Наталия Московских – Последний (страница 89)
— Обоих, — тяжело вздохнула Ривер, и Валиант встрепенулся.
— Тебе что-то известно?
— Да, — кивнула она. — Пока ты был без сознания, мы поговорили с детективом Монро, и он рассказал о ходе своего расследования. О Дрейке Талосе, который работал на тебя, но состоял в сговоре с тем самым информатором, которого ты ищешь.
Валиант прерывисто вздохнул.
— Его имя… известно?
— Этого человека зовут Арнольд Дюмейн. Он действительно работает на «Крест» и хочет прибрать организацию к рукам. Похоже, он хочет убрать с пути и тебя, и Джеймса, чтобы не осталось свидетелей его махинаций и чтобы он смог в выгодном свете предстать перед руководством «Креста».
Ривер заметила, что Валиант снова стал бледнее. Она знала, что эта информация дастся ему тяжело, но все же решила пересказать свою беседу со Стивеном Монро и поведать о совместных планах Талоса и Дюмейна, которые стали известны благодаря прослушанным диалогам. В конце концов, Валиант много лет хотел узнать правду.
Когда она закончила рассказ, Валиант выглядел так же, как сразу же после своего пробуждения после операции.
— Прости, — вздохнула Ривер, качнув головой. — Наверное, надо было дождаться, пока ты немного окрепнешь, прежде чем вываливать на тебя это все.
— Нет, нет, — рассеянно проговорил Валиант. — Наоборот. Спасибо, что рассказала…
— В смерти Марты и Джессики Харриссон, скорее всего, виноват именно Арнольд Дюмейн. Больше некому. Только у него была цель стравить вас с Джеймсом в смертельной схватке. Он хотел, чтобы вы уничтожили друг друга, а его собственные руки остались чистыми. Дюмейн пытался подстраховать себя на случай, если руководство «Креста» будет слишком тщательно расследовать смерть Джеймса, — Ривер поджала губы, обеспокоенно глядя на Валианта, вид и самочувствие которого вызывали опасения. Похоже, для неокрепшего после ранения организма эта новость оказалась чересчур давящей. — Послушай, Джеймс узнает об этом. Я обещаю, что узнает.
— Он не поверит, — невесело усмехнулся Валиант. Голос прозвучал сдавленно. Его рука вновь легла поверх повязки.
— Я
Он осторожно сглотнул. На то, чтобы заговорить, у него явно ушло много сил.
— Нет, все… нормально, — выдавил он.
— Прости, но верится с трудом, — нахмурилась Ривер. — Я думала, сейчас процесс восстановления должен пойти быстрее, а ты как будто…
Валиант заметно покривился, и рука с заметным усилием придержала рану. Из груди вырвался болезненный вздох.
— В чем дело? — встрепенулась девушка. — Позвать Сэма?
— Не надо, — полушепотом произнес Валиант. — Просто… — он переждал несколько секунд, переводя дух, — кости и сухожилия восстанавливаются… довольно неприятно…
Похоже, ему тяжело давалось сейчас говорить. Ривер прерывисто вздохнула.
— Я могу что-нибудь сделать?
— Ничего не надо, — он попытался слабо улыбнуться. — Пройдет…
Некоторое время Ривер просто наблюдала за ним, затем качнула головой.
— Тебе нужно отдохнуть, — сказала она. — Хотя бы попытаться. Я больше не хочу выматывать тебя разговорами.
— Ты не…
— Не спорь, — перебила Ривер. — Отдохнуть
Он сумел отозваться только коротким кивком.
— Ясно. Пойду к Сэму, спрошу, не осталось ли у него чего-нибудь в запасе. Или у детектива Монро, — она ободряюще улыбнулась. — Ты только держись, ладно?
Валиант вновь только кивнул в ответ. Было видно, что он с силой сжимает челюсти, чтобы превозмочь боль. Ривер решила не тянуть и спешно отправилась к доктору Картеру.
86
В восприятии Мэри Уиллоу все последние дни смешались в мрачную дымку непрекращающегося кошмара. Она не помнила, когда проваливалась в беспокойную полудрему, и когда выходила из нее. С семейством Келлеров она больше не связывалась — во время последнего звонка Виктория Келлер ясно дала понять, что не желает больше ее слышать, хотя и не сказала этого прямо. Тон ее резко изменился, как только миссис Уиллоу намекнула, что ее дочь может быть еще жива. Виктория, разумеется, пожелала, чтобы Ривер вернулась домой в целости и сохранности, но в ее голосе явно сквозила обида на несправедливость: ее единственный сын погиб, и замешан в этом был явно тот же человек, что похитил Ривер. Возможно, она отчасти даже винила Ривер в гибели Криса, ведь ничего бы не случилось, не явись она в тот злополучный вечер к ним домой.
