Наталия Фелиз – Ангел следующей эпохи (страница 6)

– Вот кто-то и проснулся, – услышала Ева рядом с собой знакомый веселый голос.

– Как вы смеете! Немедленно поставьте меня!

Девушка кричала, брыкалась и извивалась, как могла, однако громилу это, казалось, совершенно не беспокоило. Он лишь изредка поправлял свою ношу, чтобы та не скатилась с его плеча, и иногда шикал, но как будто просто потому, что это следовало бы делать в данной ситуации. А со стороны это и вовсе выглядело так, словно великан несет рюкзак, лямка которого то и дело скатывается с плеча, а он ее автоматически поправляет, раздраженно что-то бурча себе под нос.

Спустя какое-то время Ева решила сменить тактику (да и набраться сил для нового сражения) и стала упрашивать, предлагать вознаграждение, даже выдавила из глаз пару слезинок. На что отреагировал лишь весельчак, в голосе которого звучало беспокойство, когда он наклонился к ней и спросил:

– У тебя что-то болит? Может, ты устала…

– Устала! – не выдержала тогда девушка и сверкнула глазами, полными праведного гнева. – Устала от того, что вы думаете, будто вам все позволено! От того, что вы делаете, что хотите! Устала видеть ваши лица! Устала, устала, устала! Немедленно отпустите меня, слышите!!!

Ева с удвоенной силой обрушилась с побоями на непробиваемого верзилу, проигнорировав обиженный взгляд молодого человека, беспокойство которого явно было искренним, но совершенно не к месту. И вообще, она не собиралась менять свое (весьма нелестное) мнение о шайке в целом и о каждом из преступников в частности. Но и эта попытка вырваться из лап великана результата не принесла. Так что она вновь изменила стратегию.

Осознав, что злость не помогла ей справиться с соперником, Ева решила пустить в ход упрямство и заговорила. Она вещала обо всем и ни о чем. Рассказывала все, что приходило ей в голову, разбавляя свой монолог глупыми шутками, песнями, загадками, которые сама же и разгадывала, и риторическими рассуждениями. Она не умолкала ни на секунду, словно сломанное радио, уверенная в том, что доведет пусть не громилу, но кого-то из этой компании до точки кипения, которая заставит их действовать… И ведь получилось же!

Ева с вызовом смотрела в глаза грубияну, с нетерпением ожидая следующего его шага. Приблизившись к девушке буквально вплотную, он больно дернул ее за волосы и глухим – то ли от переполнявшей его ярости, то ли из-за неизменной черной повязки, закрывающей половину лица, – голосом произнес:

– Не играй с огнем, девочка. А то ведь я могу забыть об обязанности защищать тебя…

– Защищать меня? – удивленно переспросила Ева, разводя руками. – Ах, вот как это называется!

– Эд! – раздался стальной голос лидера, и грубиян, разжав пальцы, освободил волосы девушки из тисков и вернулся в строй.

Но от Евы не так просто было отделаться, и она вновь заколотила по спине великана:

– Отпустите меня немедленно! Слышите?! Сейчас же!

Выкрикивая последние слова, она сорвалась на визг и потому не сразу поняла, что ее голос сливается с каким-то скрежетом. Когда она замолчала, этот звук еще продолжался. Тогда Ева подняла голову и посмотрела в ту сторону, откуда раздавался визг.

По проезжей части с огромной скоростью мчался синий автомобиль. Ему навстречу прямо на дорогу выбежал крохотный щенок. Он хотел перебежать на другую сторону, но заслышав рев мотора, испугался и замер на месте, дрожа всем крохотным тельцем. А машина все продолжала мчаться на несчастное животное, увеличивая скорость.

«Нет» – заклокотало внутри у Евы, она почувствовала нарастающую боль в груди, готовую в любой момент вырваться наружу. В глазах защипало, все тело неожиданно сковала неимоверная тяжесть, а голова наоборот стала какой-то легкой. Погрузившись в это странное состояние, Ева протянула руку к щенку, словно могла защитить его от неминуемой страшной участи одним лишь желанием, и все же выпустила из груди крик, переполненный отчаянием и злостью:

– Неееет!!!

***

– Вы это видели?! – воскликнул Бум.

Все произошло так быстро, что если бы это увидел кто-то один, то скорее всего не поверил бы собственным глазам. Но очевидцами оказались все, кроме Бума.

Как только девушка опустила руки и безжизненно обмякла на плече державшего её солдата, все ее тело озарилось слабым свечением. Легкий ветерок поднял вверх ее волосы, увеличивая их длину вдвое и окрашивая серебром.

В это же самое время Бум заворожено следил за тем, как мчавшаяся машина, будто споткнувшись обо что-то на ровном асфальте, уперлась «носом» в дорогу, а затем несколько раз перевернулась в воздухе и, описав какую-то немыслимую дугу, исчезла в кювете.

– Может быть им надо помочь? – обратился молодой солдат к товарищам.

