодые люди часто проводили вместе время, гуляя по городу, обсуждая историю улиц и происхождение памятников архитектуры. Отец не мог нарадоваться, что его девочка постепенно снова становится веселой и общительной, что стольких лет заточения словно бы и не было. Но он не знал, что каждую ночь Оливию продолжают мучить страшные сны. Что тетрадь, которую ей удалось перевести, – это письмо, написанное её матерью. Именно из него она узнала, что она дочь богини, что отец был просто хорошим человеком, от которого она захотела родить дочь.
Из письма она узнала про амулет, в котором заточён возлюбленный матери, тот самый Нейгриан, о котором написано в дневнике. Просыпаясь ночами от кошмаров, Оливия долго вертела золотой амулет в руках, пытаясь понять, как войти в Невидимый мир. Но даже магические заклинания, которым научила её Тария, не могли помочь.
Именно поэтому в один из осенних вечеров Оливия пришла в кабинет отца и призналась ему, что знает о матери и о том, что на её восемнадцатилетие был проведён ритуал по избавлению от проклятия. И после того, как отец пришёв себя от шока, она уговорила его позвать на её приближающийся день рождения Тарию и одиннадцать ведьм, чтобы вызвать душу матери.
Так что 31 октября на заднем дворе замка О’Клериг снова горел костёр, и уже Оливия, а не Тария, кинжалом чертила круг и шептала заклинания. На шее девушки висел амулет с драконом, а в кармане широкого плаща была спрятана тетрадь матери. В полночь, когда пробили часы, Оливия достала тетрадь Нейманы, вырвала страницу, на которой был нарисован дракон, и бросила её в костёр.
В ту же секунду запылал золотой огонь и перед ведьмами предстала Неймана в сполохах костра.
– Девочка моя, что ты делаешь? – было первое, что услышала Оливия из уст матери. – Тебе ни в коем случае нельзя видеть меня, даже помнить обо мне нельзя, – на лице Нейманы была тревога, она оглянулась по сторонам и увидела ведьм. – Что ты задумала, Оливия? Великая Морриган может узнать о…
– Мама, – Оливия оборвала мать на полуслове, на глаза Нейманы выступили слёзы, которые огненными каплями покатились в костёр.
– Доченька моя, – Неймана протянула руки к Оливии, но тут же их отдернула. У Оливии сжалось сердце.
– Мама, я хочу узнать, почему я продолжаю видеть кошмары и как освободить Нейгриана.
– Ты не должна была видеть никакие сны, – в голосе Нейманы прозвучала растерянность, – Ты должна была всё забыть, – она закрыла глаза, и золотые искры огня окутали её с ног до головы. Целую минуту костёр яростно полыхал, а потом стих, Неймана открыла глаза.
– Магические силы отца, сплетённые с силами матери-богини помогли исполниться твоему сильнейшему желанию остаться с драконом и Невидимым миром. Великая Морриган забрала проклятие и мои магические силы, но предки отца позволили тебе сохранить дракона и магические способности друидов. Кошмары были даны тебе, чтобы ты могла вспомнить ночь, когда лишилась памяти. – Оливия жадно вслушивалась в каждое слово.
– Освободить дракона из амулета могла только Великая Морриган, но она этого не сделала, так как это моё наказание. Нейгриан навечно останется в амулете и Невидимом мире. – Неймана заплакала огненными слезами.
– Но мама, я не вижу его. Если моё желание было так сильно, почему я не могу найти вход в Невидимый мир? Помоги мне вспомнить, прошу тебя! – Оливия больше не могла сдерживать рыдания. Неймана, видя страдания дочери, снова закрыла глаза и во всполохах костра понеслись картинки прошлогодней ночи.
Вот появляется триликая Богиня.
Вот Оливия исчезает на глазах у свидетелей в Невидимом мире.
Вот Великая Морриган произносит своё решение, и все падают без чувств.
Вот от лежащей на земле Оливии отделяются тени мужчин. Тень Себастьяна, которая внезапно тает в воздухе, а из остатков его тени появляется бледная, едва заметная тень Джарета. Подходя к огню, тени исчезают и появляются новые. Оливия узнала всех, кто был поражен её проклятием. И когда исчез последний, совсем еще ребёнок, огонь погас.
Неймана посмотрела на дочь.
– Ты видела, Нейгриана не было в числе освобождённых от проклятия, он всё ещё с тобой. Теперь ты сможешь войти в Невидимый мир. – Она оглянулась, – Мне пора идти, Оливия. Прошу помни, что я люблю тебя! Ты самое ценное, что у меня было за всю жизнь. – Неймана с любовью посмотрела на дочку. А потом тихо прошептала: – Нейгриан, дорогой, прошу, береги мою девочку. Когда-нибудь, мы ещё встретимся с тобой. – И она, закрыв глаза, исчезла в сполохах огня.
Ирина Бойко
ПЕРВЫЙ ШАБАШ АЙРИС
Пролог
Айрис спустилась в подвал за мышиными хвостиками и маринованным сердцем кабана. Соседка попросила сделать заговор на любовь. Ещё понадобятся камни с побережья Голуэй, сушеные кишки оленя и масло розмарина. Осень. Лечебные амулеты разлетаются как горячие пироги. Грех упускать это время, сегодня лучше сделать амулетов побольше. Тем более, что руны утром выпали соответствующие, Уруз, Лагуз и Гебо. О́дин и Фрейя, дали добро на магию.
Муж Айрис, Иден, называет этот подвал «зловонным подземельем», тут всегда пахнет сушеными мухоморами, травами и кореньями. Для молодой ведьмы это место – источник вдохновения. В дальнем углу аккуратной стопкой сложены книги по магии, из них Айрис берет ритуалы и заговоры. Она самоучка. Никто не обучал ее магии и не передавал дар.
На стене висит изображение долины Глендалох, спокойствие гор и озер, песчаный утес и старый дуб на переднем плане. Когда Айрис смотрит на эту картину, представляет, что там у нее фамильный замок и школа магии.
Собрав все необходимое и ещё раз вдохнув аромат подвала, Айрис заперла дверь на засов и пошла на кухню. Именно здесь она всегда творит свою магию.
Поставила котел с водой на огонь. Подождала пока закипит. Опустила в воду перстень соседки, для которой заговор и сердце кабана. Добавила сахар, перемешала минуту по часовой стрелке и минуту против часовой, приговаривая:
– Сердце, сердце грейся, для любви откройся, сладким стань для суженого, – добавила моточек паутины, – пусть он попадется в сети мои сладкие, – и мышиные хвостики, – пусть, как хвостик вьется, и скорей найдется.
Проварив зелье ровно девять минут, Айрис отставила котел в дальний угол. Перстень должен впитать магию в течении трёх суток.
Она уже собиралась изготовить амулеты, как вдруг, неведомая сила толкнула ее в спину, и камни рассыпались на полу. Айрис застыла в недоумении. Здесь явно прослеживался символ из камней. Кто его послал и зачем? Послание вызвало дикий интерес. Этот символ она видела в книге по начертательной магии.
Забыв обо всем на свете, Айрис устремилась в подвал.
⠀
Глава 1
От волнения, а может от странного предчувствия, Айрис никак не могла справиться с дверью. Прошла вечность, прежде чем засов поддался и ведьма вошла в царство теней и заклинаний.
Айрис быстро нашла нужную книгу, и начала ритуал уважения. Опасно открывать магические книги без соблюдения ритуалов. За такую дерзость можно поплатиться глазом или покрыться бородавками.
Зажгла свечу слева от книги, окропила книгу водой из священного бассейна Шаннон-Порт, припорошила землёй с холма Тара и подула три раза с севера на юг.
Пусть северные боги помогут расшифровать послание. Пусть Богиня Морриган поможет отыскать нужный символ. Книга распахнулась. Изображение то же, что было на полу. Только сейчас Айрис поняла, что это руны Райдо и Эйваз соединились в один символ. Под символом проявились слова. Айрис прочитала, затаив дыхание:
⠀Книга захлопнулась. Время остановилось. Мысли путались в голове: «Может камни случайно так выпали? Кто я такая, лететь на шабаш! Это для настоящих ведьм, а не для самоучек! Что я могу? Призвать дождь из лягушек? Или хмельного зелья на весь шабаш сварить? У меня даже шляпы ведьмовской нет! А если я не смогу доказать, что достойна?»
Раскат грома вырвал ведьму из ступора. Когда шел дождь, ей всегда хотелось укрыться пледом у камина, пить горячий шоколад и слушать легенды. Иден любит в ненастье рассказывать истории про сражения, про древние времена, про богов и богинь.
Точно! Ведь можно затаиться, спрятаться и переждать пока закончится Самайн. И потом спокойно продолжить тихую жизнь!
Айрис заперла подвал. На улице уже стемнело. Почему же Иден еще не вернулся домой? Совсем рядом с домом завыл волк. Живот ведьмы свело от страха и ощущения надвигающейся беды.