Наталия Московских – Последнее знамение (страница 4)

– Так просвети меня.

Несколько мгновений Мальстен внушительно смотрел на Даниэля, а затем качнул головой и стремительно покинул хижину, как это сделала Аэлин меньше минуты назад.

Глава 3

Сельбрун, Крон.

Девятнадцатый день Сойнира, год 1490 с.д.п.

Киллиан Харт занес руку для стука в дверь кабинета Карла Бриггера, но в нерешительности опустил ее. С того дня, как он приехал сюда из Леддера и напросился на учебу с другими молодыми жрецами, глава Культа будто игнорировал сам факт его существования. Он не вызывал его к себе для беседы, не доносил ему новости о малагорской операции, не обсуждал с ним его персональные успехи.

По правде говоря, Киллиан был немного обижен на Бриггера, хотя с трудом признавался в этом даже самому себе. Задумываясь об этом, он толком не понимал, отчего решил, что Бриггер будет выделять его среди прочих. Можно подумать, ему и без того было недостаточно особого отношения – косых взглядов и тайных перешептываний – от лица других молодых жрецов. Они не оставляли без внимания ни одно его движение. Никто не старался сблизиться с ним, но он слышал, как его обсуждают. Молодые жрецы побаивались его, глядя на уродливый шрам на щеке, оставшийся после битвы со спарэгой. Но, казалось, куда больше их пугали ярко-желтые глаза Киллиана, которые изменили цвет после богомерзких экспериментов Ланкарта, превративших его в одним богам известно что. А еще Киллиан чувствовал, что ему завидовали: его приближенность к Бенедикту Колеру многим не давала покоя. Звание ученика великого палача Арреды поставило на нем клеймо, которое – он знал – уже нельзя будет смыть. Если бы это хоть немного компенсировалось особым отношением от главы Культа, Киллиан чувствовал бы какую-то справедливость, а так… он просто казался самому себе изгоем, и его единственной отрадой были усердные тренировки, которые на деле только подкрепляли его образ отшельника.

Киллиан вздохнул и вновь поднял руку, на этот раз постучав.

– Харт, это ты? – донесся до него скрипучий голос Бриггера. – Заходи.

Киллиан отворил дверь и вошел в серый скудно обставленный кабинет практичного старика. Бриггер неизменно сидел за столом, на котором были рассортированы различные бумаги. Киллиан вспомнил, как Бенедикт относится к бумажной работе, и едва удержал презрительный смешок. Того и глядишь, Культ превратится в рассадник бюрократии.

– Проходи, не стой в дверях. – Старик оторвался от бумаг и нетерпеливо указал на стул, стоявший прямо напротив его рабочего места. У стены стоял другой стул. Киллиан вспомнил, что в тот день, когда приходил сюда вместе с Бенедиктом, занимал именно его. Казалось бы, прошло так мало времени! А по ощущениям, миновала целая жизнь.

– И закрой дверь. Не устраивай моим старым костям испытание сквозняком, – проворчал Бриггер, когда молодой человек сделал шаг вперед.

Плотно закрыв дверь, Киллиан неспешно прошагал к стулу, на который ему указали, и сел. Внутри него вдруг всколыхнулась нетерпеливость, от которой он почти отвык. Ему казалось, что после экспериментов Ланкарта он хорошо научился ждать и жить в условиях неизвестности. Похоже, он поторопился с выводами.

– Вы посылали за мной, жрец Бриггер, – подтвердив свои слова кивком, сказал Киллиан, подталкивая старика начать разговор. – Не ожидал. С момента моего прибытия из Леддера вы и словом со мной не перемолвились.

– По-твоему, у меня есть время вести задушевные беседы с учениками? – Поредевшая бровь Бриггера медленно поползла вверх, тусклые глаза смерили молодого человека взглядом, вполне способным заменить гневную отповедь.

Киллиан прочистил горло, возвращая себе уверенность.

– Тем больше меня удивляет наша сегодняшняя встреча, – с деланным смирением произнес он. – Если вы вызвали именно меня, значит, вам есть, о чем со мной поговорить.

Это – первое, – хотел добавить он, но промолчал, решив не распаляться в диалоге с Бриггером. Не хватало еще вылететь из кабинета за наглость, так и не узнав, в чем заключалась причина вызова. Чем дольше Киллиан сидел здесь, тем больше волновался. Внутри него зарождалось и крепло какое-то недоброе предчувствие.

Бриггер хмурился и не начинал разговор, что заставляло тревогу Киллиана крепнуть.

– Да, – скрипуче и будто нехотя протянул старик. – Мне есть, о чем с тобой поговорить, Харт. Пришли вести из Малагории.

Киллиан вздрогнул и резко выпрямил спину, как будто ему в позвоночник вогнали длинный кол. Алчущими желтыми глазами он уставился на Карла Бриггера, немо умоляя его не томить, а тот, как назло, не спешил продолжать.

– И какие новости?

