Наталия Фелиз – Ангел следующей эпохи (страница 4)
– Простите, кэп, но девчонки нет. И я подумал, что Вы…
– Что?
– … что Вы должны знать.
– Повтори-ка еще раз, что ты сказал?
– Девчонки нет. Ни в подъезде, ни в квартире… Нигде.
– Что?!
– Что вы тут зависли? – раздался голос за их спинами. – Куколки упорхнули, давайте двигаться в обратку.
– Это правда? – переспросил капитан у хакера, ни на секунду не отрывая глаз от Бума, который принес ему нерадостную весть.
Шифт перепрыгнул через локации на экране монитора и согласно кивнул:
– Верно. Исчезли.
– Тогда в погоню.
– Чего? Зачем нам их догонять?! Мало что ли разрядов получили? – не поняли только что прибывшие солдаты, которые были не в курсе упущения команды, но все же последовали за остальными.
ГЛАВА 2
Как только двор остался позади, Ева остановилась и задумалась. Она по-прежнему собиралась обратиться в полицию. В конце концов, кто-то же должен оплатить замену окон в квартире. Но бежать в ближайший участок уже не казалось ей такой уж удачной идеей. К тому же, она в принципе не знала, где он находится. Если бы Ева не оставила телефон дома, она могла бы вызвать наряд, но сегодня, вдобавок ко всем прочим бедам, наверное, впервые за все время ее знакомства со смартфоном, она оказалась с ним разлучена. Это была еще одна причина возненавидеть тех наглых телевизионщиков. Не слишком ли много они стали себе позволять, пользуясь той печальной статистикой, что теперь каждый второй хочет легкой популярности. Но ей-то это все не нужно, а теперь еще придется терпеть всякие допросы, следственные дознания и чем там еще занимаются правоохранительные органы… Как бы то ни было, Ева была намерена заставить наглецов ответить за то, что впутали ее во все это.
Девушка огляделась по сторонам, уверенная, что сможет попросить телефон у любого прохожего. Но с удивлением обнаружила, что в округе не было ни единой живой души, кроме нее самой. Неужели люди поверили разыгранному спектаклю и попрятались в своих квартирах, за семью замками, установленными на стальных дверях?
Но Ева и не думала сдаваться. Она направилась к центральной улице – более многолюдной и оживленной.
Девушка не бежала, но шла быстро. Ей было не страшно, но инстинкт самосохранения недвусмысленно подсказывал, что надо поторапливаться. И не зря. Когда до нужной улицы оставалось буквально метров сорок, за спиной ее раздалось оглушительное шипение. Оглянувшись, она увидела черные клубы дыма прямо напротив своего дома.
В широко распахнутых глазах Евы на миг отразилось вздымающееся к небу пламя. В душе шевельнулось сомнение. Прикусив в задумчивости губу, она взглянула на хорошо просматриваемую с этого места улицу, по которой все так же спокойно прогуливались люди, смеясь и обсуждая какие-то свои лишь им понятные темы. Вроде бы прохожих не беспокоили поднимающиеся к небу огненные языки, они как будто вовсе их не видели или предпочитали не замечать, потому что только так можно было и дальше наслаждаться этим приятным летним днем.
Сердце девушки забилось с удвоенной силой, и она, сорвавшись с места, побежала. Её целью была не многолюдная улица, а неприметный склад с продуктами, к которому подъехал грузовик со свежим товаром. Пока водитель и сотрудник магазина обменивались анекдотами, стоя у кабины, Ева запрыгнула на помост, перешагнула его и оказалась в холодном складском помещении, заставленном коробками и ящиками. Пользуясь тем, что никто ее не заметил, девушка юркнула в укромный уголок и притаилась.
Рабочие трудились быстро и слаженно. Они живо перенесли из грузовика с десяток упаковок питьевой воды, сложили все в противоположном от ее укрытия месте и ушли. Иначе обстояли дела у менеджера и водителя фуры. Оба никак не могли наговориться и расстаться. Радовало лишь, что они продолжали стоять в ярком солнечном свете, и потому им было трудновато разглядеть то, что происходило в затемненном складском помещении.
Однако для перестраховки Ева продолжала передвигаться в полусогнутом положении и перебежками – от одного темного угла к другому, более или менее скрытому от чужих глаз. Она хотела оказаться как можно дальше от входа (он же и выход) и как можно ближе к телефону, чтобы при первой же возможности вызвать полицию… Если люди, прогуливающиеся по улице и занятые своими личными делами и проблемами, могли ей отказать (проигнорировав призывы о помощи точно так же, как и пожар), то полиция была обязана не только выслушать её, но и отреагировать на вызов. Во всяком случае, пока в ее душе еще теплилась такая надежда.
