Наталия Московских – Обитель Солнца (страница 133)

В доме никого не оказалось, однако с улицы доносился какой-то стук. Мальстен, нахмурившись, вышел на улицу и поежился от влажного холода.

— Аэлин? Тео? — позвал он.

Стук оборвался. Через несколько мгновений долговязый аггрефьер с выражением искреннего изумления на лице показался из-за дома. В руках у него был молоток, который он причудливо обвивал тремя длинными пальцами.

— Мальстен? — Оклик сопроводил клокочущий горловой звук. — Глазам не верю! Ты… ты очнулся?

Данталли рассеянно кивнул.

— Похоже на то. Тео, как я здесь оказался? Последнее, что я помню, это резню в гратском дворце.

— Я знаю, что произошло, — прервал его аггрефьер. — Мне рассказала твоя охотница. — Он огляделся по сторонам и поспешил добавить: — Ее здесь нет, кстати, если ты ее ищешь.

Мальстен нахмурился.

— Нет? Когда она вернется, не говорила?

Аггрефьер пожал плечами.

— Я так понял, что никогда, — туманно заметил он. — Она оставила тебя здесь и в тот же вечер ушла. Рассказала, что ее отец погиб, пытаясь освободить тебя из ловушки Красного Культа.

Оба сердца Мальстена болезненно сжались. Это было чистой правдой: Грэг погиб, пытаясь спасти его.

— Аэлин ушла… поэтому?

— Она не говорила, почему, как надолго и куда уходит, — вздохнул Теодор. — Просто попросила присмотреть за тобой. Почему-то была уверена, что ты очнешься, а я не верил. — Аггрефьер говорил с явной досадой, махнув молотком в трехпалой руке. — Даже гроб для тебя решил сколотить на всякий случай. Слишком уж слабо верилось, что ускользнувший после расплаты данталли может вернуться к жизни.

Обыденность этого замечания заставила Мальстена нервно усмехнулся.

— Очень… гм… заботливо с твоей стороны.

Теодор покорно склонил голову. Мальстен оценивающе посмотрел в сторону леса.

— Тео, а Аэлин… давно она ушла?

Аггрефьер перемялся с ноги на ногу.

— С неделю… точно не могу припомнить, Мальстен. Здесь все дни, как один.

— С неделю? — Мальстен оторопел. — Хочешь сказать, я здесь уже неделю?

— Около того, — пожал плечами Теодор. Казалось, расспросы начинают раздражать его.

— Ясно.

Мальстен решительно развернулся. В комнате, где он очнулся, он не обнаружил никаких вещей. Стало быть, их при нем не было. Тем лучше: не придется тратить лишнее время на сборы.

Теодор встрепенулся и подался в его сторону.

— Постой! Куда ты собрался?

— Я должен найти Аэлин, — кивнул Мальстен, продолжая двигаться к лесу.

— Но как ты будешь ее искать? И… проклятье, Мальстен, ты ведь только очнулся! Уже закат, подожди хотя бы до утра! — Теодор остановился и, издав нервный клекот, выкрикнул: — Ты все равно вряд ли ее найдешь!

Мальстен остановился и обернулся. Взгляд его сделался угрожающе подозрительным.

— Что ты хочешь этим сказать?

Аггрефьер мигнул, полупрозрачное третье веко дернулось, взгляд невольно опустился на ладони данталли, словно в попытке разглядеть невидимые черные нити. Теодор чуть сильнее поджал длинные руки и соединил подушечки когтистых пальцев.

— Я ведь… слышу мысли, Мальстен… ты знаешь.

— И что же ты услышал в мыслях Аэлин?

Теодор издал клокочущий звук.

— Она не хочет тебя видеть. Не после того, что произошло. Поэтому она и ушла, оставив тебя здесь. Не думаю, что она хочет, чтобы ты ее нашел.

Мальстен опустил взгляд. В словах аггрефьера был здравый смысл, однако верить в это не хотелось.

Если уж ты привык быть азартным и играть по-крупному, умей рисковать, — вспомнились ему слова Сезара.

— В таком случае я хочу услышать это лично от нее. Если она скажет мне то же самое, я исчезну из ее жизни. Но для начала я найду ее.

Несколько мгновений Теодор молчал, затем махнул длинной рукой в сторону леса.

