Наталия Московских – Последний (страница 47)

Запись оборвалась, и Стивен понял, что уже почти минуту не дышит.

— Ну как, детектив, помогло? — раздался из динамиков голос Тайрелла Грина. Монро вздрогнул и отдышался.

— Да. Спасибо, — отозвался он, понимая, что голос его предательски сел. — Продолжай слушать. Может, там будут еще важные разговоры.

— Предупреждаю, детектив, ни я, ни аккум моей малышки не сможем работать неделю напролет.

— Столько и не понадобится. Ладно, отбой. Я должен связаться с Грейс.

51

Остановившись у небольшой гостиницы «Убежище» на 732 по Седьмой Северной улице, Грейс Конвей посмотрела в зеркало, распустила светлые волосы, придавая им небрежный вид, и, оценив собственное уставшее лицо, решила, что вполне подходит на роль взволнованной подружки «пропавшего» Джонатана Твиста.

Войдя в гостиницу, она почти бегом направилась к стойке рецепции и, нарочито тяжело дыша, с мольбой уставилась на темноволосую женщину-администратора.

— Доброе утро, мэм, счастливого Рождества. Чем могу помочь? — вежливо поинтересовалась молодая брюнетка, на бедже которой было написано имя «Шелби».

— Я… — Грейс специально помедлила, окидывая взглядом простое убранство вокруг и не находя в нем ничего примечательного, в том числе видеокамер. — Я ищу кое-кого. Мой… друг, — она сделал многозначительный акцент на этом слове, — он пропал, я не могу найти его уже два дня. Мы должны были встретиться 23 декабря, но он так и не появился, не отвечает на звонки. Прошу вас, я обошла уже почти все возможные гостиницы в городе! Я уверена, случилось что-то ужасное… пожалуйста…

Шелби изумленно уставилась на Грейс и энергично закивала, приподнимая руки и призывая ее держать себя в руках.

— Успокойтесь, мэм, пожалуйста. Вы… вы пробовали обращаться в полицию?

— Пробовала! — отчаянно воскликнула Грейс. — Но, по-вашему, эти ленивые скоты будут что-то делать? Они отмахнулись от меня, как от назойливой мухи! Сказали, что свяжутся со мной, если что-то найдут, а между тем мне самой пришлось навязывать им вопросы, которые нужно задать. Они не найдут его, Господи, не найдут!..

Шелби сочувственно нахмурилась.

— Мэм, успокойтесь, — снова повторила она. — Давайте попробуем поискать вашего друга среди наших постояльцев? Когда он должен был приехать, вы говорите? 23 декабря?

Грейс поджала губы. В день аварии Твист точно был в Лоренсе, но в этот ли день он сюда приехал?

— Мы договаривались на 23 число, да. Но… может, он прибыл раньше? Господи, я чувствую, что с ним что-то случилось.

— Все будет хорошо, мэм, прошу вас, успокойтесь, — как заведенная, повторила Шелби, открыв свой журнал. — Как зовут вашего друга?

— Твист, — Грейс изобразила жалостливый всхлип. — Джонатан Твист.

Шелби, изучая журнал, заметно нахмурилась.

— Джонатан Твист, говорите? — переспросила она, поднимая глаза на посетительницу. Во взгляде Грейс загорелась искорка надежды, притом, она была совершенно искренней.

— Да…

— Знаете, 23 декабря ко мне пришел человек, забронировавший номер на имя Джонатана Твиста. Он не представился, сказал, что помогает своему другу устроиться в Лоренсе. А после оставил для него кое-какие вещи и оплатил номер вплоть до 26 декабря, но сам Джонатан Твист так и не появился. Я не трогала его вещи, так как номер оплачен, но…

— Вещи? — нахмурилась Грейс. — Что за вещи?

— Я подробно не изучала, мэм, но, по-моему, это просто одежда. Я предположила, что мистер Твист, возможно, путешествует налегке…

— Позволите взглянуть на эту одежду? — серьезно попросила Грейс, слыша, как собственный поддельно-взволнованный тон уступает место профессиональному интересу. — И, если можете, опишите человека, который к вам приходил, — чтобы не выйти из образа, она постаралась изобразить в своем взгляде искреннюю надежду на чудо. — Может быть, я его знаю…

Шелби изумленно посмотрела на то и дело меняющуюся в настроении посетительницу.

— Прошу вас, — жалостливо надавила Грейс, и собеседница кивнула, не желая снова успокаивать ее.

— Ну, он был… высокий, крепкий, со светлыми волосами, в строгом черном костюме. Чем-то напоминал секретного агента из кино, знаете, — на лице молодой женщины появилась нервная и немного виноватая улыбка. — Он не представлялся, я уже говорила? Боюсь, ничего о нем больше сказать не могу. Ой, нет, могу! Я заметила это, потому что мой отец был военным. У этого человека была, знаете, выправка. Ну, как бы это объяснить… определенная осанка на военный манер.

Описание не похоже на Джеймса Харриссона, но в деле снова человек с военной выправкой… может, сослуживец Харриссона? И ныне его сообщник? — размышляла про себя Грейс, пока Шелби подбирала верные слова для объяснения.