Мэри думала, что испытает злость, однако, как ни странно, она понимала чувства Виктории, поэтому решила больше не докучать ей звонками с соболезнованиями. Она прекрасно понимала, что Виктория из вежливости спросит о Ривер, и то, что у семейства Уиллоу до сих пор есть хотя бы надежда на возвращение дочери домой, сделает ей больно.
После того, как стало известно о смерти Криса Келлера, Мэри вообще ни с кем не разговаривала, даже с мужем. Они с Майклом предпочли не обмениваться предположениями и новостями. Мэри выказала желание ночевать в гостиной на первом этаже, и муж нехотя согласился с нею. Супруги Уиллоу при этом не чувствовали, что отдалились друг от друга — они попросту понимали, что, находясь рядом, лишь будут испытывать во сто крат более сильное волнение, ведь мысли о дочери сквозили в каждом взгляде обоих, и пусть никто из них не пытался высказывать вслух страшных гипотез о судьбе Ривер, Мэри и Майкл понимали друг друга почти без слов, и оба не хотели улавливать эти мысли.
Сейчас пошли третьи сутки с момента похищения Ривер неким Джеймсом Харриссоном. Полиция трудилась над делом в поте лица, в этом не было сомнений, однако результатов все не было, и с каждым часом надежды на то, что Ривер все еще жива, становились все ничтожнее и тоньше. Пресса продолжала перемалывать тему «мотельной бойни», репортажи о пропаже Ривер повторялись несколько раз за день, о работе полиции и даже ФБР по всем фронтам упоминали постоянно, но при этом ни вестей от детектива Монро, ни визитов агентов ФБР в дом четы Уиллоу не было.
Мэри понимала, что злится на Стивена Монро. Он обещал держать ее в курсе дела, но уже слишком долго молчал. Его визитка на журнальном столике прямо под телефоном буквально обжигала миссис Уиллоу глаза. Сколько раз она уже порывалась набрать его номер! Однако пресекала каждую попытку, потому что в сознании ее проносились жуткие картины: она буквально наяву видела, как в кармане детектива Монро начинает звонить телефон в тот самый момент, когда он отчаянно пытается вырвать Ривер из лап похитителя.
Другая страшная мысль пронзала сознание следом: а если уже
Мэри пребывала в этих метаниях уже больше суток. От детектива Монро так и не было ни одной весточки, и, в конце концов, женщина не выдержала. Она решительно взяла телефон в темноте гостиной и пробежалась по кнопкам, набирая наизусть номер, на который столько раз смотрела.
Пока Мэри размышляла, в телефоне прозвучал уже явно не первый гудок. Сколько их уже было? Два? Три? Или больше? Детектив пока не подходил.
— Монро, — отозвался детектив.
Мэри совершенно растерялась. Злость мгновенно испарилась, осталась лишь неловкость, надежда и страх перед плохими новостями.
— Эм… детектив Монро, это Мэри Уиллоу… простите, что побеспокоила…
— Ох, — вздохнул Стивен. — Здравствуйте, миссис Уиллоу.
— Вы можете говорить сейчас?
— Я бы не взял трубку, если б не мог, — в голосе послышались ободряющие интонации. Странно: Мэри показалось, что Стивен тоже говорит немного смущенно. С чего бы это? Она судорожно сглотнула и решилась задать свой вопрос, одновременно чуть злясь на детектива за то, что он не предугадал его сам.
— Я… хотела узнать… есть какие-то новости о Ривер? Хоть какие-то!
Молчание длилось несколько секунд, и за это время Мэри показалось, что она несколько раз успела умереть.
— Да, — неуверенно произнес Монро. — Новости есть, миссис Уиллоу.
— Господи! — Мэри не понравилось, как прозвучали его слова. — Она…
— Нет-нет, — спешно сказал Монро, понимая, куда клонит его собеседница. — Ваша дочь жива, мне это доподлинно известно.
— Боже, — Мэри почувствовала, что вот-вот заплачет. — Вы ее нашли? Вам удалось ее спасти?
— Я… действительно ее нашел, она жива и с ней все в порядке, поверьте мне.
Мэри всхлипнула.
— Где она? Она с вами? Почему вы не сказали мне? Черт, вы же обещали! Вы хоть представляете…
— Миссис Уиллоу, при всем уважении, даже понимая ваши чувства, я пока просто не мог вам сказать.