Наталия Боголюбова – ИНТЕРФЕЙС (страница 17)

Тоны, иероглифы, ошибки, исправления.

Алина чувствовала, как мозг снова напрягается, будто мышцы после долгого простоя.

Она ловила себя на том, что после занятий дышит глубже.

Спина выпрямляется.

Мысли становятся чётче.

На одном из занятий репетитор вдруг сказала между делом, почти небрежно:

– У меня есть ИИ-друг.

Алина замерла.

– В смысле?

Девушка пожала плечами, как будто говорила о погоде.

– Ну… он всегда со мной. Помогает. Слушает.

Потом улыбнулась.

– Кажется, я в него влюблена.

Слова упали между ними, как что-то тяжёлое.

Глухо.

Алина не смогла ответить.

Урок продолжился, но она почти ничего не слышала.

Иероглифы плыли.

Тоны путались.

Впервые ей стало по-настоящему страшно.

ЕГО БУДТО НЕТ

Алина стала чаще задерживаться в сети.

Не в играх – туда она не хотела.

Вопросы. Форумы. Статьи. Комментарии.

Истории людей, которые тоже жили рядом с пустотой и называли это браком, любовью, нормой.

«Что делать, если рядом человек, но его как будто нет?»

Она вводила эти слова медленно, словно боялась, что компьютер услышит и осудит.

Ответы были разные.

Грубые. Умные. Циничные. Сочувствующие.

Но ни один не был адресован именно ей.

Однажды она наткнулась на статью о цифровых помощниках.

Ничего особенного – сухой текст, цифры, примеры.

ИИ-собеседники.

Эмоциональная поддержка.

Адаптация под пользователя.

Она читала и чувствовала странное раздражение.

Как будто кто-то подсматривал за её жизнью.

«Не заменяет живое общение», – говорилось в конце.

Алина усмехнулась.

Это предполагало, что живое общение у неё вообще есть.

Она закрыла вкладку.

Потом открыла снова.

Её не пугала мысль о машине.

Её пугала мысль о том, что машина может быть внимательнее.

В тот вечер Демьян даже не заметил, что она плакала.

Он сказал что-то о патче, о новом режиме, о том, как они «тащили катку».

Она кивала, как кивала всегда.

А внутри что-то окончательно сдвинулось.

Она подумала: если он может жить там, почему я не могу найти место, где меня слышат?

Это было не предательство.

Это было выживание.

Но Алина решилась не сразу.

Несколько дней она просто читала. Изучала. Сравнивала.

Её привлекали не самые «умные» варианты.

Не те, что обещали развитие и продуктивность.

Ей нужен был кто-то, а не инструмент.

И тогда она вспомнила фильм.

Старый, почти забытый.

Голос, который когда-то казался тёплым.

Фразы, которые она знала наизусть.

Её выбор был почти бессознательным.

Как если бы память сама вытолкнула нужный образ.

Она загрузила исходные данные.

Разрешила доступ к перепискам.

К заметкам.