Натали Смит – Записки из ступы (страница 11)

Хотела славу сыскать, пошла куда глаза глядят прочь из деревни. В лесах, в полях ночевала, всё бы ничего, да лихих людей много. Одинокую девку так и норовят обидеть. Настя не стала рассказывать, как снасильничать хотели лихие люди, небесный суд всем воздаст. Несколько раз приходилось силушку выгуливать, по колено в землю вбивать. Коня доброго не было, а угнать рука не поднялась, и так грех на душу взяла, обокрав кузнеца. Дни проходили за днями, никаких подвигов не свершила. Перебивалась случайными харчами, в деревнях за еду старикам по хозяйству помогала и шла дальше. Однажды рассказали ей историю про кота Баюна, коварного убийцу, так и не давала эта мысль ей покоя.

– Всё думала: вот сыщу славу, вернусь к батюшке да сёстрам меньшим с гордо поднятой головой, чтоб не стыдно было, что я такая случилась. Сына нет у отца моего, да и не будет – мамка померла позапрошлой зимой, он горюет, а уже немолод. А сама легла здесь костьми. Глупая, – закончила Настасья.

– Так славу на всю жизнь ты бы сыскала в битве при Дубе. Где ж ты ходила, что не явилась на подмогу, раз так жаждала себя показать? – подал голос Морок.

– Какая битва при Дубе? – округлила глаза богатырша.

– С бесами.

– С какими бесами? – непонимающе захлопала глазами Настасья. – Отродясь в нашем краю ничего подобного не было!

Дверь колдовской избы медленно приоткрылась под противный скрип петель. Странная компания переглянулась и принялась наперебой рассказывать, что да как и где было, и вообще – подобное пропустить невозможно. Ночь, ставшая ясным днём, и появление Горыныча, ночь, когда сгущались тучи и били молнии, а потом взошло магическое солнце. Злые, кровавые часы, когда отстояли сказочный мир.

Настасья слушала очень внимательно, изредка охала, не забывая при этом жевать. Какое диво! На любой ярмарке заткнут за пояс скоморохов.

– Красивый сказ, героический, жаль, неправда, – вздохнула она наконец. – А доспехи у тебя – любо глянуть, и у кота тоже.

Настасья притихла, разглядывая свои пыльные стоптанные сапоги и прорехи в штанах. У неё ведь с собой ничего нет, даже упомянутой сумы, её, как и меч, в битве обронила. Как же быть, как служить Яге такой оборванкой? Стыдоба.

– Насть, давай посмотрим в моём гардеробе, может, найду тебе штаны, – предложила Яга. Неужто она слышит думы людские? Слова чудные: гардероб, штаны. Настя уловила суть и просияла: порты ей нужны, на эти даже латку не поставить.

Пока Яга искала одежду, Настя осматривалась. Грязная хата, запущенная. Можно начать службу с хозяйства.

– Какой дивный цвет! – восхитилась она, увидев, что ей протягивает Яга. Быстро скинула сапоги и рваньё, потрогала мягкую невиданную ткань. Да одежд такого цвета у самого князя нет. Щедра хозяйка.

– Какие они мягкие да чудные! -- Штанины длинноваты, но в сапоги заправить, и хорошо.– А тряпка и ведро у тебя где?

Пора и служить. Настя решительно снимала повреждённую кольчугу – в доме она ей не нужна. Починить бы, да она не мастак, тут кузнец нужен.

– Зачем тебе? – удивлённо спросила Яга.

– Приберусь тут, ты видишь, наверное, не очень хорошо, раз грязь такую развела, а мне здесь жить. Отработаю! Я и стряпать умею, и по хозяйству, если что. Помощница тебе не повредит.

Богатырша споро принялась за дело и вскоре стянула с себя кожаную рубаху на шнуровке и с коротким рукавом, под ней оказалась простая льняная. Залатать бы их, да разве в этой избе найдётся нить? Сухой корки нигде не завалялось.

Настя сметала паутину и пыль, подмечая странности, но молчала, приглядывалась. Костей в избе не видать – авось не зажарят её, а что Яга хозяйка плохая, так ей жениха искать не надобно. Настя вокруг себя завсегда уют сделает, неважно, где жить.

– Никогда не видела кота в доспехах, – нарушила молчание Настасья. – Зачем ты его держишь?

– Я не держу, он мой друг и наставник. Люблю его, – ответила Яга.

– А вы зачем здесь, куда шли?

– По такому же делу, что и ты, – за Баюном. Вопросы к нему есть. Так что хорошо, что ты его не убила, расспросить надо кое о чём.

– Ха, держи карман шире, Яга! Эта тварь разговаривать не будет, как увидит – сказки свои начнёт, а от них шибко спать хочется, нет сил держаться. Будет ходить кругами, заманивать к реке, а как заманит, так и бросится, ирод.

– Какой он? – Бальтазар появился на пороге. Смотрел серьёзно, за его спиной Морок косил красным глазом, будто не слушал.

Когда Настасья пересекла Калинов мост – заставу меж мирами, – она не знала, кого встретит. Так много разного слышала от люда, лишь знала – это чудище, его нужно убить, чтоб честному люду спокойнее жилось. Недолго бродила она по миру мёртвых, враз признала противника.

– Размером что твой телёнок, чёрный с белой грудью, зубы как вилы торчат, – ответила богатырша и сморщила нос. – Когти как серпы.