– Пусть им поможет кто-то другой, – ответил за всех капитан, кивая в сторону дороги, по которой они двигались. – Уходим.

Все солдаты беспрекословно последовали за своим командиром, и только Бум остался стоять на месте, глядя туда, где, по его мнению, должна была находиться покалеченная машина. Во вновь наступившей ночной тишине, как гром среди ясного неба, вдруг раздалось жалобное поскуливание. Щенок остался целым и невредимым, он преодолел опасную зону, но достигнув цели, видимо, не знал, куда идти дальше. Сжавшись в маленький комочек, он опасливо озирался по сторонам и дрожал.

Бум приблизился к малышу и, опустившись перед ним на корточки, погладил по голове.

– Привет, счастливчик! Если бы ты только мог представить, как тебе недавно подфартило, то не был бы сейчас таким грустным.

Щенок доверчиво лизнул ладонь молодого человека и сделал пару неуверенных шажков в его сторону.

– Ты хочешь пойти со мной? – улыбнулся Бум. – Я бы хотел тебя взять, да боюсь, остаться со мной для тебя будет все равно, что быть бездомным… Или даже хуже. Но, знаешь что, я тебя не брошу! Попробую помочь тебе обрести семью. Иди ко мне, малыш.

Бум поднялся на ноги, прижимая к груди маленький теплый комочек, и бросил взгляд на спины быстро удаляющихся от него товарищей. Сделав один лишь шаг в их сторону, боковым зрением он неожиданно заметил движение с противоположной стороны дороги и замер на месте. Через минуту из темного кювета на освещенную автостраду друг за другом выбрались пять человек. Все они были ранены. Кто-то тяжело, у кого-то были просто кровавые ссадины на лице. Но все решительно направлялись обратно к дороге. И только достигнув своей цели, уперлись холодными взглядами в одинокую фигуру напротив. Бум не смог понять, как они настроены – разгневаны ли тем, что он просто смотрел и не пришел им на помощь или испуганы случившимся и все еще надеются на какое-то участие с его стороны… Так или иначе, все эти предположения были в равной степени неверны.

Все пятеро, не обращая внимания на свои раны, какими бы серьезными они ни были, достали из карманов пистолеты и навели их на спины удаляющихся солдат.

Бум тут же сорвался с места. В руках он по-прежнему держал щенка, поэтому самое большее, на что он был сейчас способен – это оповестить остальных об опасности:

– Они вооружены! Берегитесь!

Солдаты отреагировали моментально – в их руках тут же оказалось собственное огнестрельное оружие, нацеленное на врагов. Те неминуемо приближались, и угроза перестрелки их, казалось, ничуть не смущала.

– Что с голограммой? Почему они нас видят? – спросил капитан у Шифта, ни на секунду не отрывая глаз от пистолетов в руках у нежданных гостей.

– Они нас не видят, – задумчиво произнес хакер, стуча пальцами по сенсорной клавиатуре. – Скорее чувствуют, как ищейки.

– Самоубийцы, – сказала Эд и сняла оружие с предохранителя.

– Двое серьезно ранены, у одного лишь царапина, – объявил Бум, врываясь в кольцо солдат, в центре которого был Русь с бесчувственно болтающейся девушкой на плече.

– Трое ранены, – поправил Шифт. – У того, что идет последним, жизненные показатели близятся к нулю. Остальные готовы к атаке.

– Отлично. Тогда повоюем, – отчеканил капитан и первым открыл огонь: он выстрелил в того, что был слабее всех. Тот упал на асфальт, держась за раненое плечо, но через минуту вновь встал на ноги и все пятеро ринулись в атаку. Да с такой резвостью и пылающим безумием в глазах, что сложно было поверить в их раны.

– Что за чертовщина! – воскликнула Эд. – Они люди вообще или кто?!

– Совершенно точно люди! – ответил хакер, сканируя противников в компьютере. – В их крови в немыслимом количестве присутствует какое-то вещество, что-то вроде наркотика, благодаря которому они так себя ведут…

– Черт! – выругалась Эд, едва увернувшись от пули, пролетевшей в паре сантиметров от ее лица.

– Они не чувствуют боли, – продолжал объяснять Шифт. – Их энергетический тонус, вопреки жизненным показателям, сейчас равен коэффициенту силы всех супергероев вместе взятых…

– Ну, супер… – протянула Эд, обводя оценивающим взглядом противников.

– При этом их сознание как будто не принадлежит им. Они словно под гипнозом. Делают то, что им было приказано, пока не завершат свою миссию.

– Прямо, как мы, – присвистнул Русь, снимая Еву с плеча и взяв её на руки, как обычно держат ребенка, чтобы было удобнее защищать ее от пуль.

– Точно, – кивнула Эд, срывая с лица платок и прицеливаясь, – только они тупее.

Прозвучала пара выстрелов. Обе пули попали точно в цель. Но противник по-прежнему мчался прямо на нее, ни на мгновение не сбавляя хода. Тогда она вновь обратилась к хакеру: