– Локи, я не сумасшедшая. Действительно, произошло что-то странное. Ты должен сам это видеть.
– Да что это, говори толком!
– Я не могу объяснить. Ты должен вернуться.
– Ты понимаешь, о чем просишь меня?
– Я знаю, что для этого тебе придется заступить за грань допустимого риска, но знаю и то, что ты сделаешь это.
Локи помолчал мгновение.
– Хорошо, – он вдруг понял, как измотала его неизвестность последних дней, – я вернусь. Но при одном условии. К моменту моего появления в Альваре духу твоего не будет в Запределье. Ты оставишь свои бредни о справедливости, забудешь наш сегодняшний разговор и займешься делами фирмы. Разумеется, после того, как отчитаешься о проделанной работе перед Высшим.
– Договорились. Корн заплатил?
– Еще нет, но обязательно заплатит. Свяжись с Лорой, когда будешь в городе, вам будет о чем поболтать.
Двери как таковой не было. Толстая железная решетка – и все. Через нее хорошо было видно подземелье. На золотых цепях в полумраке висело три хрустальных ящика. Где-то я уже это слышал, или читал. Помнится только, в первоисточнике мертвая царевна почивала в гордом одиночестве, а здесь целый склад покойников. Кто, хотел бы я знать, в хрустальной таре отдыхает?
Где-то далеко заухала сова. Стража снялась с места и подалась в глубь коридора.
– Смена караула, – прошептала Мирна. – Ты уверен, что Инсилай там?
– Почти наверняка.
Мы перебежали из своего убежища в темную арку перед входом в подземелье и попытались открыть решетку. На удивление, она подалась почти сразу.
Мирна бросилась к ящикам, которые с близкого расстояния еще больше смахивали на гробы. Я высунул голову в коридор, чтобы убедиться в отсутствии стражи.
– Помоги мне, – шепотом потребовала Гаара. Я подошел к ней. Крышки двух хрустальных саркофагов были плотно прикрыты, третий был открыт и пуст. Крышка стояла рядом, прислоненная к стене.
– Надо открыть. – Мирна двумя руками взялась за крышку ближайшего к ней гроба. Гроб опасно качнулся.
Пришлось пойти на поводу женского любопытства, пока Гаара не разворотила чей-то последний приют. Кое-как мы сдвинули крышку. Господи боже, мужик в гробу был как живой. Он смахивал на артиста, задремавшего в гримерке после спектакля про старину. Лицо усталое, но спокойное; рубашка вся в кружевах с мушкетерским воротником, колет бархатный, золотые перстни на руках. А что кровь на груди запеклась, так она больше на засохший томатный сок смахивает, чем на настоящую рану. Мирна охнула и чуть не уронила свой край крышки.
– Довольна? – спросил я. – Поднимай, закрываем. Второй тоже будем вскрывать, или все-таки поищем Инсилая?
– Где его искать? – вздохнула Мирна.
– Подземелье большое, – я пытался рассмотреть темноту в глубине. – Поищем там.
Я смело отправился вперед, Мирна с большой неохотой поплелась за мной. Черт, хоть бы лучину какую-нибудь, темно, как в могиле. Хотя, собственно, это и есть могила.
Глава 51
…Варвара открыла глаза и увидела прямо перед собой совершенно незнакомого мужчину. Его холодные темно-зеленые глаза внимательно смотрели на нее. «Это все, – мелькнуло в голове волшебницы, – арест, допрос, суд, тюрьма». Вслух она спросила только:
– Это арест?
– Что Вы, госпожа Волшебница, – по губам незнакомца скользнула едва заметная улыбка. – Разве мой дом похож на тюрьму?
Варвара осмотрелась. Увитая пестрыми душистыми цветами мраморная терраса с гуляющими тут и там жар-птицами и резвящимися в хрустальных чашах рыбками и впрямь не отвечала Варвариным представлениям о тюремных казематах. Мужчина, сидевший перед ней, не был похож на тюремщика. Правильные черты лица, несколько бледного, но спокойного, собранные в хвост длинные черные волосы с едва заметной проседью, элегантный черный костюм, облегавший спортивную фигуру…
– Кто Вы, – удивилась Волшебница, – господин Зоор?
– Едва ли гостеприимство господина Зоора по отношению к Вам зашло бы дальше магистральной тюрьмы, – без всякого выражения сказал мужчина.
– Где я? – Варвара вскочила с кресла. – И почему я здесь?
– А где Вы желали бы очутиться? – с вежливой улыбкой поинтересовался хозяин дома, поудобнее усаживаясь в кресле. – Москва, Санта-Хлюпино, Мерлин-Лэнд? Только прикажите, Волшебница.
– Благодарю покорно. Я сама о себе позабочусь, – огрызнулась Варвара.
– Это вряд ли, красавица. Ваши счета арестованы, Ваша лицензия на волшебство временно аннулирована, а сами Вы через пару часов будете объявлены в магистральный розыск по всем измерениям. Я не дал Вам попасть в тюрьму исключительно из личного расположения, но если Вы не довольны моими действиями, я легко могу восстановить статус кво.
