Наталия Московских – Последний (страница 48)

— Доброе утро.

— Как… вы себя чувствуете? — неуверенно спросила женщина, также натянув виноватую улыбку.

— Хорошо, благодарю, — отозвался Джеймс, подходя к стойке и тяжело опираясь на нее. — Вынужден попросить у вас прощения за то, сколько хлопот мы вам доставили. И еще… спасибо вам за сменную одежду. Это очень великодушно с вашей стороны.

Это была идея Сэма, — чуть не сказала Анжела, однако предпочла оставить это замечание при себе, не желая выглядеть враждебно.

— Вы… я… могу чем-то еще помочь… сэр? — неуверенно спросила женщина. — Разве что только одним, — в разговор вступила Ривер, положив сотовый Анжелы на стойку. — Как я и обещала, я возвращаю вам ваш сотовый. Стационарный телефон с вашей стойки находится в нашем номере на столе, его тоже можете забрать. Спасибо, что согласились пойти нам навстречу. Вы и доктор Картер помогли спасти две жизни.

Анжела снова неловко улыбнулась, продолжая размышлять о том, что заставило эту молодую девушку вести себя таким образом.

— Вы сказали… что я могу чем-то помочь, — напомнила она.

— Да, — кивнула Ривер. — Мы собираемся уехать из мотеля. И если вы не станете в следующую же минуту звонить в полицию и рассказывать о том, что здесь произошло, мы будем вам очень признательны. Знаю, у вас могло сложиться не лучшее мнение обо мне, о моей манере поведения и о том, в каком состоянии прибыл сюда Джеймс, — девушка бегло оглянулась на своего спутника, — но мы не преступники, Анжела.

Женщина тяжело вздохнула.

Она не знала, как поступит, как только эти люди покинут мотель. Гражданский долг призывал ее незамедлительно обратиться в полицию, однако по-человечески она понимала, что Ривер действительно была жутко напугана, когда приехала в «Белую Лилию», а ее спутник был тяжело ранен кем-то. Сами эти люди никому не навредили, они попросту хотели перестраховаться… так стоило ли о них сообщать? Сэм, надо думать, стал был отговаривать от этого. Он и отговаривал, когда Анжела предложила ему позвонить в полицию из одного из свободных номеров мотеля. Сэм высказался яро против этого и, казалось, искренне рассердился за одну эту мысль.

— Я не стану никому звонить, — смиренно кивнула Анжела. — По крайней мере, без необходимости.

— Если полиция явится сама и начнет расспрашивать, — тихо добавил Джеймс, устало глядя на женщину, — не подставляйтесь. В этом случае расскажите все, что видели.

— В общем, вы просите меня просто не проявлять инициативы, — понимающе кивнула Анжела.

— Мы были бы крайне признательны вам за это, — подтвердил Харриссон.

— Хорошо, — согласилась женщина.

Джеймс извлек из кармана куртки бумажник и рассчитался наличными за номер.

— Здесь больше, чем нужно, — смущенно проговорила Анжела.

— Мы и неудобств вам доставили больше, чем рядовые постояльцы, — Джеймс чуть пожал плечами, и лицо его напряглось от этого движения: видимо, недавняя рана отозвалась болью в ответ на беспокойство. — Спасибо вам за помощь.

Ривер смущенно кивнула Анжеле на прощание и первой направилась к выходу.

53

Валиант замер, прислушиваясь к себе. Вот уже не первый час он осматривал округу, стараясь понять, в какую точку местности тянет его призрачная тонкая нить связи с Ривер Уиллоу, яда в крови которой практически не осталось. Казалось, девушка находилась совсем рядом, но Валиант не мог понять, где именно. Погрешность его определения сильно увеличилась, и он осознавал, что чувства могут обманывать его, продолжая давать сигнал о том, что Ривер Уиллоу все еще находится в Гудленде. Он уже начал думать, что вместо связи с несостоявшейся зараженной у него осталось лишь желание отыскать ее именно в этом городке. Однако сейчас что-то изменилось. Казалось, тонкая нить связи натянулась и пришла в движение. Без сомнения, девушка двигалась, причем, Валиант мог определить точное направление по старому двадцать четвертому шоссе.

Она снова в пути. С Харриссоном. Они направляются в Арваду, набирают скорость, — твердил внутренний голос, и в правоте его не возникало сомнений. Валиант бросился вперед, являя собой призрачное размытое пятно для пролетающих мимо автомобилей. В какой-то момент он понял, что, несмотря на возможности своего организма, бег с такой скоростью — особенно при дневном свете — истощит его слишком быстро, а в теле и так осталось слишком мало резервов. Вылетев на дорогу, он резко развернулся, став лицом к приближающемуся автомобилю. В глазах его загорелся гипнотический синий огонь, и он мысленно приказал водителю стремительно несущейся на него машины остановиться, как только удалось установить зрительный контакт. До последнего момента Валиант не знал, сработает ли это, однако решил рискнуть, и, к его удаче, автомобиль, взвизгнув резиной, затормозил в нескольких футах от него.

