Натали Смит – Рионада (страница 4)

Морок бубнил данные о составе воздуха, воды, почвы, погодных условиях. Сообщил Насте, что притяжение чуть меньше, нежели на Земле, и при ходьбе или беге возможны непроизвольные подпрыгивания.– В данный момент колебания отсутствуют, но предлагаю поторопиться. Пристегните ремни, наша экскурсия начинается, – в цифровом голосе появились нотки гида. – Перед вами Рионада, планета земного типа, условно пригодная для проживания. В атмосфере больше углекислого газа, что затрудняет дыхание, не рекомендуется снимать маску более чем на четыре минуты.

Планета на экране приближалась, сквозь облака виднелся уже привычный Андрею ландшафт: густые леса и долины создавали великолепную мозаику зеленых оттенков, а моря и океаны казались разлитыми синими, серыми, голубыми красками. Из космоса также можно было легко увидеть горные хребты и пояса, некоторые вершины почти царапали небо. Эти запредельные горные гряды простирались на протяжении целых районов планеты, создавая уникальную географическую структуру. Вид из космоса оставлял ошеломляющее первое впечатление и заставлял задуматься о бесконечном разнообразии жизни во вселенной. Андрей точно знал, что испытывает Настя, он сам не так давно глазел на космический самоцвет будто на новый элемент в периодической таблице…

И при всей своей красоте Рионада была полна смертельных ловушек.

Планета разрешала приземлиться, оглядеться, отхватить порцию неприятностей от местной флоры и фауны, затем позволяла улепетывать на максимуме всех двигателей. Некоторые, как Андрей, возвращались на свой страх и риск: научный корпус демонстрировал пристрастие к исследованию полезных ископаемых и новых видов лекарственных растений.

Совет директоров и ряд спонсоров набросились на Рионаду точно коллекционеры при виде редких размеров драгоценного самородка, буквально истекая слюнями от фотографий и образцов с планеты. Они бы и хвостами виляли, но пока что хвостатых и рогатых ствелларов к высоким должностям среди людей не допускали, так что ограничивались привычными проявлениями человеческого восторга. Между делом регулярно отправлялись экспедиции. Ведь если человечеству что-то нужно, оно заберет это себе любой ценой. Жажда сродни алчности вела управленцев по кривой дорожке, уже доходили слухи о возможных переговорах с армией для обеспечения безопасности ученых. За бравыми словами скрывалось оружие для усмирения фауны и мощные машины для прокладки дорог. Андрей надеялся, что до этого не дойдет. И потому необходимы интересные результаты без приглашения вооруженных помощников.

– Входим в атмосферу, может немного потрясти ближе к земле, – предупредил Морок, и перегрузка привычно вдавила в кресло.

– И памятная стела Артемию Кощееву, – как бы между прочим добавил электронный паршивец, ранее не замеченный за чтением мыслей. – Госпожа Богатырева, прекратите ерзать, датчики физических параметров сбиваются.«Морок» принадлежал к виду кораблей «земля-космос», что было плюсом и Андрею, и научному корпусу. Иметь свой большой транспорт на поверхности – огромный бонус. Это не крохотная капсула, на которой и убиться можно в два счета, если нештатная ситуация, да и вернуться на орбиту в коробчонке бывает сложно, особенно с багажом. – Юх-ху! – радостно вскрикнула Настя и подмигнула ему. – А куда садимся? – Законсервированный исследовательский лагерь «Фронтир», там взлётная площадка подходящего размера, – ответил Андрей. «Лагерь отца, в его окрестностях он и погиб», – подумал он про себя.

Андрей забыл про самовольного ИИ и скосил глаза в сторону помощницы. Он сам с трудом мог бы повернуть голову – «Морок» несся сквозь атмосферу, и перегрузка, хоть и компенсированная технологиями корабля, была довольно серьезная. А Настя – подумать только! – умудрялась двигаться. Действительно, говорящая фамилия.

На экране мелькали облака, а лесистая местность полуострова, где им предстояло сесть, с каждой секундой становилась все ближе. «Морок» играючи отработал посадку стабилизаторами и маневровыми двигателями и с нечеловеческой (разумеется) точностью приземлился на площадку. Тряхнуло совсем немного: клацнули зубы, да желудок попросился наружу. Андрей с усилием загнал его на законное место.

– Добро пожаловать на Рионаду! – сухо сказал ИИ. – Смотрите по сторонам и не дайте себя сожрать, а то мне скучно будет.

***

Настя натягивала и подгоняла по фигуре серый спецкостюм для наземной работы едва не быстрее космодесантника – сказывались тренировки с отцом. А все потому, что в шлюзе негде было скрыться, начальник великодушно отвернулся, что-то рассматривая на экране накса, наручного компьютера. Ей обещали выдать такой же. И все равно было неловко, она раньше избегала общих раздевалок.

