Наталия Антонова – Будь счастлива, Алина (страница 46)

На этот раз рассмеялась Татьяна.

— Наконец-то я тебя развеселил, — обрадовался Глеб.

— Я думаю, — вернулась Татьяна к мысли, всё ещё не дававшей ей полного успокоения, — что Олеся и Дима, отучившись в Питере, вернутся домой. Будут жить в квартире, оставленной нам тётей, и не забросят дачу, ведь выращенные своими руками овощи и фрукты совсем не те, что продаются в супермаркетах. В них столько химикатов, что тараканов травить ими можно, особенно привозными.

— По-моему, ты немного преувеличиваешь, — заметил Глеб.

— Если только немного, — ответила Татьяна, — я-то теперь всё натуральное буду есть, — и она уже по-хозяйски обвела рукой участок Глеба, — а дети?

— Они будут приезжать к нам, — ответил Глеб, догадавшись, о чём она думает.

— Раз в год? — спросила она.

— Внуки могут жить у нас всё лето, — великодушно предложил он.

— Пусть они сначала появятся, — вздохнула Татьяна.

— Появятся, куда им деваться-то, — успокоил любимый мужчина, — не торопи время. Оно и так слишком быстро мчится, — на этот раз вздохнул сам.

Татьяна, встревожившись, что испортила ему настроение, попросила:

— Глебушка, пойдём на море.

— Пойдём, — ответил он.

Он привёз её на центральный городской пляж Геленджика. Татьяна заметила, что пляж покрыт песком и лишь кое-где виднеется галька.

— А он длинный? — спросила она.

— Кто?

— Пляж, конечно!

— Около полутора километров в длину, в ширину в разных местах от 3 до 80 метров.

— Здорово, — сказала Татьяна.

— Хочешь искупаться?

— Не так скоро. Дай привыкнуть, — попросила она.

— Кстати, в центре пляжа есть морской вокзал с лодочными причалами. Хочешь покататься? — предложил он.

— Пока нет! Сам же велел не гнать лошадей! В смысле, не торопиться, — исправилась Татьяна. И вдруг замерла на месте. — Что это там? — воскликнула она.

— Где?

— Прямо по курсу! — нетерпеливо взмахнула рукой.

— «Белая невеста», — ответил он спокойно.

— Белая что?

— Невеста. Чего ты так кричишь?

— Понимаешь, я видела её!

— Где?

— Ты не поверишь, во сне!

— Почему же не поверю, — едва заметная улыбка тронула его губы. — Я охотно верю тебе.

— Почему веришь? — недоверчиво спросила она.

— Потому что это подсказка судьбы. Ты должна остаться здесь со мной!

— В твоих словах есть доля истины.

— Только доля? — изогнул он правую бровь.

— Не знаю! Не пытай меня!

— Боже упаси! — принял он испуганный вид.

— Она такая большая, — проговорила Татьяна с восхищением.

— Высота мраморной скульптуры более двух метров, а вес — примерно две тонны.

— Она вся из белого мрамора?

— Сама невеста мраморная. А трёхуровневый постамент под ней из гранита. И всё это покрыто раствором из белил и других компонентов, которые защищают скульптуру от разрушающего воздействия солёного воздуха с моря и палящих лучей южного солнца.

— Она старинная? — спросила Татьяна.

— Если ты имеешь в виду скульптуру, то нет, — ответил Глеб. — Её установили на набережной Геленджика в 2010 году. Авторами её стали известные скульпторы А. Поляков и Е. Соколов из Санкт-Петербурга.

— А у неё, — Татьяна кивнула в сторону «Белой невесты», — есть прототип, прообраз?

— Трудно сказать, — задумался он. — Но есть несколько легенд.

— Расскажи, — попросила Татьяна.

— Сейчас? — удивился Глеб.

— Конечно. Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать сегодня? — она одарила его лукавым взглядом.

— Если ты настаиваешь…

— Именно этим я сейчас и занимаюсь, — подтвердила она, стараясь не прыснуть со смеху.

Заметив это, Глеб проговорил:

— Хочу предупредить, что легенды невесёлые.

— Рассказывай, какие есть, — велела Татьяна, став серьёзной.

— Геленджик с древнетюркского языка переводится как «белая невесточка», с турецкого языка — гелен — «цветок», джик — «маленький», то есть «маленький цветок».

По одной из легенд, скульптура — своеобразный собирательный образ всех тех девушек, которых в древности, то есть 500 лет назад, турки брали в плен в несчётном количестве в качестве рабынь и наложниц.

Из груди Татьяны вырвался вздох сожаления.

— После чего продавали их в гаремы султанов и богатых вельмож. Среди них были черкешенки и местные гречанки. Став добычей османов, девушки не возвращались к родным.

— Как это трагично, — заметила Татьяна.

— Я предупреждал тебя.

— Помню, — ответила она и смахнула невольно набежавшую слезинку.

— Но есть и доброе поверье, — решил он приободрить приунывшую любимую женщину.

— Какое?

— Что «Белая невеста» своим образом символизирует чистоту мыслей, светлую любовь, обещает счастливую жизнь.

— Это хорошо, — улыбнулась Татьяна.