Наталия Смирнова – Семейная сага. Сборник. Книга II (страница 11)
«Да, да, да, я согласна, я буду твоей женой», – шептала она, беря бумагу и перо, чтобы написать ответ.
Глава 8
Получив от Марии ответное письмо, Петр незамедлительно прискакал в усадьбу.
Нежные чувства захлестнули молодых людей. Они сидели в саду, который уже дышал осенью, и строили дальнейшие планы на жизнь. Пётр через неделю уезжал на учёбу. Мария обещала ждать, и взяла с него обещание, что он будет писать ей, как можно чаще.
На следующий день была объявлена помолвка, Пётр и Мария стали женихом и невестой. Радостная суета царила в семье Гладышевых. Наталья Михайловна, с присущей ей основательностью, занялась подвенечным нарядом.
Дмитрий Николаевич старался не показывать, но он был безмерно счастлив за Марию. Пётр показался ему разумным, и надёжным молодым человеком, с многообещающим будущим.
Наступили промозглые, осенние дни. Усадьба погрузилась в осеннюю меланхолию. Наталья Михайловна с дочерью готовили приданное для Марии.
В один из осенних вечеров, когда вся семья сидела в гостиной у камина, посыльный принёс письмо.
В письме сообщалось, что Павел Сергеевич Урядникова был помещен в госпиталь. Родным рекомендовалось приехать, ибо воспаление лёгких протекало в тяжёлой форме.
Анна, услышав эту новость, изменилась в лице. Позабыв своё рукоделие она бросилась к отцу, и стала его умолять немедленно ехать к Павлуше. Дмитрий Николаевич был обеспокоен не меньше дочери, но поездку решил отложить до утра.
Эта ночь Анне далась тяжело. Мария не спала вместе с матерью. Они сидели, перебирали фотографии, и рисунки Павла. Анна каждый рисунок орошала слезами.
– Пашеньке, сыночек родной, как же так, – причитала мать.
– Да полно вам, маменька, ведь живой же он, даст Бог, всё образуется, – Мария пыталась привести мать в чувства.
Едва забрезжил рассвет, генерал велел заложить карету. Семья Гдадышевых выехала незамедлительно.
К вечеру прибыли в госпиталь. Без промедления их проводили в палату, где в горячем бреду лежал Павел.
Анна, с рыданиями бросилась к сыну.
Отдав кое-какие распоряжения, генерал велел перевести внука в усадьбу.
Вторую неделю Павел был без сознания, борясь с жестокой болезнью. День и ночь у его постели сидела Дарья, вознося молитвы Пресвятой Богородице.
Глава 9
– Софи, Софи, прости… Сын, Софи, прости, – бредил Павел.
Анна протирала лоб сына влажной салфеткой. Она потеряла покой и сон, то и дело заходила в комнату, шёпотом справлялась о самочувствии Павла, и потом долго сидела у его кровати.
Спустя неделю кризис миновал, горячка спала, и Павел стал приходить в себя. Первым делом он попросил перо и бумагу. В руках ещё чувствовалась слабость, но он должен был написать письмо.
Когда Павел окреп, и доктор разрешил вставать, у него состоялся разговор с дедом. Дмитрий Николаевич слушал внука молча. Его не удивила новость о том, что где-то в Париже, живёт незаконнорожденный отпрыск Гладышевых-Урядниковых, но очень удивило намерение Павла. Генерал был категорически против того, чтобы внук женился на французской танцовщице. Но поддержал желание Павла оказывать материальную помощь.
В сопровождении преданной Дарьи, Павел, прибыл в Париж. Остановился он на той же квартире, где жил раньше. Воспоминания о былых кутежах всколыхнули сердце, но образ Софи ясно стоял перед глазами.
С большим трудом, но ему удалось найти след Софи. Она вынуждена была оставить работу танцовщицы, и переехать к родителям, в деревню.
Со страхом и трепетом Павел ехал в эту деревушку. Как встретит его Софи, родился ли сын, или вот-вот должен родится: эти, и ещё рой вопросов крутились в его голове.
Но его опасения были напрасны. Переступив порог дома, Павел увидел маленькую, сухонькую старушку, сидящую у колыбели.
Софи родила дочь раньше срока, и прожив всего неделю, скончалась, так и не оправившись после родов.
Павел стоял у колыбели малютки, слёзы горя и умиления катились по щекам. Старушка жаловалась молодому барину, что дитя очень слаба, а у неё нет денег на врачей и кормилицу. Не долго думая Павел высыпал на стол горсть серебряных монет, и ушёл.
Глава 10
Павел долго не шёл на квартиру. Он бродил по старым улочкам Парижа, не замечая ничего вокруг. Все его мысли остались там, в бедном домике, где в колыбели лежала его дочь.