Бриггер глубоко вздохнул и заговорил медленно, с осторожностью подбирая слова:

– Малагорская операция с самого начала была очень рискованным мероприятием. Ты наверняка и без меня это понимаешь. – Он откашлялся. – И на данный момент кронское отделение Культа, открыто ее поддержавшее, предстает не в самом выгодном свете. Во всем Совете Восемнадцати сейчас волнения. поговаривают, что главная цель операции не достигнута. Бенедикт и его люди пропали со связи, от них не было никаких вестей. Было даже неизвестно, удалось ли им миновать пустыню Альбьир и дойти до Грата. К войскам Совета за время блокады Малагории обратились несколько сыновей прежнего царя. Наибольшую поддержку получил Амин Мала. Он долго пытался войти в Грат, но там был настоящий переполох, на подступах к городу случалось множество стычек разных отрядов, поддерживающих других претендентов на малагорский престол…

Киллиан слушал, но не мог сосредоточиться на деталях. Он чувствовал, что Бриггер блуждает вокруг да около и никак не подойдет к сути своего рассказа.

– На данный момент аркал Бэстифар шим Мала и его подельник Мальстен Ормонт считаются без вести пропавшими. Их тела не удалось обнаружить при осмотре гратского дворца…

Киллиан заерзал на стуле и не выдержал.

– А что с Бенедиктом? Он добрался до Грата? Если он еще в Альбьир, ему может быть нужна наша помощь…

Бриггер поморщился, словно от зубной боли и приподнял руку, останавливая поток слов молодого жреца.

– Тихо, не тараторь, Харт.

– Что с Бенедиктом? – настойчиво повторил Киллиан.

Бриггер глубоко вздохнул и покачал головой.

– Увы, Харт, у меня плохие новости.

Киллиана охватила дрожь. Он сжал руки в кулаки, пытаясь унять тремор.

– Он…

– Мертв, – на выдохе закончил за него Бриггер, прикрыв глаза. Несколько мгновений он сидел, не шевелясь, затем устало потер переносицу. – Ренард и Иммар тоже погибли. Была ожесточенная схватка в главной зале гратского дворца, там нашли множество других тел. Среди них были и малагорские дворцовые стражники, но Ормонта и Мала среди них не оказалось.

Киллиан понял, что уже полминуты не дышит. В висках у него застучало, слова Бриггера доносились до него глухо, словно он произносил их сквозь подушку.

– Для нас это означает провал операции, – продолжал старик. – И пусть Совет Восемнадцати пока не вменяет нам это в вину, на материке смута. К нам хлынуло множество малагорских беженцев, в разных городах начались беспорядки, с размещением людей проблемы, стольких рабочих мест не сыскать. Королевства не были готовы к такому наплыву. – Он покачал головой. – Пока саму Малагорию рвут на кусочки, внимание правителей приковано к этому процессу. Но когда стервятники поутихнут, все вспомнят, кто затеял весь этот переполох, и взгляды королей повернутся в нашу сторону.

Киллиан кивал невпопад, смотря перед собой.

– Должны будут полететь головы, Харт, – внушительно проговорил Бриггер. – И я вовсе не хочу, чтобы пострадавшей стороной оказалось наше отделение. Я предупреждал Бенедикта, что, если операция будет провалена, я не поручусь за него перед Советом. Ты понимаешь, что я тебе говорю?

Киллиан кивнул, хотя он и не понимал слов Бриггера. Не понимал, к чему ему подробности ссор этих падальщиков. У него не укладывалось в голове одно треклятое слово, сказанное старшим жрецом.

Мертв.

Оно могло быть произнесено в адрес кого угодно, но не Бенедикта Колера. Не этого великого человека, который почти четверть века выходил сухим из воды. Не может быть, чтобы там, за Большим Морем его забрала Рорх. Не может быть, чтобы…

– Харт! – окликнул Бриггер, помахав перед лицом Киллиана рукой. – Мне жаль, что приходится сообщать тебе это все вот так, но у меня просто нет другого выбора. Надеюсь, ты понимаешь.

– Конечно, – бесцветно произнес Киллиан. – Я могу идти?

Карл Бриггер откинулся на спинку своего стула и громко выдохнул.

– Можешь. – Он досадливо покачал головой. – Похоже, боги благоволят тебе. Иначе они бы позволили Бенедикту взять тебя с собой.

Киллиан поднялся со стула, рассеянно кивнул и вышел из кабинета.

Глава 4

Серокаменные коридоры кронского отделения Культа сливались в непроходимый холодный лабиринт. Ноги ступали по полу, заплетаясь и обессиленно шаркая. Киллиан шагал, иногда натыкаясь на стены, и не разбирал дороги. Да и, по правде говоря, ему было все равно, куда теперь идти. Все происходящее внезапно потеряло для него смысл. Разговор в кабинете Карла Бриггера казался кошмарным сном, Киллиан был уверен, что вот-вот проснется и все обернется для него мороком Заретта. Не могло же и в самом деле случиться непоправимого. Ведь не могло?..

Третий этаж здания окутывал Киллиана тишиной. Комнаты молодых жрецов пустовали: все были на занятиях. Киллиан брел по коридору в одиночестве, слыша, как его шаги эхом отскакивают от стен, которые словно были готовы прийти в движение и раздавить неприкаянного юношу.