— Что ж, она пошла в том направлении, если это как-то поможет. Понятия не имею, куда она собиралась. В ее мыслях я на этот счет ничего не услышал: возможно, она и сама еще не решила, где осядет.

Мальстен чуть улыбнулся и кивнул.

— Этого достаточно. Спасибо, Тео. За все.

— Да, — помялся аггрефьер.

Мальстен не стал задерживаться и поспешил в указанном направлении. Неделя — большой срок, но он сделает все, чтобы найти Аэлин Дэвери.

Аэлин продолжала попытки сдвинуть крышку гроба так, чтобы выбраться. Приходилось останавливаться, потому что земля проникала сквозь щель, попадала в глаза, горло и нос, вызывая удушье. Стараясь действовать методично и осторожно, Аэлин работала, сколько могла. Она понятия не имела, сколько времени прошло, но явно не один час.

На сознание постепенно давила подступающая сонливость, хотелось зевнуть, но Аэлин держалась, сколько могла, чтобы не расходовать и без того малое количество воздуха, которое у нее осталось. Когда зевота все же брала верх, воздух казался особенно спертым.

Времени мало, — панически стучало в голове Аэлин, а она понимала, что толком не продвинулась к своей цели.

Отгоняя подступающее отчаяние, она продолжила сражаться с крышкой гроба, понимая по набирающей силу сонливости, что воздуха почти не осталось.

Дезмонд предпринял еще одну попытку выбраться на основной тракт, однако через три часа пути остановился, заподозрив, что возвращается к жилищу аггрефьера. Он никогда прежде не встречал этих существ и не горел желанием делать это сейчас.

Однако, если я и дальше буду плутать в Сонном лесу, придется идти к этому… аггрефьеру, чтобы спросить дорогу у Аэлин. Если она, конечно, не ушла оттуда. Боги, помогите мне!

Когда рыжие лучи закатного солнца пустили блики сквозь прорехи между облысевшими деревьями, Дезмонд вдруг заметил впереди чью-то фигуру. Издали он не различил черты лица, но Малагория научила его определять людей по походке… и в идущей ему навстречу фигуре он безошибочно узнал Мальстена Ормонта.

Быть того не может… — остолбенел Дезмонд. В нем всколыхнулся необъяснимый страх, заставивший его шмыгнуть за ближайшее дерево. Новая мысль заставила настороженность возрасти: — А почему он здесь один?

— Эй! — окликнул Мальстен и поспешил к укрытию Дезмонда. — Погодите! Я хотел лишь кое-что спросить!

Дезмонд понял, что Мальстен его не узнал. Впрочем, остатки манипуляций Левента до сих пор делали его издали неузнаваемым. Только при ближайшем рассмотрении становилось ясно, что черные волосы светлеют у корней, а на лице пробивается золотистая бородка.

Решив, что скрываться глупо, Дезмонд вышел из своего укрытия и обреченно предстал перед анкордским кукловодом, продолжая глядеть на него с опаской.

— Дезмонд? — изумился Мальстен, окидывая своего знакомца с ног до головы изучающим взглядом. — Боги, это ты? Поверить не могу! Как ты здесь оказался?

Дезмонд недоверчиво покосился на него.

— Спрашивает у меня данталли, который только что вернулся с теневой стороны, — хмыкнул он, опасливо отступив на шаг. Мальстен проследил за его движением и понимающе кивнул.

— Ты, выходит, всю неделю был где-то поблизости, раз знаешь, что я вернулся только что, — сказал он. Дезмонд напряженно прищурился.

— Неделю? — переспросил он.

Мальстену передалась его напряженность. Что-то в том, как Дезмонд задавал ему вопросы, было что-то неправильное.

— В чем дело? — спросил Мальстен. — Ты смотришь на меня так, будто не веришь, что это вообще я. — Он потер переносицу. — Впрочем, можешь не верить, если угодно. Скажи вот, что: ты не знаешь, в какую сторону ушла Аэлин? И давно ли?

Дезмонд недоуменно склонил голову.

— Это ты мне скажи, где она! — обличительно воскликнул он. — Настоящий Мальстен Ормонт здесь без Аэлин бы не показался после всего, через что она прошла, чтобы привезти тебя сюда!

Оба сердца сбились с ритма от этого заявления.