Наталия Московских – Еретик. Книга первая (страница 55)

Элиза вздохнула, пожав плечами.

– Знаю, – кивнула она. – Идемте.

На лице девушки мелькнула досада. Она была уверена, что, если бы Вивьен пришел один, без Ренара, он рассказал бы ей все без утайки. Но его друг был большим приверженцем инквизиционных правил, поэтому вряд ли бы одобрил разговоры о работе в доме лесной ведьмы. Чудом было уже одно то, что к Элизе он относился с явной добротой и терпимостью. Как и к ее сестре, несмотря на ее странный отказ.

Сейчас Рени – словно она чувствовала, что ей не стоит здесь появляться – не было в гостях у сестры, хотя в дни танцев у костра она почти всегда приходила к нужному времени. Сегодня же она решила остаться дома и известила об этом Элизу перед тем, как та собиралась отправиться в город за покупками.

– Садитесь, у меня как раз есть горячий отвар. – Она повернулась к Вивьену. – Он мягко успокаивает. Думаю, тебе будет полезно.

Вивьен закатил глаза и недовольно сложил руки на груди, но спорить не стал. Элиза, похоже, задалась целью вернуть ему нормальный сон. С тех пор, как узнала о его бессоннице и о кошмарах, она ненавязчиво испробовала уже несколько снадобий, пытаясь найти тот самый верный рецепт, который помог бы Вивьену проваливаться в спокойный сон без сновидений. Пока толку от этого не было, но Элиза не собиралась оставлять попытки, а Вивьену не было резона сопротивляться, хотя излишняя забота о его – как он считал – несущественном недуге заставляла его чувствовать себя неловко.

– Успокаивающего отвара и я бы с удовольствием выпил, – буркнул Ренар, нахмурившись сильнее прежнего. Вивьен внимательно посмотрел на него и осознал, что впервые видит друга в таком странном настроении. Несмотря на внешнюю непроницаемость, он был довольно сильно возбужден, его что-то тревожило, не давало ему покоя.

– Я и не собиралась тебя обделять, – непринужденно улыбнулась Элиза, разливая напитки по глиняным кружкам. – Просто подумала, что для тебя главное вкус, а не успокоительное действие. Ты ведь, вроде, не страдаешь плохим сном. Или страдаешь?

Элиза растерянно перевела взгляд на Вивьена, и тот лишь едва заметно качнул головой. Он не знал, что сказать ей о состоянии друга.

Ренар поник головой и не отвечал. Элиза несколько мгновений напряженно наблюдала за ним, а затем попробовала сменить тему:

– Сегодня я ходила в город за покупками, – улыбнувшись, сказала она, протягивая отвар своим гостям и принимаясь разворачивать подаренный Вивьеном сверток с печеньем. – Невольно вспомнила день, когда мы познакомились. Кто бы только знал, что та встреча может обернуться вот так…

Вивьен неловко улыбнулся, а Элиза с наслаждением откусила кусок печенья, суетливо отерев губы от крошек.

– Действительно, уму непостижимо, – недовольно пробубнил Ренар, делая глоток отвара. Он никак не отозвался о его вкусе, хотя Элиза и ждала от него какого-то комментария. Вивьен нахмурил брови и послал Ренару немой укор.

Элиза выглядела растерянной.

– Я что-то не то сказала? – непонимающе качнула головой она.

Вивьен поспешил успокоить ее:

– Вовсе нет. Ты здесь ни при чем. – Голос его звучал мягко, но во взгляде, устремленном на Ренара, с каждым мгновением усиливался укор. – Ты, похоже, в совсем дурном настроении, мой друг. Возможно, нам не стоило приходить сюда и наводить тоску.

Ренар вскинул на него взгляд, в котором сверкнула искра злости и обиды.

– О, ты думаешь? – ядовито процедил он.

Вивьен помрачнел.

– Пожалуй, нам лучше уйти, – сказал он.

Элиза непонимающе переводила взгляд с Вивьена на Ренара и обратно.

– Что происходит? – спросила она. – Я же вижу, у вас что-то случилось.

– Действительно. Что происходит? – с нажимом спросил Вивьен, обращаясь к Ренару.

– Мы оплошали, вот, что происходит. В который раз уже! – вдруг пылко выкрикнул Ренар.

– Вот именно, что не в первый, – искренне удивившись, что друг заговорил об этом в присутствии Элизы, отозвался Вивьен. – Поэтому стоило бы привыкнуть к неудачам. Когда-нибудь мы выйдем на него, наберись терпения. И если ты хотел поговорить об этом, то нам точно не стоило приходить сюда.

Ренар внезапно ожег друга взглядом.

– Нет, я хотел поговорить об этом здесь! С кем-то кроме тебя, потому что иногда мне кажется, что ты даже радуешься этим нашим провалам в поисках! Для тебя же никогда не было разницы, еретик человек или нет, если он тебе дорог!