Неземное создание, белокурый ангел, этот дар небес, была как две капли воды похожа на мать. Образ Софи, личико дочери, всё перемешалось. Он, Павел Урядникова, до сего часа проводивший жизнь беспечную и бессмысленную, теперь стал отцом.
«Отец, я отец», – думал он ныряя из одного переулка в другой.
Улыбка и слёзы, радость и отчаяние, сменяли друг друга. Не чувствуя усталости он вернулся на квартиру.
– Дарья, дорогая моя старушка. Поймёшь ли ты меня, не осудишь ли своего лоботряса, – говорил он.
В воодушевлении он ходил по комнате, и рассказывал Дарье всё, что творилось у него на душе. А творилось там так много, и так сумбурно, что он сам не мог разобраться.
Он был счастлив от того, что стал отцом, и тот факт, что это ребенок незаконнорожденный его не смущал. Его безумные мечты уносили его далеко вперёд. Он видел свою дочь благородной красавицей, а себя ревнивым отцом, хранящим честь дочери.
– Ах, Дарья, она такая красивая, такая милая, сущий ангел, – улыбался Павел, вспоминая малышку.
В эту ночь ему было не до сна. Он лежал с открытыми глазами, и думал, как быть дальше. Без сомнения, дочь будет жить с ним, и будет носить его имя. Как примет эту новость дед? Наверняка будет скандал. Ну и пусть, он будет жить в отцовском имении, доставшимся ему по наследству. Маменька конечно же поедет с ним, она поможет воспитать дочь благородной девицей.
Много чего передумал Павел за эту ночь. И едва забрезжил рассвет он встал, заглянул в каморку Дарьи. Той тоже было не до сна, она сидела перед зажженой лампадой.
Павел решил перевезти дочь к себе. Дарья занялась поиском кормилицы, а он поехал в деревушку, переговорить с матерью Софи.
Новость о том, что благородный барин хочет забрать внучку, нисколько не опечалила старую женщину. Ей не по силам было поднять болезненного ребёнка. У неё была только одна просьба, она хотела, чтобы ей хотя бы изредка писали о девочке.
Глава 11
Как и предполагал Павел, переполох в усадьбе случился не шуточный.
Дед рвал и метал, виданое ли дело, чтобы Гладышевы воспитывали незаконнорождённых. Он кричал, что лишит Павла наследства, и выгонит его с глаз долой. На что Павел отвечал, что он и сам будет рад убраться из дома, где его никогда не понимали.
Анна металась как раненая тигрица в клетке, между отцом и сыном. Сама для себя она давно решила, куда Пашеньке, туда и она. Имение мужа, доставшееся ей после его смерти, давно пустовало, но благодаря преданному управляющему приносило не малый доход.
А маленькая Софья, Павел решил назвать дочь в честь матери, ютилась в каморке Дарьи. Благодаря кормилице, и неустанным молитвам старушки, девочка крепла на глазах.
Анна, в тайне от отца, чтобы лишний раз его не гневить, приходила в каморку.
– Посмотри, Дарья, у неё золотые локоны, но чёрные глаза, как у Пашеньки, – улыбалась она, гладя девочку по щеке.
Впервые в жизни Анна проявила твёрдость сообщив отцу о своём решении: она и Павел, возвращаются в имение Урядниковых. Дмитрий Николаевич принял это известие с военным спокойствием.
– Ну что ж, это твоё решение, и я не буду ему препятствовать, – сказал он.
В срочном порядке был вызван старый Архип, управляющий имения в селе Высоком. Были подписаны все бумаги, Дмитрий Николаевич снимал с себя обязанности опекуна, и передавал бразды правления дочери, законной владелице.
Месяц прошёл с тех пор, как Павел с дочерью поселился в имении отца. Он изменился до неузнаваемости, что радовало и приводило в замешательство мать. Она не оставляла надежды, что Павел возобновит свои занятия живописью, но тот серьезно решил заняться имением.
Дни напролет проводил Павел в обществе Архипа – слушал, спрашивал, что-то записывал в блокноте.
«Имение должно расти и процветать, ради моей маленькой Софи», – думал Павел объезжая свои владения.
Софья росла не по дням, а по часам, деревенский воздух, и всеобщая любовь шли малышке на пользу.
Глава 12
Пётр окончил институт, получил диплом и распределение на место службы земского врача. Как и мечтал, он будет лечить простых людей, для которых медицина недоступна.
Свадьбу Петра и Марии сыграли в августе. Невеста была ослепительно красива и сияла от счастья. Гордый и важный Дмитрий Николаевич вёл внучку под венец.