— Ясно. Спасибо вам, — улыбнулась она. — Так… позволите мне взглянуть на вещи? Прошу, это единственная, — она замялась, подбирая замену слову «зацепка», — нить, которая у меня появилась за два дня. Только здесь Джон оставил хоть какие-то следы. Позвольте мне на них посмотреть, мне хоть будет, что сказать в полиции. Умоляю.

Шелби кивнула и охотно согласилась.

— Я провожу вас в номер.

— Вы позволите мне побыть там одной… хоть несколько минут? Если нервы возьмут надо мной верх, мне будет очень неловко рыдать при вас над его вещами. Я просто не могу отделаться от мысли, что с ним что-то случилось, понимаете? — Грейс понадеялась, что сумеет окончательно разжалобить свою собеседницу, чтобы та позволила ей уединиться в номере и провести хотя бы беглый профессиональный обыск.

Шелби нахмурилась, однако все же кивнула.

— Я понимаю. Конечно. Думаю, вы вполне можете провести в номере несколько минут.

— Спасибо вам. Вы уже сделали для меня больше, чем вся полиция города!

Вскоре дверь номера 5 закрылась за Грейс Конвей, и детектив осталась одна в светлой комнате, в которой явно за эти два дня не появлялось постояльцев. Здесь было убрано и чисто. В глаза не бросалось никаких следов пребывания человека, который оставался бы здесь ночевать.

Грейс подошла к небольшому шкафу и распахнула дверь, готовясь к чему угодно. Внутри, однако, находилась лишь пара ботинок, черные носки, простые, чуть потертые Джинсы, темно-синий пуловер и кожаная куртка. Детектив Конвей нахмурилась, сунула руку в карман собственной куртки и натянула прихваченные медицинские перчатки. Осторожно, будто боясь испортить шедевр, она развернула джинсы и ощупала карманы: пусто. Сложив их так, как они лежали до этого, Грейс принялась обыскивать карманы куртки, и в них также ничего не нашла. Все вещи были новыми, с бирками сетевых магазинов, и, похоже, их так никто и не надел.

Черт, — досадливо фыркнула про себя женщина. Понимая, что Шелби вряд ли позволит ей слишком долго находиться в номере, Грейс убедилась, что оставила вещи в исходном состоянии, бегло осмотрела все возможные ящики, заглянула под кровать и приподняла ковер, но ее поиски успехом не увенчались.

Грейс сняла перчатки, убрала их в карман и досадливо вздохнула.

Джонатан Твист не появлялся в этом номере и, похоже, не собирался сюда приходить. Найти здесь какие-либо важные улики не представлялось возможным. Нужно было возвращаться.

Шелби ждала за дверью.

— Вы… что-нибудь узнали, мэм? — вежливо поинтересовалась она.

— К сожалению, меньше, чем хотела бы, — искренне ответила Грейс, поспешив натянуть благодарную улыбку. — Но все же чуть больше, чем в полиции. Спасибо вам за содействие. Вы очень помогли.

Шелби изумленно посмотрела на нее, похоже, не ожидая услышать слово «содействие» вместо «помощь», но предпочла ничего не говорить. Грейс кивнула.

— Если он объявится… — она вздохнула, придумывая, что сказать, вместо дежурной просьбы связаться в случае возникновения новых сведений по делу, — двиньте ему за меня по морде хорошенько.

На лице Шелби отразилось недоумение, быстро сменившееся нервной улыбкой.

— Жаль, что не смогла толком помочь вам.

— Вы помогли, — кивнула Грейс. — Спасибо.

Не говоря больше ни слова, она направилась к выходу, надеясь поскорее связаться со Стивеном. Чем ему могла помочь оставленная для Джонатана Твиста одежда, она не знала, но понимала: найденные ею вещи нисколько не противоречат безумной теории напарника.

52

Ривер и Джеймс появились у стойки управляющей, и Анжела встрепенулась, увидев их.

На лице Ривер появилась усталая, чуть виноватая улыбка. Девушка понимала, что вызывала у местной управляющей смешанные чувства: появившись в мотеле «Белая Лилия» с пистолетом наизготовку, она порядком напугала Анжелу и заставила ее фактически чувствовать себя заложницей. Но после знакомства с доктором Сэмом Картером обстановка стала чуть менее накаленной, и женщина немного успокоилась, однако Ривер все еще просила ее не пользоваться телефоном, и это невольно заставляло Анжелу пребывать в постоянном напряжении. Сэм Картер отчего-то стал на сторону Ривер и попросил свою подругу посодействовать девушке, выполнив ее просьбу. Возможно, лишь то, что Сэм отнесся к поведению Ривер столь спокойно, заставляло Анжелу сохранять самообладание. Однако она все еще не знала, как относиться к своим столь неординарным постояльцам.

Взгляд управляющей остановился на Джеймсе. Он все еще был бледен, выглядел больным и осунувшимся, и временами ему требовалось большое усилие, чтобы идти, не пошатываясь.

Заметив на себе взгляд Анжелы, он приветливо кивнул ей и заговорил первым.