Гипнотическое сияние угасло, позволив мужчине за рулем прийти в себя. Глаза его округлились от ужаса перед едва не произошедшей аварией. Крепко сбитый водитель с заметной плешью на макушке опустил окно своего «Мерседеса» и, грозя кулаком, завопил:

— Ты с ума сошел, приятель? Голосовать на обочине надо! Я же мог тебя сбить!

Валиант неспешно подошел к водителю и посмотрел ему в глаза, вновь применив гипнотическое сияние.

— Выходи, — скомандовал он.

Мужчина с залысиной несколько секунд просто смотрел на него, как завороженный, а затем медленно открыл дверцу и вышел на улицу, не в силах противостоять природной силе внушения вампира.

— Голосуй на обочине, — гипнотическим голосом продолжил Валиант. — В Рождество тебя кто-нибудь подбросит.

В следующий миг, продолжая сохранять зрительный контакт с жертвой, о крови которой мечтал его организм, Валиант сел на водительское сидение, закрыл дверцу и рванул с места, стараясь отбросить мысли о крови.

Даже в пасмурную погоду от дневного света чувствительные глаза щипало, однако Валиант старался заставить себя не думать об этом. Он набрал максимально возможную скорость и помчался вперед по старому двадцать четвертому шоссе, следуя за нитью, которая вела его к Ривер Уиллоу. На этот раз — он знал — у него получится все исправить. На этот раз он заставит себя выслушать. На этот раз все будет иначе.

54

Детектив Монро не успел толком появиться в участке, как его сразу же вызвали к капитану. Разговор состоялся не самый приятный: начальство требовало отчета о проделанной работе, интересовалось прогрессом в деле о похищении Ривер Уиллоу и расспрашивало, что за чертовщина произошла в «Мотеле Черного Дрейка» в Гудленде, где засветился проходящий потерпевшим по тому же делу Крис Келлер.

Стивен чувствовал себя ужасно глупо, понимая, что не может рассказать капитану ничего, кроме убогих обрывков своих домыслов. Большинство найденных им доказательств сводилось к фанатизму Джеймса Харриссона. Объясняя, каким образом Стивену удалось выйти на след этого человека, он прибегнул к максимально абстрактным конструкциям, стараясь попросту уверить капитана, что доказательства причастности Джеймса Харриссона к похищению Ривер Уиллоу у него есть.

Уже через несколько секунд Монро понял, что именно заставило его начальника так напрячься: оказывается, пока он ехал из Топики в Лоренс, обстоятельствами дела начала активно интересоваться проснувшаяся пресса. Произошла утечка информации о происшествии в «Мотеле Черного Дрейка», и теперь журналисты осаждали полицию вопросами, на которые необходимо было дать хоть какие-то вразумительные ответы, пока журналисты не начали брать участок штурмом. Разумеется, на них не подействуют просьбы не сеять панику среди населения в Рождество — прессе важно взбудоражить своих читателей, остальное для них незначительно.

Услышав имя подозреваемого, капитан воодушевился, пообещал взять общение с прессой на себя и велел сию же минуту объявлять Джеймса Харриссона в официальный розыск, особенно после того, как Монро сообщил, что связаться с этим подозрительным субъектом так и не удалось. Капитан решил, что сообщение об этом в новостях будет хорошим ходом для следствия. Стивен точки зрения начальника не разделял, считая, что действовать следует аккуратно, однако его возражения не были приняты всерьез. Капитан был уверен, что волнения, поднятые прессой, не только подарят следствию ценных свидетелей, которые смогут вывести на след преступника, но и заставят самого Джеймса Харриссона занервничать, что может привести к ошибке с его стороны. О судьбе похищенной Ривер Уиллоу начальник высказал лишь одно соображение: если Харриссон действительно фанатик, которому истово понадобилась эта девушка, он будет до последнего стараться сохранить ей жизнь; человек, который вполне может оказаться причастным к мотельной бойне, давно бы убил свою заложницу, если б захотел. Разубедить капитана в этом Монро не сумел, сколько ни старался.

Из кабинета начальства детектив вышел в подавленном настроении, понимая, что вскоре дело может принять совершенно непредсказуемый оборот. То, как обстоятельства раскрутят журналисты, могло весьма плачевно повлиять на действия Харриссона и на судьбу Ривер Уиллоу. Времени оставалось все меньше, а количество действующих лиц в этой истории только росло…

Звонок от напарницы застал Монро за поиском сведений о неизвестных личностях, фигурировавших в записанном разговоре Дрейка Талоса.