Вивьен резко выдохнул. Слова друга показались ему горячей пощечиной.

– Не надо так говорить, – тихо произнес он. – Я хочу поймать его не меньше, чем ты. Не забывай: он предал не только тебя.

Ренар потер лицо рукой, и Вивьен заметил, что рука его чуть подрагивает. Что-то другое, похоже, заставляло его так сильно нервничать. Не могло дело быть только в Анселе.

– Прости, – тихо отозвался Ренар. – Я поэтому и сказал про отвар с успокаивающим действием. Я устал, – сокрушенно признался он. – Устал терпеть неудачи. Уже больше двух лет, Вив! Больше двух лет мы его ищем. Но что бы мы ни делали, Ансель всегда умудряется ускользнуть.

Элиза вдруг вздрогнула и задержала дыхание. Взгляд Вивьена немедленно обратился к ней, и он заметил, что девушка начала бледнеть.

– Элиза? – окликнул он, поднимаясь со скамьи. – Что с тобой?

– Как… как Ренар назвал того человека?.. – едва слышно пробормотала Элиза, когда руки инквизитора заботливо легли ей на плечи. – Он сказал «Ансель»? Этого же не может быть…

Вивьен качнул головой.

– Ты что-то знаешь о человеке с таким именем?

– Я… – Она беспомощно посмотрела на него, как будто готова была умолять, чтобы он не развивал и не поднимал эту тему. – Не знаю. Возможно, это не тот человек. – Она нервно усмехнулась. – Мало ли людей с таким именем ходит по миру?

Вивьен прищурился.

– Его зовут Ансель де Кутт.

Он внимательно следил за ее реакцией. Уголки губ дрогнули. В глазах вспыхнула сначала искорка ненависти, затем показался целый омут боли. Руки непроизвольно дернулись в попытке сжаться в кулаки, хотя она и удержалась от этого. Казалось, она готова одновременно заорать, как раненый зверь, и зашипеть, как ядовитая змея – с ее лицом произошли существенные перемены за какую-то долю мгновения.

– Ты знаешь его, Элиза. И не пытайся лгать, что это не так. – Тон Вивьена вдруг переменился. Он заговорил более требовательно, более жестко и бесстрастно. Как будто Элиза из любимой женщины резко превратилась для него в обвиняемую на допросе.

– Вивьен. – Глаза ее блеснули от слез. – Не надо, пожалуйста…

Ренар изумленно наблюдал за развернувшейся картиной, не решаясь произнести ни слова. Вот уж где он никак не ожидал найти след Анселя.

– Элиза, я всегда с уважением относился к твоей истории и к твоей жизни. С самого первого дня нашего знакомства я позволял тебе хранить столько тайн, сколько тебе бы хотелось. Но сейчас все иначе. Этот человек – преступник. Еретик, натворивший немало бед.

– Я знаю, – необычайно низким, пропитанным ненавистью голосом отозвалась Элиза. Вивьену уже доводилось слышать от нее такой тон, это было в день их знакомства, когда он спросил ее о ереси.

– Стало быть, ты обязана рассказать нам все, что тебе известно. Прости, но на этот раз я должен услышать все до последней детали. Я, разумеется, не стану допрашивать тебя по всей строгости – понадеюсь на твою честность. Но если узнаю, что ты чего-то недоговариваешь, мне придется говорить с тобой иначе. Это мой долг, и это очень серьезное дело.

Элиза нехорошо улыбнулась.

– О, нет, я не позволю этому человеку причинить зло еще и лично мне одним тем, что я что-то утаила о нем. Я расскажу все. – Ее глаза сверкнули. – Я расскажу все, что знаю о нем и о людях, которые из-за него встретили смерть. Но я прошу вас кое о чем взамен. – Она внимательно вгляделась в лицо Вивьена, а затем и в лицо Ренара. – Вы тоже расскажете мне то, что знаете. Я вижу, что вас с ним также многое связывает. Я прошу вас о взаимной честности, раз уж я открою вам то, что причинило мне самую большую боль в жизни.

Вивьен переглянулся с Ренаром. На размышление не ушло и мгновения.

– Хорошо, – вздохнул он.

Элиза присела на кровать, и Вивьен опустился рядом с ней. Казалось, она резко стала более хрупкой и ранимой. Она обхватила себя руками, взгляд замер на неопределенной точке пространства, а лицо показалось осунувшимся и уставшим. Вивьен с горечью осознавал, что сейчас Элиза откроет ему нечто очень личное и болезненное, а он не сможет быть до конца честным в ответ – ни с ней, ни с Ренаром.

– Должна предупредить, – упавшим голосом сказала Элиза, – это будет очень долгий рассказ.

– Впереди вся ночь, – бесстрастно отозвался Ренар, пододвигая скамью поближе к кровати. – Рассказывай.

Элиза вздохнула. Она так надеялась, что ей больше никогда не придется об этом вспоминать.