Одержимая настойчивым желанием наказать своих обидчиков, Ева совсем забыла побеспокоиться о том, что они могли, обнаружив ее исчезновение, не только пуститься в погоню, но и догнать прежде, чем она осуществит свой план. Когда, услышав голоса, девушка выглянула из своего укрытия, и тут же, уже в который раз за день, нос к носу столкнулась с тем самым незнакомцем, она на пару минут лишилась как дара речи, так и способности двигаться и даже мыслить, настолько велико было ее удивление.
Солдат грубо схватил ее за руку чуть выше локтя, поднял с коленей и вывел на середину склада, где уже стояли остальные его товарищи во главе с их лидером.
– И снова здрасте, – сказал один из них и шутливо погрозил ей указательным пальцем. – Нехорошо уходить, не прощаясь.
– С какого хрена мы должны за тобой гоняться?! – задал вопрос второй солдат, в его темно-карих глазах не было ни грамма веселья.
Ева обвела всю компанию взглядом, подмечая, что к ним прибавилось еще два человека – тот, что задал ей вопрос совсем не в доброжелательной манере и еще один, таких внушительных размеров в высоту и ширину, что не заметить его было просто невозможно. У всех, кроме того, с кем она познакомилась в самом начале, нижняя часть лица по-прежнему была надежно скрыта от ее любопытного взгляда. Черные костюмы бойцов после импровизированного сражения утратили свой первоначальный безупречный вид. Теперь они все были в пыли, кое-где виднелись комочки чернозема и зеленой травы.
Все это выходило за рамки разумного, и Еве снова показалось, что происходящее чей-то злой розыгрыш.
– Что мне надо сделать, чтобы вы, наконец, от меня отстали? – отчеканила она, вновь обретя дар речи. – Разыграть удивление или восторг…
– Смирение бы подошло, – ответил «внутренний голос» лидера, не отрывая глаз от экрана своего компьютера.
– Смирение?
Ева почувствовала, как в груди закипел гнев и бурлящим потоком стал подниматься всё выше, норовя выплеснуться наружу. Кое-как сдержавшись и лишь сжав губы, девушка сказала:
– Мне действительно надоели ваши тупые игры и если вы немедленно не прекратите…
– Тогда что? – с вызовом спросил солдат, которого Ева уже успела невзлюбить больше остальных за его хамовато-вызывающий тон.
Она смело встретилась с ним взглядом и, что есть силы закричала: «Помогии… ». Ее рот тут же закрыла огромная ладонь, затянутая в кожаную перчатку, а рядом с ухом девушка услышала тихое вкрадчивое «Замолкни».
– Оглушила прямо-таки, – поморщился весельчак.
– Ах ты дрянь такая! – взвизгнул грубиян, делая шаг в ее сторону.
– Прекратите, – одним лишь словом прервал перебранку лидер, и, по-прежнему глядя на Еву, обратился с вопросом к «внутреннему голосу». – Все в порядке?
– Вполне, – последовал ответ.
Тогда он приказал:
– Отпусти ее.
Ева тут же почувствовала, что пространство вокруг как будто раздвинулось и ей даже стало легче дышать. Однако она не двинулась с места, а лишь задрав подбородок повыше, схлестнулась с командиром дерзким взглядом.
– И что дальше?
– У нас есть приказ доставить тебя в одно место. И мы собираемся его выполнить.
– В какое место, зачем и по чьему приказу, интересно мне знать? – быстро протараторила девушка, в конце уточнив: – В любом случае, я не двинусь с этого места ни на шаг.
– У нас есть приказ не отвечать на вопросы и разрешение действовать даже против твоего желания.
– Вы издеваетесь? – процедила Ева сквозь зубы, ощущая клокочущий поток негодования, уже готовый сорваться с языка гневными словами. Она даже зажмурилась на пару секунд в предвкушении. Вновь открыв глаза, она увидела прямо перед собой расплывающийся силуэт лидера, который стал внезапно полупрозрачным, почти невидимым. Раздражение её куда-то исчезло, уступив место удивлению.
Девушка сделала пару шажков назад и спиной наткнулась на вполне себе осязаемого человека. Позади нее, словно неясное видение, стоял работник склада. Он задумчиво оглядывался по сторонам в поисках чего-то или, быть может, кого-то… Когда до нее дошло, что он, скорее всего, пришел на ее крик, тот вдруг развернулся и быстрым шагом направился к выходу, громко отчитываясь перед кем-то:
– Да нет там никого… Это должно быть дети на улице играют.
Голос мужчины, как и он сам, был неясным и еле слышным, как если бы раздавался издалека – из другого пространства, а может, даже из другого времени.
– Что все это значит? – произнесла Ева, но не для того, чтобы получить ответ, в который все равно отказалась бы поверить – уже скорее из-за упрямства, нежели из-за недостатка фактов. Она хотела услышать, как звучит ее собственный голос в этом пространстве и времени. Оказалось, что ее слова, впрочем, как и речь лидера шайки, который решил-таки объяснить произошедшее, звучали вполне привычно.