– Рыжий он, что ты мелешь! – гневно сказал конь.

– Я во сне серого полосатого видела, – произнесла Яга.

Изба вдруг встряхнулась, потянуло нагретыми досками и ароматом свежих веников – затопила баньку, с крыши посыпалась грязь, прямо на сквернословящего Морока. Насте стало тепло, как будто дом благодарил за помощь. В жилой избе так и должно быть. Ты для дома – дом для тебя. Один без другого долго не протянет.

– Как бы сладить с ним и не полечь… – задумчиво протянула Настасья в раздумьях о Баюне.

– Ты уже полегла, – напомнил кот.

– Нас теперь много, мы должны действовать сообща, раз он так силён. – Яга подошла к сундуку, достала прут и клещи. Широкий меч в украшенных камнями ножнах Баба Яга брала осторожно. Настасья ахнула и закрыла рот ладошками. Какое дивное оружие! Не сравнить с простым мечом.

– Ты чего это, Ягуся, оружием трясёшь? – поинтересовался Бальтазар.

– Да вот, у нас ведь теперь личная охрана есть, а свой она потеряла в битве. И не мне мечом размахивать, я по другой части, – Яга вынула тяжёлый меч из ножен. Сияющее лезвие, будто только выкован, широкий жёлоб посередине, а вокруг него письмена и орнамент. Богатырша осторожно взялась за рукоять, по-хозяйски сомкнула пальцы и взмахнула, рассекая воздух. Какой мастер его ковал? Краше и удобнее ничего в руках не держала.

– Мы твои волхвы, заговор даем, слово железно на мече куем: «Волхв берехъ тя», да в лихом бою оберег-узор воя сторожи! От меча, от ножа, от стрелы, от копья да другаго ратнаго железа! – торжественно сказал Морок и добавил: – Давно я кладенцов не встречал, Яга. Ты преподносишь сюрпризы.

– Баюн ночью из логова выбирается, – сказала Настасья. – Пойдём, как луна взойдёт.

Уж теперь-то она ему задаст, будет знать, как людей честных пугать.

И батюшка будет горд.

Летописец. Начало

Записка с требованием явиться к начальству на ковёр застала летописца № 84 за обеденным чаем. Коллега-посыльный положил бумагу на небольшой стол, служивший соответствующим нуждам в разное время дня. Летописец за ним работал – переписывал архивные документы, обедал, иногда даже ужинал. И вот сейчас он едва приступил к свежему, сочному куску торта, как пришлось всё оставить. Красная печать с пометкой «срочно» не оставляла времени для обеда: если зовут срочно, то лучше идти.

Летописец № 84 тоскливо вздохнул, спрятал недоеденный торт в ящик стола и поспешил на самый верхний этаж к старшему летописцу.

– Проходи, садись, – старший едва взглянул на подчинённого. – Ты знаешь, что корпорация недавно наняла новых Кощея и Ягу?

– Как не знать, все знают. С Кощеем уже работают. Летописцу № 52 не повезло – сложный объект, – сочувственно кивнул служащий.

– Сегодня пришло распоряжение о прикреплении к Яге. Я выбрал тебя.

– М-меня? – летописец № 84 оторопело уставился на большую пузатую розовую чашку начальника, как будто она могла чем-то помочь.

– Тебя что-то не устраивает? – пятачок начальника возмущённо дёрнулся.

– Нет, никак нет. Готов исполнять долг.

– Вот и отлично. Тебе выпала честь, неси службу с гордостью. За это место вполне может быть драка.

– Разрешите приступать?

– Незамедлительно, – начальник протянул ему приказ.

Летописец № 84 попятился из кабинета. У него было такое ощущение, что он спустился с небес на землю: с верхнего этажа в самый нижний, где была кладовая. Кладовщик, летописец второго поколения, настолько старый, что, наверное, помнил четыре сотни предыдущих лет, хмыкнул, рассматривая приказ.

– Данная бумага выглядит настоящей, – произнёс он наконец.

– А какой она ещё может быть? – удивился летописец № 84.

– Не могу знать, что у вас, новеньких, на уме. Может, поживиться хотите за счёт корпорации.

– Вы в себе ли? – летописец № 84 возмутился и даже растерялся. Он слышал, что старикан склонен к теориям заговоров, но что в его кладовке понадобится такого ценного? Самописцы? Одежда? Блокноты? Старый маразматик. Между ними пропасть в несколько поколений. Может быть, раньше создавали более примитивных по части интеллекта? Летописец № 84, как и весь его выпуск пятого поколения, старался не пересекаться с предыдущими версиями. Они считали себя лучше.

– …довольствие, форма, набор наблюдателя… – бормотал кладовщик.В итоге он собрал всё необходимое и выдал, поставив жирную печать на бланк.– Зайдите в отдел адресных наблюдений, там выдадут данные для начала работы.

– Знаю.

Летописец № 84 сгрузил вещи в тележку и с тоской поспешил к подъёмнику. Он не хотел полевой работы, его ужасала эта перспектива. Спать, когда можно, а не хочешь; есть когда придётся; мыться когда придётся. Да и объекты наблюдения попадаются ужасающие: летописца Кощея объект выбросил из окна, бедняга едва оклемался. Между тем летописец никак не может ответить обидчику, и единственный способ защиты – не попадаться на глаза.