– Почему Вы помогли мне? – насторожилась Волшебница.
– Меня попросил об этом человек, которому я не смог отказать, – помедлив, ответил мужчина. – Присаживайтесь, предлагаю просто поговорить. Не бойтесь, я не причиню Вам зла. Если мы не найдем общего языка, вы сможете уйти в любую минуту.
– Просил помочь мне? – удивилась Варвара. – Кто?
– Инсилай. Теперь, когда я вижу Вас, я понимаю, почему он был так настойчив.
– О господи, – Варвара без сил упала в кресло. – Инсилай? Просил обо мне? После всего, что было? Этого не может быть, кто Вы? – она разглядела медальон на шее собеседника: золотой скорпион, обвившийся вокруг магического пентакля. Смутная догадка проскользнула в ее мыслях, но зафиксировать ее волшебница не успела.
– Я – его Учитель, Варвара, и, невзирая на мое отношение к Вам и Вашим поступкам, сдержу слово, данное Илаю. Тем более, что это была его единственная просьба и последняя. Его убили. И, насколько я могу судить, не без Вашего участия .
– Локи, – прошептала Волшебница и поняла, что боится. – Черный Локи!
– Вы прекрасно осведомлены.
– Я этого не хотела!
– Знали бы Вы, сколько убийств на Земле и в Эйре совершается при полном отсутствии причин и желания!
Варвара заплакала. Локи искоса взглянул на нее и, приняв откуда-то из пустоты за спиной поднос с фруктами, вином и мороженым, едва заметным жестом повесил его в пространстве между собой и Варварой.
– Немедленно возьмите себя в руки, или засуньте диплом Волшебницы в битую сахарницу в кладовке, – сдержанно сказал он, взглядом разливая вино по бокалам.
– Он умер, – сквозь слезы прошептала Варвара, – неужели Вы не понимаете?
– Я этого не видел, – Маг всучил девушке бокал с вином.
– Но Элрой четко сказал, что Инсилай умер.
– Он просто передал Вам слова Наблюдателя и свидетельство Отшельника. Кроме того, в Ваурии остались Ваш подмастерье Ронни и моя дочь Мирна. Они, как мне известно, пока живы, но, если им не придти на помощь, их убьют. С куда большей вероятностью, чем Инсилая.
– Без денег, без колдовской силы, с обвинением в заклятии и убийстве… – что я могу сделать?!
– Выслушать меня внимательно и четко выполнять мои указания, – сказал Маг.
– Что мы будем делать?
– Попытаемся предотвратить то, что еще не произошло, и по возможности исправить то, что уже случилось.
– Прошлое нельзя изменить, – вздохнула Волшебница, – это аксиома.
– Предоставляете работу над своими ошибками другим? Неужели никогда не хотели хоть на часок стать Магом? – ехидно спросил Локи.
– Если есть возможность исправить положение, я готова на все! – горячо сказала Варвара..
– Такой разговор мне нравится куда больше. Но прежде чем мы перейдем к деталям, я должен кое о чем предупредить Вас. Нам придется добровольно пойти в Ваурию. Это поездка без гарантии на возвращение. Вы не должны идти со мной по принуждению, от сознания вины или во искупление грехов. Даже если бы эйрский суд приговорил Вас к пожизненной каторге, это было бы легкой неприятностью по сравнению с тем, что может ожидать нас в Альваре. Но в магическом кодексе Эйра отсутствует каторга. Вам угрожает, максимум, пара лет заключения. Если Вы откажетесь пойти со мной, я пойму и не стану осуждать.
– Я согласна на Альвар, – без колебаний сказала Варвара.
– Обожаю женщин, – проворчал Локи. – Подумала бы минутку. Так, для приличия, ведь не занавески на кухню покупаешь, жизнью рискуешь.
– Чужой уже рискнула, – Волшебница посмотрела в глаза Магу, – что ж теперь свою-то жалеть.
– Великий Мерлин! – Локи поднял глаза к небу. – Кому выдают дипломы Волшебников? Детский сад, памперсы в полоску. Один сломя голову лезет черт знает куда, ввязывается черт знает во что и с упорством барана добивается собственных мучений; другая без оглядки кидается следом, даже не задумываясь, куда и зачем. Еще двое ненормальных, хоть и не Волшебники, но дураки не хуже вас, стараются из лучших побуждений отправить на тот свет лучшего друга. Сумасшедший дом, по сравнению с вашей компанией, просто Академия наук!
– Там что– то есть, – прошептала Мирна, схватив меня за руку. – Или кто-то.
– Где? – Мне бы ее зрение. Я напрягся и увидел: в шаге от нас на высоком каменном уступе кто-то лежал.
– Инсилай, – охнула Мирна.
– Что, уже чихаешь? – шепотом спросил я.
