Наталия Ерошенко – Ночь Ис-сух-шат (страница 3)
– Понятно, – тяжело сказал отец. – Любопытство сгубило моего сына. Если бы я узнал раньше… Теперь мы можем найти только его тело, чтобы достойно предать земле.
И он отвернулся, чтобы никто не увидел его лицо.
– Это наказание за грехи наши… – глухо произнесла Лоретта.
– Да что ты говоришь такое?! – нахмурился Джо, допивая пиво. – Малец сам удрал.
– Если бы не грызли люди землю, кусая все глубже и глубже, если бы не искали руду, не откопали бы это чудовище! – нервно воскликнула трактирщица.
Все помнили, как это началось. С того события и года не прошло.
Разрабатывая шахту, рабочие наткнулись на пещеру со странными знаками на стенах. Там были изображены то ли спруты, то ли комки змей. И написано было, по-нашему, но старинными буквами: «Ис Сух Шат».
Именно сквозь эту пещеру шла богатая рудная жила. И когда шахтеры пробили дальнюю стену пещеры, за ней открылся огромный тоннель. Но тогда ничего не случилось. А случилось в новолуние сразу после этого. Луна пропала с неба, и пришла Ис-сух-шат. Тогда несколько человек, которые встретились ей ближе к лесу, погибли страшной смертью. Тогда наше селение охватила паника.
Все, кому было, куда податься, спешно уехали, и с тех пор деревня заметно опустела. Остальные смирились с неизбежным. Потому что шахта была единственным источником денег для многих семей, включая нашу. Шахтные машины были взяты на ссуду в банке, под залог земли. К тому же до нас доходили вести, что в стране началась безработица.
После слов трактирщицы повисло тяжелое молчание. Никто не возразил ей, и счел за лучшее отхлебнуть своего пива.
Когда кружки были осушены, люди вышли из трактира, чтобы искать Майкла. Меня хотели отослать домой, но отец позволил остаться. Мы направились в лес; я и нашел труп.
Летний день понемногу разгорался. Уже обсохла роса на траве, и дорога слегка пылила. Это было прекрасное время для прогулки, но мы намеревались найти смерть в конце пути. Было бы даже хуже, если бы мы этого не сделали.
Некоторые соседи вышли на крыльцо и смотрели нам в след, тихо переговариваясь. Мы говорили мало. У леса было решено, что часть людей пойдет к неглубокому оврагу, дальше в лесу, а часть – к горе. К той самой горе, откуда раз в месяц извергалась Ис-сух-шат. Я попал в первую группу.
В лесу было сумрачно. И пока мы брели в подлеске, выкрикивая имя моего скорее уже покойного брата, я размышлял, балансируя на грани надежды и отчаяния. Был ли у него шанс выжить? Анжела Смит смогла это сделать. Эта новость вызвала в деревне столько шуму, что немногие задумались, что делала Анжела ночью на краю леса. Чтобы Ис-сух-шат тебя не тронула, надо быть без сознания. Попросту – спать.
Со страху Анжела ничего толком не запомнила. И мы до сих пор не знаем, как именно выглядит Ис-сух-шат, сколько у нее глаз или ртов. Носит ли она одежду, или развевающиеся лохмотья – часть ее огромного туловища.
Я шел сквозь папоротник и траву, кое-где сырую, и верил, почти верил, что Майкл смог спастись. Может быть, он тоже упал в обморок от страха. Или, перенервничав, уснул до того, как Ис-сух-шат вошла в лес. Все могло быть. Мы еще ничего не знаем, говорил я себе, и тогда я споткнулся о чью-то ногу.
И закричал.
На мой голос сбежались люди, и некоторые тоже не смогли сдержать восклицаний. «Посмотри на это! Смотри, что с ним! Господи!»
Я стоял, крепко зажмурившись. Я не хотел ничего видеть, не хотел вообще здесь быть!
Моя нога еще помнила прикосновение вялой ноги трупа. Ноги – это единственное, что осталось у него целым. Выше пояса было месиво из мяса и клочков одежды. Мне показалось, что я слышу мух, и тут же в нос бросился запах. Запах крови, сильный, тошнотворный, как я не заметил его раньше! Стало дурно, голова закружилась. Я открыл глаза, отбежал в сторону и меня вырвало.
Сзади раздавались охи и возгласы. Я стоял, отвернувший от тела, сплевывал едкую желчь, а по лицу моему струились слезы. Подошел отец, я узнал его по голосу. Он сказал:
– Это же не Майкл!
И тогда я смог повернуться. Но не поднимал глаза выше ног трупа. И драные штаны, и старые грязные ботинки означали, что это был какой-то бродяга.
Наверное, я должен был утешиться Но мало облегчения принесло мне зрелище чей-то ужасной смерти. Мы все еще не нашли Майкла. Возможно, он лежит на соседней поляне, так же смятый и высосанный…
Но Майкл нашел нас сам.
Майкл, зевая и шмыгая носом, весь в грязи и мусоре, вышел к нам вскоре из леса.
Не буду рассказывать, как встретил его отец, поскольку в словах его была не только радость. Дома мать задала Майклу такую трепку, что у него пошла носом кровь. Потом она долго рыдала, прижимая его к себе. Волосы его намокли от ее слез.
Я был счастлив увидеть брата снова, живым и здоровым. Я не ругал его последними словами и не плакал. Просто молча обнял его. Крепко обнял.
Когда мы все успокоились и расспросили его, он рассказал, как спасся.
Ему удалось подобраться к Ис-сух-шат довольно близко («Ох, и жуткая же она тварь!»). Когда она заметила его и ринулась, шипя волосами, убегать было уже поздно. Чего Майкл не предусмотрел, так это ее скорости («Летит, как тень»). И тогда он закрыл глаза и начал играть в нашу игру, в воображение.
Он был в ней мастер. Сразу же Майкл забыл про лес и опасность, и увлекся арктическими приключениями. Он не заметил, как Ис-сух-шат пронеслась мимо, поскольку бродил среди исполинских голубых льдов. В Арктике было довольно холодно, и он успел подхватить насморк. Утомленный долгой экспедицией, позже он вернулся в наш мир и уснул под ближайшим кустом. Другие опасности ему не грозили – все звери стараются укрыться, когда выходит Ис-сух-шат.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.