Подтягивание регулирующих шнуров вернуло Настю мысленно в недалекое прошлое. В учебном центре чего только не было: всевозможные симуляторы, курсы, можно было даже найти спарринг-партнера из ствелларов. Однажды Настя здорово отхватила от пришельца. Тот свалил ее с ног подлым приемом – захватив хвостом ногу. Но ничего, она в следующий раз была готова, и против ее железных кулаков ему не помогли ни хвост, ни рога, ни улыбка. Настя пристроила на лицо маску-преобразователь воздуха:

– Я готова.

Андрей повернулся, осмотрел, одобрительно кивнул.

– Температура за бортом – плюс двадцать по Цельсию. Охранный периметр активирован, в радиусе пяти сотен метров деятельность местных животных, – ИИ приступил к наземной работе. – Обнаружено несколько особей трещотника, судя по всему, пара. Будьте внимательны, у них период размножения, и они особенно агрессивны.

– Можно подумать, есть какая-то разница между периодами – они всегда злы, – хмыкнул Андрей, надевая свой костюм. Стеснительность не входила в его базовые настройки, так что Настя отвернулась без просьбы, но не сразу, не сразу. На сетчатке будто остался отпечаток: мышцы Андрея не бугрились как у десантников и озабоченных наращиванием массы знакомых, он скорее был похож на работу древних скульпторов. Гибкий, высокий, но с четко очерченными мышцами под гладкой белой кожей.

– Защитный купол активирован, внутри периметра чисто. Рекомендую начать с расконсервации модулей, – кораблю было не до шуточек, отрабатывал протоколы. – Пробы воздуха в пределах стандарта. Прогноз погоды на ближайшие несколько часов благоприятный.

На фоне бубнил ИИ, вычеркивая пункты проверки безопасности.– Что за трещотники? – спросила Настя.

Андрей вывел изображение со своего накса, и над его рукой появилась голограмма животного. Четыре мощные короткие лапы, шесть глаз – по три с каждой стороны приплюснутой морды, бочкообразное тело, покрытое гибкими коричневыми иголками, короткий хвост-обрубок.

– Иглы видишь?

Настя угукнула, внимательно рассматривая голограмму. И Андрей продолжил:

– Иголки трутся друг о друга, и возникает звук. Таким образом хищники шлют сигнал, предупреждают о нападении.

– Что еще мне стоит знать о местных?

Трещотник ей не понравился. Если на планете окажется больше небезопасных музыкантов, то налегке особо не походишь, а брать оружие она не любила. Отец говорил: «Ты смертельно точна с любым оружием». Всегда произносил с гордостью, но Настя была против насилия.

– Сначала стреляй, потом спрашивай, кто был.

– Варварство, – нахмурилась Настя. – Мы же не на сафари приехали?

Все сохраненные угодья Земли многие века не тронуты, но человеческая натура неисправима – сафари нашли на других планетах и даже под водой, этот вид развлечений, к Настиному сожалению, не исчез, как аппендикс у людей. Для чего-то эволюции требуется больше времени.

– Живое на этой планете, испытывает к нам гастрономический интерес. Если не съест, так понадкусывает. Растения часто ядовиты, животные любопытны и не пуганы. Можешь попробовать отгонять или улепетывать.

– А ты что делаешь?

– Я местный мастер бега по пересеченной местности, – улыбнулся Андрей.

– Сделаю тебе медаль, – пообещала Настя.

Кощеев не удержался от смешка. В наушнике раздалось:

– У нас много дел. Даю двадцать минут осмотреться и привыкнуть к ощущениям, затем работаем.

Послышалось негромкое шипение воздуха – открылся шлюз, шелест выдвигаемого трапа, и вот Андрей широким жестом пригласил ее сойти первой. Хорошо, что «Морок» мог садиться и взлетать горизонтально. При вертикальной посадке некоторых кораблей трапы не позволили бы спуститься бегом… но и не позволили бы потерять равновесие. Маленькая деталь, несколько слов от ИИ, потерявшихся в массе новых вводных – гравитация Рионады. Настя едва не полетела носом в землю. Поверхность взлетной площадки оказалась преступно близко, спасло тренированное тело, сработало быстрее мозга: оттолкнулась руками, сделала колесо и благополучно встала на ноги.

– Ох ты ж! – Настя чувствовала, как от неловкости горят уши, но Кощеев не позволил себе даже сузить глаза, выдавая улыбку. Он просто сделал вид, что все нормально и такое происходит каждый день, да не по одному разу, и понес ящик с сухпайками к первому модулю.

Настя выдохнула с облегчением, осмотрелась, неторопливо скользя взглядом по “Фронтиру”.

Грязно-белые коробки тер-домов стояли полукругом за площадкой, и большая их часть оказалась скрыта махиной корабля, пришлось обойти, совмещая необходимое и необходимое: понять, как передвигаться, чтобы не краснеть ежеминутно, и рассмотреть лагерь.